Ищите учителя


Выбор школы – одна из важнейших задач родителей, и подходить к ее решению нужно заранее, тщательно проанализировав ценности семьи и потребности ребенка. В современном мире сделать этот выбор невероятно сложно. О том, какие шаги необходимо совершить на пути к «идеальной» школе, как оценить ее качество и правильно встроить ее в общую стратегию развития ребенка, Анне Туренковой рассказала эксперт в сфере школьного образования, основатель онлайн-школы для родителей Полина Мальцева.

15.05.2023





Вы утверждаете, что развитие ребенка должно строиться по определенной стратегии. Что это за стратегия и зачем она нужна?

В современном мире ребенок, чтобы вырасти успешным, должен обладать определенным набором знаний, навыков, личностных качеств и установок. Ни один из этих аспектов нельзя игнорировать: неверно считать, что, если мы дадим ребенку крепкую математическую базу или английский, все у него будет отлично. Сочетание всех этих элементов и того, как они даются ребенку, и есть образовательная стратегия.

Чтобы составить список элементов, которые необходимо привить детям, ведущие исследовательские центры мира изучают рынок рабочей силы, проводят опросы работодателей, предпринимателей, сравнивают, как складывается жизнь, личная и профессиональная, людей с крепкими знаниями в предметных областях, но с разными личностными характеристиками и навыками. Сейчас считается, что помимо знаний ребенок должен получить навыки критического и креативного мышления, коммуникации, командного взаимодействия, самостоятельности, развить в себе упорство, мышление роста, небезразличие, умение учиться. Такой подход называется холистическим.

Как формировать образовательную стратегию, если мир постоянно меняется и мы не знаем, что понадобится детям через 10–15 лет?

Образовательная стратегия базируется на представлении о том, в каком мире будут жить и работать наши дети. Знания, навыки и качества, которые сейчас считаются важными для развития, уже отобраны с учетом того, что мы живем в безумном мире, полном неопределенности, с ежегодными кризисами и бешено развивающимися технологиями. Если еще недавно мир описывался акронимом VUCA (volatility – изменчивость, uncertainty – не­определенность, complexity – комплексность, ambiguity – неоднозначность), то после пандемии мы проснулись в BANI-мире (brittle – хрупкий, anxious – тревожный, nonlinear – нелинейный, incomprehensible – непостижимый).

Какая роль в образовательной стратегии отведена школе?

Ни одно учебное заведение, каким бы прекрасным оно ни было, не даст ребенку возможности получить полноценное развитие по всем необходимым направлениям. Причин несколько. Во-первых, школа не проводит с учеником 24 часа в сутки, во-вторых, она должна отвечать государственным образовательным стандартам, которые прежде всего сфокусированы на достижении определенного уровня знаний в предметных областях. И в-третьих, изменения в образовании происходят очень медленно. Государству нужно немало времени, чтобы внедрить результаты современных исследований и поменять стандарт, а затем заняться профразвитием педагогов – например, сделать так, чтобы они на уроках математики уделяли внимание еще и навыку командного взаимодействия.

Задача родителя – понять, что система развития ребенка – это пазл, в котором на школу приходится процентов 50 или, если повезет, 60–70. Остальные 30–50% нужно закрывать с помощью других инструментов. С одной стороны, это кружки и секции. Отдавая в них ребенка, следует думать не о том, какие виды деятельности надо добавить в его жизнь, а о том, какие навыки ­необходимо у него развить. Например, может казаться, что командный вид спорта всегда развивает навык командной работы. А на деле тренер будет заставлять всех бегать по кругу и бить по мячу и не обучать способам разделения задач, командным целям.

С другой стороны, большинство личностных качеств и навыков развиваются в семье – для этого нужно лишь регулярно общаться с ребенком. Когда родители за ужином спрашивают «А ты что думаешь на эту тему?», обсуждают фильмы, книги, встречи с друзьями, задают правильные вопросы, хвалят за проявленные качества и усилия, они развивают ребенка.

Чтобы построить стратегию, нужно понимать, что берет на себя школа, на какие качества и навыки работают кружки и что надо дать в семье.

Когда следует приступать к выбору школы?

