Зачем русскому хайнету family office


Семейный офис – это та непозволительная роскошь, которая после накопления капитала определенного размера превращается в жизненную необходимость. Об особенностях управления личными финансами через family office в России рассказывает Владимир Зражевский.

28.02.2013




Vladimir
Владимир Зражевский

заместитель генерального директора Русского Коммерческого Банка (Кипр)

История вопроса

Опрос американских миллионеров, проведенный в прошлом году Bank of America, показал, что только 55% из них собираются оставить состояние наследникам, а 31% намерены передать деньги на благотворительность. Действительно, случаев, когда наследник усердно вникает в семейный бизнес и старается понять все его тонкости, не так много. Один из наиболее ярких подобных примеров – Марта Ортега Перес, которая начинала с должности ассистента продавца в магазине своего отца Амансио Ортеги – основателя империи Zara, чье состояние оценивается в 24 млрд долларов. Но куда чаще капитал, заработанный родителями, без всякого почтения растрачивался детьми.

Мудрое управление семейным капиталом – испытание, встающее перед каждым богатым кланом в мире. Считается, что один из лучших способов справиться с этой задачей – обратиться в семейный офис. Этот инструмент сохранения и приумножения состояния появился в США в конце XIX века. В условиях первичного накопления капитала на Диком Западе преуспевали, как правило, люди жесткие и авторитарные. Им часто приходилось делать рискованные вложения, из-за которых можно было потерять бизнес. Да и государство, несмотря на всю свободу, которую давали бизнесменам в Соединенных Штатах, зорко следило, чтобы никто не набрал слишком большой силы. Ярчайшим примером можно считать историю Джона Рокфеллера. В 1870 году он основал компанию StandardOil, которой к началу ХХ века удалось подмять под себя большую часть нефтяного бизнеса в Америке. А в 1911 году Верховный суд США обвинил предприятие в нарушении антимонопольного законодательства и принял решение принудительно разделить ее на 38 компаний. Из них впоследствии выросли такие гиганты, как ExxonMobil, Chevron, ConocoPhillips, British Petroleum и другие.

Находясь под постоянным давлением со стороны государства и конкурентов, богатые американцы задумались о том, как им и их семьям поддерживать привычный уровень жизни, даже если бизнес столк­нется с проблемами. Первый семейный офис создала как раз семья Рокфеллеров: основатель клана Джон Рокфеллер-старший открыл компанию по управлению личными средствами еще в 1882 году, то есть за 30 лет до раздела StandardOil.

В те времена огромным считалось состояние даже в 10 млн долларов. Сейчас же обращаться в мультисемейные офисы предлагают семьям с капиталом от 50 до 500 млн долларов. Нанимать специалистов, которые работали бы только на одну семью, при таком размере состояния считается неоправданным. И дело не в том, что владельцам больших капиталов проще расстаться с несколькими «дополнительными» миллионами. Просто чем больше состояние, тем большей защиты оно требует, в том числе и по части конфиденциальности.

Порог трех поколений

В оценке того, каким капиталом должен обладать клиент мультисемейного офиса, сходятся как российские, так и западные эксперты. Хотя культура обращения с крупными состояниями в России и на Западе существенно различается. Дело в том, что в Америке и Европе, как правило, семейные средства остаются под управлением семейного офиса на протяжении нескольких поколений. И его сотрудники работают в отдельной, специально созданной компании, никак не связанной с основным бизнесом семьи.

В России же обстановка в области создания семейных офисов напоминает Дикий Запад начала прошлого века. В нашей стране все крупные капиталы пока еще принадлежат «первому поколению»: его представители пристально следят за тем, кто и как управляет их средствами. При этом, как и сто лет назад в США, специалисты по личным финансам работают в основном бизнесе своих клиентов, что вообще свойственно индустрии семейных офисов периода первоначального накопления капитала. Достаточно сказать, что фонд Рокфеллеров был отделен от основной компании только Джоном Рокфеллером-младшим в 1930-х годах. То есть это решение принял представитель второго поколения семьи спустя полвека после создания семейного фонда.

