Эндаументы: благотворительность сквозь века
От академии Платона в древних Афинах до Физического института им. Лебедева и НИИ скорой помощи им. Склифосовского в современной Москве. Людмила Пантелеева вспоминает важнейшие вехи истории фондов целевого капитала, акцентирует внимание на «русском следе» при создании Нобелевского фонда – пожалуй, самого известного в мире эндаумента – и рассказывает, как миллионы купца-мецената из Вологды оказались заморожены в швейцарском банке.
![1](/system/images/4891/page/1.jpg?1719931790)
Первые эндаументы
Основы долгосрочного подхода к благотворительной поддержке были заложены еще в Античности. В 380 году до н. э. древнегреческий философ Платон завещал свое имущество преподавателям основанной им академии. Доход от имущества шел на развитие учебного заведения. Благодаря этому академия просуществовала несколько веков, до 1 года до н. э. Еще один пример – римский император Марк Аврелий, создавший в 176 году н. э. несколько кафедр изучения философии в Афинах и учредивший постоянный капитал для их содержания.
Эндаументами (от английского «дар», «пожертвование», «вклад») такие благотворительные капиталы стали называть в Средние века, а самые известные из них связаны с английской королевской семьей. В 1502 году мать короля Генриха VII, леди Маргарет Бофорт, сделала пожертвование на постоянное содержание кафедры профессора богословия в Кембриджском университете, а в 1540 году такая же кафедра в соответствии с ее завещанием была учреждена и в Оксфорде.
Любопытно, что через полтора века благодаря эндаументу в Кембридже появилась еще одна известная именная кафедра. Выпускник университета, священник и депутат британского парламента Генри Лукас завещал Кембриджу 4 тыс. книг и землю, которая давала доход в 100 фунтов в год, для финансирования учрежденной им должности Лукасовского профессора математики. В разные годы ее занимали выдающиеся ученые, в том числе Исаак Ньютон и Стивен Хокинг.
Сейчас у Кембриджа и Оксфорда самые крупные эндаументы Великобритании. Их объем (вместе с колледжами) – 7,8 млрд и 6 млрд фунтов соответственно.
Несмотря на то что первые эндаументы появились в Европе, наиболее популярным инструментом благотворительности они стали в США. В 1638 году перебравшийся из Англии в Новый Свет филантроп и христианский проповедник Джон Гарвард, завещав имущество, положил начало одному из самых крупных на сегодня эндаументов в мире – фонду Гарвардского университета. Его капитал сейчас – 50 млрд долларов.
В XVIII веке эндаументы появились у Йельского, Принстонского и Колумбийского университетов, а также университетов Эмори и Пенсильвании. Их совместный капитал на конец 2023 года – около 120 млрд долларов.
Огромную роль в развитии эндаументов сыграл Йельский университет. Весь его капитал был в акциях Eagle Bank of New Heaven, который в 1825 году обанкротился, а университет потерял почти все деньги. После этого руководство Йеля решило диверсифицировать активы. Этому примеру последовали и другие университеты. В XX веке именно в Йеле была предложена модель Дэвида Свенсона – предполагающий широкую диверсификацию «золотой стандарт», который используют сегодня большинство эндаументов для распределения активов и формирования портфеля. По данным Nacubo, в 2023 году общие активы университетских эндаументов США достигли 840 млрд долларов.
Капитал «динамитного короля»
Нобелевская премия на слуху практически у всех. Менее известен тот факт, что Фонд Нобеля тоже эндаумент, а выплачиваемые ученым премии – проценты с капитала, который шведская семья Нобелей, долгое время жившая в России, сколотила именно здесь.
Основатель династии Эммануил Нобель переехал в Россию в 1837 году, проявил себя как талантливый инженер-изобретатель и получил поддержку царского двора. Он стал владельцем литейно-механического завода в Санкт-Петербурге, который выпускал в том числе изобретенные Нобелем подводные мины, а также переводил корабли на паровую тягу. Однако смерть императора Николая I и нежелание его преемника Александра II платить по долгам сделали Эммануила Нобеля почти банкротом.
Его старший сын Людвиг возглавил завод и с помощью братьев, Альфреда и Роберта, постепенно вывел предприятие из кризиса. В 1873 году, заинтересовавшись нефтепромыслами, братья приобрели в Баку нефтеперегонный завод. Нобели построили первый в мире нефтеналивной танкер «Зороастр» и запустили первый в Российской империи нефтепровод длиной 9 км и с паровым насосом. Все российские активы братья объединили в компанию «Товарищество Братьев Нобель» («Бранобель»), которая вскоре стала одной из лучших в Европе по добыче, переработке и транспортировке бакинской нефти и полностью вытеснила с европейского рынка керосина американскую Standard Oil.