Многие рейтинговые государственные школы, набирая в первый класс, отдают предпочтение тем, кто ходил в их подготовительные группы. Чем сложнее попасть в школу, тем больше нюансов нужно предусмотреть заранее – подготовить ребенка к входному тестированию или даже отдать его в определенную группу к нужному педагогу, чтобы было больше шансов поступить. В частных школах вступительные экзамены и отбор детей проходят в феврале–марте, и к этим мероприятиям тоже надо успеть подготовиться. Поэтому с пяти до шести лет ребенка нужно собирать информацию о школах, а с шести до семи, уже имея план того, в какие школы ребенок будет поступать, готовиться к поступлению.

Школа, как вы сказали, не может закрыть все потребности ребенка в развитии: одни учебные заведения будут давать сильные академические знания, другие – делать упор на мягкие навыки. Поэтому задача родителя – понять, работу с какими элементами образовательной стратегии он готов делегировать школе. Как сделать этот непростой выбор?

Основной совет, который дают консультанты и директора школ, – ориентироваться на ценности семьи. Возьмем два примера. Первый – семья айтишников, которые добились успеха благодаря математике и техническим знаниям. У них прокачено упорство, мотивация на результат, умение долго заниматься важным делом, даже если оно сложное и неинтересное. Исходя из этих установок они взаимодействуют с ребенком и прививают ему соответствующие ценности. Такому ребенку, скорее всего, подойдет сильная академическая школа, где учителя будут говорить то же, что и родители: «Упорство важно», «Предмет не всегда может нравиться, особенно пока изу­чаем базовые правила, – иногда надо включать силу воли, чтобы добиться результата». В этом случае у ребенка не будет когнитивного диссонанса между тем, что он слышит дома и в школе.

Другой пример – семья предпринимателей, которые, условно говоря, были троечниками, но благодаря гибкому мышлению, адаптивности, умению общаться, не бояться ошибок и извлекать из них опыт добились успеха. Они развивают в ребенке творческий подход, делают с ним проекты, учат его пробовать новое и мыслить нешаблонно. Если ребенок придет в школу, где ему скажут: «Открой тетрадку и отступи три клетки слева, иначе получишь двойку», он почувствует фрустрацию. Таким родителям стоит выбирать более демократические школы, но при этом не забывать: если они без глубоких знаний добились высоких результатов, то, скорее всего, или это ошибка выжившего – исключение из правил, или они добирали нужные знания во взрослом возрасте. Не надо считать, что ребенок без сильной академической базы, только за счет развитой адаптивности и любознательности добьется успеха. Шанс есть, но он невелик, поэтому нужно дополнительно обучать ребенка языкам – иностранному и русскому, математической грамотности, профильным предметам. Но сама школа, поскольку ребенок проводит в ней много времени, должна по своему подходу соответствовать ценностям родителей – иначе жди беды.

Нужно ли при выборе школы представлять себе, чем будет заниматься ребенок в жизни? То есть стоит ли сразу выбирать школу с углубленным изучением каких-либо предметов?

Ни в коем случае: профессионализация появляется только в старших классах. Более того, согласно футурологическим исследованиям, наши дети за жизнь сменят восемь–десять профессий. Это будет обусловлено, с одной стороны, постоянно возникающими шоковыми ситуациями, а с другой – динамикой развития отраслей: людей будут увлекать появляющиеся технологии, научные открытия, новые возможности. Так что выбрать для ребенка одно направление, которое позволит ему добиться успеха, точно не получится – это уходит в прошлое. Поэтому сегодня один из необходимых навыков – умение учиться.

Как в таком случае понять, на какие предметы нужно делать упор в образовании?

Согласно холистическому подходу, каждый ребенок должен освоить определенную базу, вне зависимости от того, чем он хочет заниматься в будущем. Именно эта база позволит ему менять сферы интересов. Она охватывает восемь предметных областей — это математика, родной язык и литература, иностранный язык, IТ, естественнонаучная область, социально-гуманитарные предметы, спорт и творчество. Спорт и творчество можно оставить за скобками: их могут дать родители.

Во все топовые вузы за редким исключением сдают экзамен по родному языку и математике. ЕГЭ по этим предметам тоже обязателен. Это естественно: человек должен хорошо говорить и писать на родном языке и выполнять базовые вычисления. Без математики не проживешь – не посчитаешь ипотеку, не сможешь планировать бюджет и т. д. Математика, необходимая для жизни, – проценты, дроби, соотношение сторон, объемно-пространственное восприятие – дается ребенку до пятого-шестого класса.