Еще одна особенность в управлении личными финансами в современной России – традиция доверять не лучшим специалистам, а самым надежным и проверенным подчиненным. Люди, близко знакомые с тайнами семей богатых и влиятельных бизнесменов, постепенно становятся для них почти родственниками. Владелец капитала кровно заинтересован в том, чтобы никто из его управляющих не покинул команду, поскольку в противном случае конфиденциальность может оказаться под угрозой. Как правило, по прошествии определенного времени сотрудникам семейного офиса предлагают либо очень высокие заработки и бонусы, либо даже участие в каком-то из принадлежащих семье бизнесов.

Казалось бы, кому нужны все эти сложности и издержки, если с банальным обеспечением семьи деньгами может справиться обыкновенный траст или набор трастов? Ответ очевиден. Во-первых, траст не может оперативно реагировать на возникающие у семьи потребности: открыть новый бизнес, отправить детей на обучение, и много чего еще он тоже не может. Во-вторых, проблемы и задачи членов семьи не всегда решаются с помощью одних только денег. В-третьих, траст не снимает вопрос о качестве управления семейным капиталом. Наконец, самое главное: траст не научит чьего-либо сына или внука правильно распоряжаться деньгами. И в России,
и на Западе давно заметили, что большинство состояний прекращают свое существование уже в третьем поколении. У англичан даже поговорка есть: «От закатанных рукавов к закатанным рукавам через три поколения».

Есть аналогичная поговорка и у китайцев: «С рисового поля на рисовое поле через три поколения». Но самое забавное, что российская вариация на эту тему самая тревожная: «Что батюшка лопаточкой сгребал, то сынок тросточкой раскидал». То есть до третьего поколения у нас дело может даже не дойти.

Управление активами семейного офиса в его западном варианте подра­зумевает активное участие в принятии решений всех членов семьи, имеющих долю в капитале. Рано или поздно и российские бизнесмены придут к выводу, что гораздо дешевле расстаться с несколькими миллионами из-за неверных решений, принятых детьми, чем потерять все состояние из-за того, что дети не умеют принимать решения. Рокфеллеры, к слову, всегда очень строго относившиеся к воспитанию детей, до сих пор остаются одной из богатейших в мире династий. И хотя младший из внуков Джона Рокфеллера Дэвид до сих пор жив (в июне этого года ему исполнится 98 лет) и представляет то самое роковое третье поколение, вероятность, что он пустит состояние семьи по ветру, почти нулевая.


Материал опубликован в SPEAR’S Russia #1-2(25) под заголовком “Фамильные ценности”

Материалы по теме



28.02.2013

Источник: SPEAR'S Russia


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз


Дурацкая шутка, или Представление об альтернативе


20190906_174137_1
 

Вероятно, самый знаменитый профессор Высшей школы социальных наук и Парижской школы экономики Тома Пикетти написал новую книгу. «Время для социализма: депеши из мира в огне, 2016-2021 гг.» – это не только жесткий анализ все время усиливающегося глобального неравенства, как его «Капитал в XXI веке», но и план демонтажа существующей системы и строительства куда более справедливого и благодатного будущего, в котором никто не будет забыт и отчужден от результатов собственного труда. Разумеется, основная аудитория французского профессора имеет отчетливо левые взгляды, а многие коллеги хвалят его за поднятие темы на новый уровень или «невероятный эмпирический багаж», но критикуют за методологическую слабость и неверные выводы об истинных причинах неравенства. Тем не менее выход подобной книги – это прекрасный повод для содержательной дискуссии. Алексей Цветков, писатель, драматург, политический активист, комментатор и популяризатор Маркса, написал о Пикетти и его новой работе в своем блоге. С любезного разрешения автора WEALTH Navigator публикует его отзыв на своих страницах.