Свет на дне бутылки


Заработав репутацию противозаконной деревенской выпивки, самогон привел к возрождению виски, рассказывает Эми Гаттман. Это очень американская история, но она может повториться и в других частях света.

11.06.2014





«Самогонщиков объединяет упорное недоверие к правительству», – заявляет винокур Джастин Кинг. Он мастер своего дела и хранитель секретного рецепта самогона Ole Smoky, также известного как хуч, «белая молния» или, как его называют официально, невыдержанный кукурузный виски.

Суровые мужчины говорят, что высокоградусный перегнанный алкоголь может называться самогоном, только если произведен нелегально, однако его законная версия, сделанная из кукурузного сусла, дала начало возрождению американского виски. Загадочная репутация самогона сыграла свою роль в росте его популярности. Писатель и журналист Макс Ватман, запечатлевший историю напитка в своей книге Chasing the White Dog («В погоне за белым псом»), говорит, что привлекательность нелегального самогона в его разбойном духе, но без сопутствующего бесчестья.

«Ты оказываешься по другую сторону закона, но твои друзья, родственники, твой начальник не подумают о тебе ничего плохого», – объясняет он. «Ты можешь показаться на публике с банкой самогона, получить от этого свою дозу мурашек, шагнуть за пределы разрешенного без серьезных социальных последствий».

Коммерческие самогонщики от мала до велика подхватили этот мотив. За последние три года местные производители из Нью-Йорка, Новой Англии, Калифорнии и других штатов позиционируют на рынке свой товар как «самогон для разборчивых потребителей», поддерживая моду на «деревенские» продукты.

«По всей Америке есть те, кто хочет покупать у своих. Они хотят есть и пить местные продукты, произведенные людьми, которых знают по имени или даже лично. Такая картина сложилась и на фермерских рынках, и в магазинах спиртного. Это движущая сила для развития мелких винокурен», – говорит Ватман.

Другой движущей силой всего самогонного рынка стало появление белого виски Jacob’s Ghost от Jim Beam, что поспособствовало определению новой категории.

«Это местный повод для гордости и в значительной степени семейная традиция в Теннесси», – говорит Роберт Криминс, студент колледжа в Ноксвилле. Многие в этом регионе не представляют жизни без самогона, рассказывает Криминс: «Я вырос на байках о самогоне».

Рецепты горного короля

У подножия покрытых буйной растительностью Дымчатых гор с их величественными веймутовыми соснами самогон – называйте его как хотите – часть богатой традиции. Соседние штаты тоже могут претендовать на это наследие, «но тот, что возле Дымчатых гор, – самый традиционный», утверждает Ватман, выросший в долине Шенандоа в Виргинии. «Некоторые регионы, например Западная Виргиния, цепляются за историю самогона в попытке раскрутить его, но там напиток не является настолько связанным с местным колоритом, как возле Дымчатых гор. В восточной части Теннесси и в Дымчатых горах вы встретите людей, считающих производство самогона искусством и частью фольклора. В этом вся разница».

История этого запечатлена в Rocky Top, одной из теннессийских песен, в которой упоминается, что самогон по-прежнему можно найти среди холмов. Тем не менее только четыре года назад законы смягчились, а до этого самогонщикам за пределами трех округов было практически невозможно получить лицензию на производство алкоголя. Предприниматель Джим Мэсси выступил в качестве независимого лоббиста и поменял законодательство в 2009 году, упростив процедуру входа на рынок для мелких производителей самогона. «Речь шла не столько о производстве алкоголя, сколько о деле, которым мы славимся и в котором у нас есть конкурентное преимущество», – говорит Мэсси. Его усилия пришлись кстати, потому что Теннесси и другие штаты искали способы сгенерировать облагаемые налогами доходы для борьбы с рецессией.

Очищенная история

Джо Бейкер, специалист по уголовному праву, чьи предки одними из первых поселились на территории восточного Теннесси, вместе с двумя приятелями-юристами открыл винокурню Ole Smoky в Гэтлинбурге. Большинство из 4000 местных жителей зарабатывают на жизнь благодаря туристам, приезжающим в Дымчатые горы, и бесчисленным магазинам сладостей.