Освоение этой программы не зависит от способностей: любой ребенок в норме может выучить ее на пятерку. Если ученик в этом возрасте плохо успевает по математике, значит, в четыре–шесть лет он по той или иной причине не освоил базовые математические концепции. После шестого класса математика начинает становиться абстрактной, и здесь уже можно говорить о разнице в способностях: в переходном возрасте у детей дозревают области головного мозга, которые отвечают за абстрактное мышление.

Что касается родного языка и литературы, то задача образования в первую очередь – привить ученику читательскую грамотность. Ребенок должен понимать, о чем говорится в тексте, почему он написан именно так, каков контекст повествования, и быть в состоянии изложить свои мысли в понятной форме.

По данным исследователей, по крайней мере следующие 50 лет основным языком международного взаимодействия будет английский. Это в том числе означает, что на нем будет вестись вся научная и бизнес-коммуникация. Поэтому, если родители хотят, чтобы ребенок был профессионалом в своей области и имел доступ к самой современной информации, его надо обучать английскому.

Естественнонаучные предметы важны, потому что, как свидетельствуют исследования, широкая осведомленность в разных областях, то есть понимание, как устроен мир, позволяет лучше усваивать знания. Если ребенок читает текст на новую тему и у него есть базовая осведомленность в этой области, он понимает, о чем речь, и запоминает информацию намного лучше тех, кто не слышал об этой теме раньше. А так как обучение основано на усвоении информации из текстов, то и образовательные результаты у детей с широким кругозором будут значительно лучше, чем у сверстников.

Многие навыки также развиваются в тесной связке с кругозором: критическое мышление, например, – это не универсальный навык, а применимый только в той области, про которую человек что-то знает. Широкая осведомленность развивается в начальной школе – в средней ученик может уже углубленно изучать отдельные науки.

То же касается социально-гуманитарных предметов, которые объясняют, как устроен мир с психологической, «отношенческой» точки зрения. Они дают ответы на вопросы «почему надо сделать так или иначе?», «на что повлияют наши решения?». Чтобы развивать широкую осведомленность в этой области, нужно, например, не заставлять детей зубрить даты, а объяснять им, какие последствия имели те или иные исторические события.

И последнее – IТ-грамотность. Понятно, что без технологий в современном мире не обойтись, но это не означает, что всех нужно учить программировать. Главное – научить ребенка базовому алгоритмированию и логике, для этого можно использовать, например, язык скретч. В средней школе ребенок уже сам определится, хочет ли он развиваться профессионально в этом направлении.

Вернемся к выбору школы. Когда родители понимают, что главное – следовать собственным ценностям, они должны сформировать пул школ, которые эти ценности разделяют. Как найти и выбрать такие учебные заведения?

Лучший вариант – обратиться к консультантам по выбору школ, которые есть во всех крупных городах. Найти их можно через интернет, знакомых или задав вопросы на крупных «мамских» форумах. В идеале такие консультанты должны быть еще и нейропсихологами, тогда они смогут оценить готовность ребенка к школе и определить его особенности. Например, гипервозбудимому ребенку они не посоветуют государственные школы с 30 детьми в классе, потому что там он будет чувствовать себя отстающим. А усидчивому, наоборот, подберут государственную школу с сильной академической программой и отговорят от поступления в демократическую школу, в которой может быть слишком много свободы и медленное усложнение программы. Нейропсихологическую диагностику желательно проводить примерно за год до поступления.

Если говорить про государственные учебные заведения, то второй вариант – изучить рейтинг школ, официальный или составленный родителями. Отдать ребенка в сильную школу важно потому, что до 20% образовательных результатов зависит от окружения. В «дворовой» школе ученик, скорее всего, будет окружен детьми, родители которых не озаботились выбором школы, а значит, для части из них сильное академическое образование не имеет большой ценности. Эту установку они транслируют детям, а те, в свою очередь, – одноклассникам. В сильных школах, наоборот, учатся дети, чьи родители высоко ценят образование и убеждают их, что ученье – свет.

При этом стремиться в школу номер один из рейтинга не стоит – по крайней мере в крупных городах. Между школами, занимающими 50-е и первое место, может не быть принципиальной разницы в уровне образования, особенно в начальных классах. Рейтинги составляются для министерства, а не для родителей. Например, школы получают дополнительные баллы за переход детей из дошкольного звена в первый класс и за победы в олимпиадах (они котируются выше, чем результаты ЕГЭ).