Будущий учредитель Нобелевской премии – Альфред – с малых лет интересовался химией. Первые опыты были неудачны, однако уже в 1867 году он запатентовал известную на весь мир смесь – динамит. Основать премию для выдающихся ученых Альфред решил после ошибки репортеров, которые в 1888 году опубликовали сообщение о его смерти, перепутав с братом Людвигом. В этих заметках Альфреда именовали «торговцем смертью» и «динамитным королем». Чтобы избавиться от клейма злодея и разрушителя, Альфред в 1895 году, за год до смерти, написал завещание, согласно которому большая часть его состояния – около 31 млн крон – должна была пойти на учреждение международных премий за достижения в физике, химии, медицине, литературе и за деятельность по укреплению мира. Таким образом Нобель создал эндаумент, проценты с которого идут на Нобелевские премии вот уже более века.
Спасение Нобелевской премии
Первые Нобелевские премии ученым были вручены в 1901 году. Однако выполнить волю Альфреда оказалось не так просто: завещание было составлено юридически неточно, а родственников, пожелавших его оспорить, оказалось предостаточно. Единственным из Нобелей, кто выступил в поддержку завещания Альфреда, призвав семью уважать волю покойного, был его племянник Эммануэль, первый и последний представитель династии, получивший российское подданство.
Эммануэль выкупил долю дяди в товариществе «Бранобель», вложив деньги в премию, а также договорился с родней, получившей проценты с капитала Альфреда за первые 18 месяцев. В результате в 1898 году родственники подписали соглашение об отказе от притязаний на капитал, а правительство Швеции согласовало положения, связанные с присуждением премии. Спустя еще два года устав и другие правила деятельности Фонда Нобеля были подписаны шведским королем.
Меценаты Российской империи
История российских эндаументов (или неприкосновенных капиталов, как их было принято называть) началась на излете XVIII века. Чуть более чем за 100 лет в России были созданы тысячи эндаументов, которые поддерживали сиротские приюты, больницы, монастыри, образовательные и культурные учреждения.
Одним из самых известных первых неприкосновенных капиталов в царской России считается вклад графа Николая Шереметева, обеспечивший содержание построенного им в Москве Странноприимного дома (сейчас – НИИ скорой помощи им. Склифосовского). Больница для нищих и калек заработала в 1810 году, а на ее содержание граф внес в сохранную казну 500 тыс. рублей «для получения с оного процентов».
Активное создание неприкосновенных капиталов в Российской империи началось после 1817 года благодаря указу Сената «О пожертвованиях в пользу богоугодных заведений». Первый закон об эндаументах обязывал благотворителя обеспечить создаваемое благотворительное учреждение «достаточными средствами» для его дальнейшего существования. Норма способствовала развитию не только благотворительности, но и кредитно-банковской системы, а также торговли. В большинстве случаев благотворительное учреждение получало билеты сохранной казны, с которых им выплачивался процент – 4–6% годовых.
Среди меценатов, создававших неприкосновенные капиталы, – предприниматель и коллекционер Павел Третьяков. В 1892 году именно в такой форме он решил поддержать свою галерею живописи. Третьяков также организовал содержание московского Арнольдо-Третьяковского училища для глухонемых, а после смерти завещал деньги на строительство и содержание богадельни и сиротского приюта для вдов и художников.
Масштабный благотворительный проект был начат семьей Бахрушиных. В 1896 году они построили дома с бесплатными квартирами для вдов с детьми и учащихся девушек. Доходы с неприкосновенного капитала в 450 тыс. рублей обеспечивали оплату аренды, коммунальных услуг и медицинской помощи жильцам. К 1913 году в домах жили 2 тыс. человек.
Вологодский купец Христофор Леденцов прославился тем, что в начале XX века оставил завещание, аналогичное тому, что написал Альфред Нобель. Однако все доходы с капитала Леденцова в размере почти 2 млн рублей пошли не на премии, а на перспективные научные исследования. На его деньги изучал рефлексы у животных Иван Павлов, проектировал аэропланы и дирижабли Константин Циолковский, а также выросли лаборатории, которые впоследствии стали Физическим институтом им. Лебедева (ФИАН), Центральным аэрогидродинамическим институтом им. Жуковского (ЦАГИ) и Радиевым институтом им. Хлопина в Петербурге.