«Я подумал, что было бы здорово сделать что-нибудь самогонно-туристическое и поделиться этим наследием, – говорит Бейкер. – У нас невероятно богатая история производства алкоголя, связанная с нашей землей и местоположением. Это важная часть нас самих». В семье Бейкера рецепт самогона хранится уже 200 лет.

Само собой, самогон издавна стал важной частью местной экономики. Лесистые горные склоны стали прибежищем для предков Бейкера и других самогонщиков, осевших в Дымчатых горах. Многие из них эмигрировали из Шотландии и Ирландии, поселившись в схожей с родиной местности задолго до того, как горы стали национальным парком. Согласно неподтвержденным слухам, Аль Капоне во время сухого закона хранил свои запасы алкоголя в Дымчатых горах, а потом отправлял в Чикаго.

Винокур из Ole Smoky Джастин Кинг рассказал, что, помимо традиционного рецепта, в семьях также готовили особый, более приятный на вкус самогон «Яблочный пирог»: «У каждого жителя восточного Теннесси была своя версия “Яблочного пирога”, со своим вкусом и крепостью». Чаще всего в него добавляют корицу, яблочный сок, яблочный сидр и несколько специй, на вкус получается сладкий вечерний дижестив. По словам Кинга, вкусы разнообразят, замачивая в самогоне местные фрукты, например вишни или персики.

«На Рождество у нас в семье было принято раздавать самогонные вишни, – рассказал он. – Многие тут небогаты, так что банка самогонных вишен или персиков была приятным подарком. В ход шли любые фрукты, какие можно было достать».

Макс Ватман говорит, что подобное взаимодействие фермеров и самогонщиков по-прежнему процветает, многим это помогло побороть рецессию. «Этот рынок сфокусирован на том, чтобы остаться местным. Я слышал уйму историй, как у фермеров все персики сбивало во время урагана, а местная винокурня скупала весь урожай, потому что им наплевать на внешний вид фруктов».
Бейкер использует кукурузу местного производства, и на него работают 150 человек. Это производит дополнительный экономический эффект: например, стеклянные банки и этикетки для своего продукта он покупает у местных производителей, а водители зарабатывают на доставке. Упаковка нарочито простая: банки с завинчивающейся крышкой, в которые традиционно разливают самогон – в дань традиции «пускать банку по кругу», собрав семью и друзей.

Что касается планов Бейкера скрестить самогон и туризм, то явным доказательством его успеха служат десятки туристов, сидящих в креслах-качалках на крыльце магазина Ole Smoky на главной улице Гэтлинбурга, постукивающих пальцами в ритм мелодий ежедневно выступающего блюграсс-бэнда, причем для этого не обязательно что-нибудь покупать. Внутри народ толпится в дегустационной комнате. Бейкер создал одну из самых посещаемых винокурен, распространяя товар по 49 штатам.

Для таких сторонников самогона, как Мэсси, успех Ole Smoky – лучшая награда. «Вы только посмотрите на Ole Smoky, – говорит он. – На их винокурню приезжает больше туристов, чем к Jack Daniel’s в Линчбург».



11.06.2014

Источник: SPEAR'S Russia №5(38)


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз


Музей как самая правильная инвестиция


Img_8880
 

С одной стороны, Музей AZ посвящен одному художнику – Анатолию Звереву, выдающемуся представителю советского нонконформизма. С другой – наведываться в него можно по несколько раз за год, потому что, отталкиваясь от творчества Зверева, тут рассказывают о целой эпохе – о 1960-х и том невероятном творческом прорыве, который тогда случился в СССР. Через выставки и проекты ведется диалог с русским авангардом начала XX века и современным искусством. Так Музей AZ оказывается одной из самых интересных и динамичных культурных институций Москвы. Но он еще примечателен и тем, что является меценатским проектом. Его создатель и директор – Наталия Опалева, известная миру бизнеса в качестве заместителя председателя правления «Ланта-Банка» и члена совета директоров GV Gold. О своей самой правильной инвестиции Наталия рассказывала в интервью SPEARʼS Russia.