С частными школами другая история. Определить их качество сложно, потому что официально для них существует только один норматив – соответствие федеральному образовательному стандарту. В отличие от государственных, в частных школах зачастую очень маленький коллектив и каждый его член существенно влияет на уровень преподавания. Если из школы уйдет сильный учитель или в ней сменится директор, ей будет сложнее «пересобраться». Поэтому, когда нет возможности получить инсайдерскую информацию о том, что происходит в частной школе, опираться при выборе приходится на отзывы родителей, форумы и даже слухи.

Вы сказали, что нейропсихолог может оценить готовность ребенка к школе. Что стоит за этим понятием?

Готовность к школе – это не умение читать, писать и считать, это зрелость областей мозга, которые позволяют ребенку волевым усилием длительное время удерживать внимание и при необходимости переключать его. Когда учитель говорит: «Отложите тетрадки и послушайте меня», в голове у ребенка проходит сложный когнитивный процесс: он должен заглушить одни стимулы и переключиться на другие. Это называется исполнительная функция – зрелости, достаточной для эффективного обучения на уроке, она обычно достигается к семи-восьми годам. Именно в этом возрасте лучше идти в школу.

На что важнее ориентироваться при выборе школы – на рейтинг или на возможность попасть к сильному педагогу начальных классов?

По возможности, безусловно, надо идти на учителя. Если в одной хорошей школе можно гарантированно попасть к замечательному педагогу, а в ­другой, чуть сильнее, такой гарантии нет, то универсальный совет – отдать ­предпочтение первому варианту. Учитель – значимый взрослый в жизни ребенка, который играет огромную роль в познавательном процессе. Если он за четыре года привьет любовь к знаниям и научит любознательности, это дорогого стоит.

У некоторых консультантов, особенно в Москве, есть списки хороших учителей начальной школы. Если найти такого консультанта не удается, выяснять все придется самостоятельно. Можно подойти к дверям школы и попытаться поговорить с родителями, чтобы собрать их мнения. Можно проделать ту же работу на «мамских» форумах в ветках конкретных школ. Конечно, мнение родителей будет во многом зависеть от их ценностей – условные предприниматели будут ругать учителей, которые заставляют отступать три клеточки, а условные ученые будут от этих педагогов в восторге. Тем не менее из отзывов всегда можно извлечь рациональное зерно.

Каким школам, на ваш взгляд, стоит отдавать предпочтение – частным или государственным?

Форма собственности не влияет на то, что школа делает с детьми, так что в этом вопросе родители должны ориентироваться на свои ценности. У частных школ больше свободы в том, как трактовать определенные требования государства, например касающиеся нравственного воспитания, или в том, как распределять часы, выделенные на какой-либо предмет, скажем ОБЖ. Некоторых это может привлекать. Также во многих частных школах больше внимания уделяется развитию навыков, междисциплинарным проектам. Но при этом, как правило, у них нет системы академического отбора, а значит, уровень программы рассчитан на среднего ребенка в классе. Если для родителей важны высокие академические результаты, сильное окружение, воспитание силы воли, то предпочтение стоит отдать сильной государственной школе с отбором в профильный класс.

После того как пул школ сформирован, как выбрать ту, в которую стоит поступать?

Один критерий я уже назвала – идти на конкретного учителя. Кроме того, при прочих равных стоит выбрать школу, расположенную ближе к дому – скажем, в 20 минутах езды или в пешей доступности. Долгая дорога – огромная нагрузка на ученика. Если школа находится недалеко, у ребенка будет оставаться больше времени на дополнительные занятия, он будет лучше высыпаться, а значит, лучше усваивать знания.

Однако далеко не всегда у родителей есть возможность выбирать: в сильных школах чаще всего огромный конкурс. Поэтому совет – не складывать все яйца в одну корзину: всегда нужно иметь запасной вариант, и не один.

Предположим, ребенок поступил в школу. Как в процессе учебы оценить, что она соответствует заявленным критериям и ожиданиям родителей?

Если есть возможность, нужно заранее спросить представителей школы или учителя, какие образовательные результаты они ожидают увидеть через год и к окончанию начальных классов. В идеале на этот вопрос должен быть четкий ответ: какие знания ученик получит по математике, по русскому, по английскому – какой будет уровень освоения и по какой программе. Что касается навыков, ответ может звучать так: критическое мышление будет развито до такой степени, что к четвертому классу ребенок будет сравнивать источники информации и понимать, что разные люди могут реагировать на одно событие по-разному. Если четких ответов нет, это нехороший сигнал.

