Ламповый трюк


Когда ставки могут делать лампы, видимо, не все в порядке с аукционом. Милтон Сильверман пристально изучил недобросовестные повадки беспринципных аукционистов.

04.06.2014




© AFP/ANTHONY WALLACE


При определенном везении аукцион может не уступать по зрелищности театральной постановке. В нем есть своя захватывающая динамика: продавец невидимо присутствует за кулисами, покупатели сражаются друг с другом, аукционист одновременно и режиссер, и участник представления. Как и в театре, особенно драматичный торг заканчивается аплодисментами. Возможно, сравнение зашло слишком далеко, но, как и спектакль, аукцион может сорваться: кто-то забудет вовремя пошевелиться, вдруг зазвонит чей-нибудь телефон (или не зазвонит), нарисованные декорации падают, и обнажается потрепанная реальность. Многие аукционисты позволяют потенциальным покупателям делать ставки удаленно, оставляя особые дистанционные ставки или участвуя в торгах по телефону, однако последний вариант связан с юридическими сложностями. Один устроитель торгов рассказал мне, что регулярно возникает ситуация, когда аукцион пытается связаться с покупателем, а трубку никто не берет. У покупателей случаются перебои с мобильной связью, и они рассчитывают, что торги будут приостановлены, пока сигнал не появится, но аукционисту необходимо продать сотни лотов, и он не может пойти на подобные уступки. После этого участник аукциона заявляет, что если бы лично присутствовал на торгах – получил бы неплохую прибыль с перепродажи, утверждая, что якобы понес в итоге убытки.

Обычно аукционисты прикрываются договорами об участии в аукционе. В большинстве из них описано, что дистанционные ставки, сделанные по телефону или другими способами, – не более чем компромисс в угоду покупателю, и если ставка не принята, то аукцион не несет за это ответственности.

Другой недостаток дистанционных ставок состоит в том, что покупатель заранее не проверяет лот и не знает о его состоянии, будь то картина, покрытая толстым слоем пыли, или скульптура, чьи трещины и отбитые углы умело скрыты на фотографии. В случае подобного недосмотра договор снова встает на защиту аукционного дома, но если лот сильно отличается от описания в каталоге, то аукционист, согласно основным положениям договора, все-таки несет ответственность за предоставление неверных данных и халатность по отношению к покупателю. Разумеется, проблем можно избежать, если покупатель будет заблаговременно проверять лоты.

Пустозвонок

Тем не менее непросто предусмотреть любую ситуацию и защититься от нее. Вот вам реальная история. Аукционисты знали и человека, кто делал ставки по телефону, и тот факт, что он доверяет дела своей супруге. Однажды на аукцион выставили лот, соответствующий его интересам, и персонал аукциона позвонил по имевшемуся у них номеру. Запись на автоответчике сообщила: «Если вы хотите связаться с госпожой Х, позвоните по следующему телефону…» Аукционист так и поступил: сообщил, что искомый лот будет выставлен на торги в ближайшее время, и покупательница поинтересовалась его состоянием. Стало ясно, что предмет был ей в некоторой степени известен. Начались торги, и в конечном итоге победила ставка, сделанная по телефону, добравшись до верхней границы эстимейта – 427 000 фунтов стерлингов. Аукционист выслал счет как обычно.

Вскоре супруг, оставивший изначальные инструкции по приему телефонных ставок, ополчился на аукционистов и заявил, что он давно отменил инструкции по телефонным ставкам в разговоре с кем-то из сотрудников, но понятия не имел, с кем именно. После этого он сообщил, что ставки делала его прислуга.

Аудиозапись аукциона могла бы раскрыть правду, но аукционисты неохотно прибегают к подобным мерам с хорошими клиентами. Семена раздора уже начали всходить, так что супруг решил осмотреть лот и в конце концов купил его. Занятного судебного разбирательства удалось избежать.

Я сам был свидетелем подобных конфликтов. Не существует идеальных аукционов и аукционистов. Обычно проблема возникает, когда уже после удара молотка проигравший или потенциальный аукционер внезапно осознает, что упустил свой шанс, и просит возобновить торги.

По той или иной причине аукционист решает согласиться. Протестуя, возмущенный первоначальный покупатель снова участвует в торгах и в конечном счете приобретает лот по значительно возросшей цене. После этого взбешенный первоначальный аукционер жалуется, что лот должен был достаться ему по гораздо более низкой стоимости, что аукционист устроил ужасную неразбериху и что первоначальный покупатель должен незамедлительно получить лот по оригинальной стоимости.

Время дергаться

Много лет назад дело по такому же случаю рассматривалось не только в Верховном, но и в Апелляционном суде. Два аукционера сделали ставки одновременно, но одного их них аукционист не заметил. Апелляционный суд подверг незамеченного беспощадной критике, кидая в его адрес такие выражения, как «вышедший из глубокого сна настолько, чтобы совершить некое движение своей табличкой» и «ваши подергивания». Он не получил лот, но из-за его вмешательства торги возобновились, и в результате первоначальный покупатель, вне себя от злости, вынужден был заплатить больше.