История Леденцова показательна: большинство благотворительных проектов дореволюционной России развивались за счет купцов. Это касалось не только Петербурга и Москвы, но и территорий за Уралом, причем особой щедростью славились иркутские купцы. Один из примеров – создание неприкосновенного капитала при Сиропитательном доме (приюте для сирот) Елизаветы Михайловны Медведниковой. Ее сыновья, иркутские купцы Иван и Логин, выполняя завещание матери, в 1836 году открыли сиропитательный дом и банк для его поддержки. Сделать пожертвование в банк мог любой желающий, таким образом создание эндаумента стало коллективным. За 40 лет капитал банка вырос почти до 11 млн рублей, а сам он занял первое место среди всех сибирских банков по обороту.
Этот пример был повторен в Томске. В 1843 году купец Степан Попов открыл по завещанию дяди Сибирский общественный банк для поддержки Мариинского Сибирского института для воспитания девиц. Согласно уставу банка, ежегодно 2 тыс. рублей должны были выделяться на содержание 20 пансионерок. Впоследствии на средства банка содержались также Томская Мариинская и Омская женские гимназии.
Неприкосновенные капиталы в то время возникали даже в самых отдаленных уголках страны. Согласно архивным документам, якутский купец Николай Чепалов в 1850‑е годы завещал 10 тыс. рублей, проценты с которых обеспечивали существование местного детского приюта.
В 1918 году все вклады были национализированы, а практику создания эндаументов возродили только в наше время. Интересно, что часть капиталов дореволюционных эндаументов до сих пор находится на зарубежных счетах. Однако эти средства фактически заморожены, потому что сами фонды и социальные проекты, которые финансировались за счет доходов, уже не существуют. Например, правнуки Христофора Леденцова обнаружили в архивах его счет на 180 млн долларов в швейцарском банке и долю в американской страховой компании. Однако доказать правопреемственность пока никому не удалось.
К 1916 году у Эммануэля Нобеля были инвестиции в десятки предприятий, связанных с добычей и транспортировкой нефти. Ему принадлежал крупнейший частный торговый флот, 1,5 тыс. км нефтепроводов, на него работали 50 тыс. человек. В 1918 году после национализации всех предприятий Эммануэль бежал в Швецию. Вместе с ним Россию покинули и все остальные Нобели.
Людмила Пантелеева, директор эндаумент-фонда «Филантроп»
Источник: WEALTH Navigator
Лазурь и виноцветие
![Presidential%20suite%20-%20pool%202](/system/images/4886/medium/Presidential%20Suite%20-%20Pool%202.jpg?1719930746)
Пятизвездочный Cap St Georges Hotel & Resort, открывшийся на Кипре в 2022 году, не ограничивает доступ своих гостей к главным кипрским достопримечательностям – небу и морю. Отель располагается на западной оконечности острова и стоит на высоком холме, каскадом спускаясь к пляжу. Все номера и виллы обращены здесь к морю. Благодаря такому расположению и ландшафту каждый вечер отель демонстрирует своим гостям невероятно красивые закаты. Как морская гладь меняет оттенки от лазуревых до виноцветных на протяжении неспешного кипрского дня, в Cap St Georges любовалась Наталья Роно.
Миллионы текут на Ближний Восток
Отток долларовых миллионеров из России по итогам 2024 года замедлится более чем в восемь раз по сравнению с 2022‑м. Страной, которая потеряет больше всего состоятельных граждан, по-прежнему останется Китай. Не изменится и главный центр притяжения релокантов с капиталами. Это вновь Объединенные Арабские Эмираты, свидетельствует отчет, отслеживающий миграционные тенденции в мире частного капитала и инвестиций.
Картинки для выставки
![Alex_lahman](/system/images/4840/medium/alex_lahman.jpg?1716977957)
Собирать довоенную советскую фотографию неимоверно трудно, но на это стоит потратить годы жизни и сотни тысяч долларов. Знаменитый коллекционер Алекс Лахман объяснил это WEALTH Navigator на своем собственном примере.
Эндаументы мирового масштаба
![Panteleeva_ludmila_ef_filantrop](/system/images/4725/medium/Panteleeva_Ludmila_EF_Filantrop.jpg?1711618588)
Составляя специально для WEALTH Navigator ренкинг крупнейших мировых эндаументов, Людмила Пантелеева среди прочего напоминает полудетективную историю фонда мормонов, деньги из которого расходовались отнюдь не на богоугодные начинания, и объясняет, как элитный жокейский клуб превратился в главного благотворителя Гонконга.
Кого и почему поддерживают через «вечные фонды»
![Panteleeva](/system/images/4688/medium/Panteleeva.jpg?1703509252)
Людмила Пантелеева — о разнице в предпочтениях благотворителей-миллиардеров и филантропов «из народа».
Фавориты Кремниевой долины
![Panteleeva](/system/images/4633/medium/Panteleeva.jpg?1700410163)
Людмила Пантелеева — о том, почему миллионы американцев кладут средства на благотворительные счета.
Оставить комментарий