Достижение заявленных показателей нужно контролировать. О результатах свидетельствуют прежде всего оценки: плохие означают, что ребенок осваивает не все, что планировалось. Когда оценок не ставят, нужно поддерживать разумный контакт с учителем. Сотрудничать с педагогом очень важно: если он не будет чувствовать, что родители на его стороне, он не решится давать честную обратную связь. Когда учитель говорит, что с ребенком нужно чем-то позаниматься, это стоит воспринимать конструктивно, потому что учитель – партнер родителей. Не следует считать, что преподавание только его задача: как правило, из-за большой загруженности и разного уровня подготовки детей педагог не всегда может уделять всем должное внимание. Плохим сигналом послужит просьба помогать с домашним заданием. Делать этого не следует: если ребенок ходит на костыле, это не повод подставлять ему второй костыль – наоборот, необходимо разобраться, в чем проблема.

Хорошая идея – в конце каждого года проверять знания ребенка с по­мощью внешнего педагога. Это позволит объективно оценить, на каком образовательном уровне он находится по сравнению с учениками других школ и соответствуют ли его знания заявленным целям.

По каким признакам можно понять, что школу стоит сменить?

Уходить надо в нескольких случаях. Первый – плохие отношения с учителем: он предвзято относится к ребенку, приводит его в пример как отстающего ученика. Даже ремарки вроде «Ты опять хуже всех все сделал» угнетают ребенка, подрывают его уверенность в себе и сводят на нет желание учиться. Второй случай – буллинг: когда ученика травит весь класс, школу надо срочно менять. Если не обеспечить психологическую безопасность, ребенок не сможет усваивать знания.

Третий случай касается образовательных результатов. Если у ребенка по какому-то предмету одни пятерки, а в ходе проверки по итогам года выясняется, что он почти ничего не знает, значит, учебный процесс в школе не контролируют. А это серьезный повод как минимум для разговора с учителем и как максимум – для смены школы.

В каком случае стоит задумываться об обучении за рубежом?

Если родители хотят, чтобы ребенок поступал в зарубежный вуз. В такой ситуации есть два варианта. Можно отдать его в школу в России, которая готовит к сдаче международных экзаменов и аккредитована по международным программам – это либо Международный бакалавриат, либо Британский образовательный стандарт. Но само по себе это не гарантирует поступления в хорошие вузы, поэтому последние три–четыре года важно «усилить школу» репетиторами по профильным предметам.

Второй вариант – заранее, лет в 13, перевести ребенка в зарубежную школу-пансион. Обычно это делается с помощью консультантов в той или иной стране: они помогают сформировать перечень учебных заведений, которые подходят ребенку по характеру, уровню знаний, ценностям семьи, ценам, и найти специалистов, которые готовят к поступлению.


Полина Мальцева 10 лет работает в сфере школьного образования. Участвовала в проекте Департамента образования г. ­Сан-Франциско (США) по привлечению и удержанию учителей, руководила проектом создания школы «Летово» (Россия). Сейчас является стратегическим директором школ и детских садов «МИР» (г. Доброград, Россия) и ISL (г. Лимассол, Кипр). Запустила просветительский проект и курсы для родителей о развитии и обучении детей, которые прошли 4,5 тыс. семей из 42 стран.



15.05.2023

Источник: WEALTH Navigator


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз



Закопать миллионы

03.06.2024 Savoir Vivre HNWI

A
 

Купить остров подальше от цивилизации и построить там подземный бункер, чтобы переждать в нем конец света. Таков был план основателя биржи FTX Сэма Бэнкмана-­Фрида. Взлет миллиардера-­вундеркинда к вершинам богатства на волне бума криптовалют поражает воображение, столь же фантастической была и история молниеносного краха. Состояние Бэнкмана-­Фрида в 26 млрд долларов испарилось буквально за неделю, и ближайшие четверть века по решению суда он должен провести не на тропическом атолле, а в тюрьме. Но WEALTH Navigator заинтересовали не столько драматические перипетии жизненного пути бизнесмена, сколько обнародованные на процессе по его обвинению в мошенничестве документы. Они проливают свет на экзистенциальные страхи миллиардеров с Манхэттена и из Кремниевой долины, а также распространенные стратегии подготовки к краху цивилизации, который пугает многих ультрахайнетов.