Подобные случаи возникают по ряду причин. Одна из них – специфические и чересчур мудреные способы делать ставки у некоторых участников аукционов. Мне рассказывали об одном брокере, совершавшем ставки от имени известнейшего коллекционера. Брокер очень волновался, как бы его не раскрыли. Поэтому договорился с другим брокером в том же зале, что будет звонить ему на мобильный, когда необходимо делать ставку, и каждый раз, когда у второго брокера вибрировал телефон, он делал ставку за первого. Все это довольно рискованно, когда на кону крупные суммы, а торги идут быстро. Броские ставки помогут вам избежать судов и неловких перекрестных допросов.

Пожалуй, самая возмутительная практика, встречающаяся в аукционных залах, – это «ламповая ставка». Как это происходит: «ламповые ставки» – несуществующие ставки, которые принимает аукционист (обычно обращаясь к месту в аукционном зале, которое сложно разглядеть, например, к потолку или к элементам освещения), чтобы создать видимость повышенного спроса.
Такая сомнительная практика с большой вероятностью регулируется уголовным правом и может привести к судебному преследованию.

Ловкость рук

Пока мне не приходилось иметь дела с конфликтами из-за «ламповых ставок», однако несколько лет назад я стал свидетелем одного занимательного инцидента.

Аукционист принял ставку откуда-то из зала. Внимательный брокер в гневе поднялся с места, обвинил аукциониста в том, что тот принял ставку из воздуха, и пригрозил доложить председателю о подобной низости. Аукционист побагровел, и на минуту повисла неловкая тишина. Затем из дальних рядов повысили ставку. После ощутимого облегчения аукцион продолжился, сопровождаясь нехарактерным гулом голосов. Это было поинтереснее многих спектаклей.


h5. Аукционные казусы
• В 2009 году Кай Мингчао отказался выплатить победившую в торгах ставку 26 млн фунтов за две бронзовые головы, по его словам украденные из Летнего императорского дворца в 1860 году. В прошлом году головы передал Китаю Франсуа Пино, чья семья владеет Christie’s.

• Ваза династии Цин была продана в 2010 году за 83 млн долларов, но через два года, так и не дождавшись оплаты, ее продали в частном порядке почти в два раза дешевле.

• В 2011 году торги современным искусством Sotheby’s были сорваны протестующими, которые издавали эротические звуки, активировали брелоки безопасности и выкрикивали «Оргия богачей.»

• Мишель и Йон Хайнеманн подали в суд на нью-йоркскую школу в июне прошлого года, потребовав сотен тысяч долларов компенсации за то, что в результате аукциона работ учащихся детского сада они заплатили 50 тыс. долларов за рисунок, сделанный группой, в которой учился их сын.


Милтон Сильверман (Milton Silverman) – старший партнер в Streathers Solicitors и юридический консультант в сфере арт-рынка.

Атлас



04.06.2014

Источник: SPEAR'S Russia №5(38)


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз







Зритель как главный инвестор

11.06.2021 Арт

Img_5992
 

Отмечая 100-летие, Российский академический молодежный театр (РАМТ) намерен выпустить в этом году аж 11 премьер. Не стоять на месте – вообще его кредо: иногда здесь играется по 6–8 спектаклей в день, а худрук Алексей Бородин, возглавляющий РАМТ уже 40 лет, не боится молодой смены, сам пригласил на должность главного режиссера 37-летнего Егора Перегудова, любителя экспериментальных форм. Позитивная энергетика театра – основа и его Клуба друзей, созданного в 2017 году по западной модели: он объединяет в первую очередь обычных зрителей, а не статусных партнеров. Создание Клуба и позволило РАМТу первым из российских театров внедрить в 2017 году новую модель финансовой поддержки своей деятельности – эндаумент-фонд, или фонд целевого капитала. О том, как зарабатывает театр, живущий без спонсора, должно ли государство содержать культуру и каковы зрительские предпочтения миллениалов, в интервью SPEAR’S Russia рассказала директор РАМТ Софья Апфельбаум.


Из Большого с размахом

21.05.2021 Арт

_mg_3071
 

25 и 26 мая на Новой сцене Большого театра продюсерская компания MuzArts представит вечер современной хореографии Postscript: пять знаковых хореографов, четыре балета и в трех из них – одна прима-балерина Ольга Смирнова, которой везде придется быть абсолютно разной. О том, насколько это сложная задача, основатель MuzArts Юрий Баранов знает не понаслышке, так как сам танцевал на сцене Большого 20 лет. А сегодня пытается конкурировать на продюсерском поприще с западными компаниями, приумножать славу русского балета в новом контексте – через современную хореографию и неожиданные коллаборации, почти как Сергей Дягилев в начале XX века. О том, почему Большой театр поддерживает MuzArts без всякой ревности, как найти спонсоров под балетные проекты и чем уникальна программа Postscript, Юрий Баранов рассказал в интервью SPEARʼS Russia.