Тамань как предмет искусства


В 2013 году во Владивостоке при центре современного искусства «Заря» появилась одна из первых в России арт-резиденций для художников и кураторов. Меценатом проекта стал основатель Beluga Group Александр Мечетин. Летом прошлого года опыт «Зари» был перенесен на Таманский полуостров: при винодельне Golubitskoe Estate, первого винного актива Beluga Group, открылся фонд искусств «Голубицкое», обещающий бурную культурную жизнь и международный резиденциальный обмен в не самом арт-активном регионе России. Как возделывают и осмысляют земли виноделы и приглашенные художники «Голубицкого», изучала Наталья Шастик.

08.04.2021





Винодельня «Поместье Голубицкое» (Golubitskoe Estate) в Темрюкском районе Таманского полуострова лежит на узком участке суши между Ахтанизовским лиманом и Азовском морем. Entre deux mers – «между двух морей», сказали бы французы, взглянув на карту. Каждый любитель вина, услышав такое выражение, удовлетворенно причмокнет, вспомнив белые вина апелласьона Антр-Де-Мер (Entre-Deux-Mers) в Бордо, в междуречье Дордони и Гаронны. Географическое расположение Golubitskoe Estate тоже дает надежду на винную славу.

Таманский полуостров с его обилием водных зон, обеспечивающих высокую влажность, мягким континентальным климатом, когда отсутствуют чрезмерно жесткие зимы, ветрами, «проветривающими» лозы от грибков, и разно­образными по составу почвами считается одним из наиболее перспективных виноградо-винодельческих районов России. Всего на Кубани на настоящий момент их официально выделено девять из 11 терруаров, среди которых Голубицкая стрелка, в 2019 году получившая второй по счету новый статус ЗНМП (зарегистрированной географической зоны для вин с защищенным наименованием места происхождения). Первой лицензию на выпуск вин ЗНМП приобрела для своих хозяйств «Фанагория».

То, что ЗНМП в России, являющиеся, по сути, аналогами терруаров, почти все монопольные и принадлежат конкретным винодельням, – специфика отечественного виноделия, наглядно демонстрирующая особенности его развития. Так, раздробленность Бургундии на сотни мелких винных хозяйств напоминает, как после Французской революции распродавались на аукционах конфискованные монастырские земли. А российская монопольность ЗНМП свидетельствует, что виноделие у нас по-прежнему занятие для обладателей больших и сверхбольших капиталов.

Бюджет на развитие в Golubitskoe Estate как раз имеется. В 2018 году винодельню приобрела Beluga Group Александра Мечетина, что стало первым винным активом крупнейшего в России производителя водки и ликеро-водочных изделий. Винодельня – хозяйство на Тамани не новое. С 2009 года его развивал предприниматель Андрей Романов, назвавший предприятие именем себя – Villa Romanov. Пожалуй, он первым среди российских виноделов и винных бизнесменов водрузил собственное имя на этикетку, тем самым учредив тренд. А он все еще живуч, иначе бы в 2019-м на рынок не вышло вино «Галицкий и Галицкий».

Мечетин поступил скромно, но щедро. Винодельню переименовали в честь родной станицы Голубицкая и начали активно развивать: 1 млрд рублей вкладывается сейчас в виноградники и еще 100 млн рублей в продвижение бренда. Кроме того, винодельня должна стать частью масштабной арт-инициативы: прошлым летом при ней уже открыт Фонд искусств с резиденцией для приглашенных художников и в 2023 году здесь появится арт-парк, почти как во французском Chateau La Coste, где вино делается в окружении произведений лучших современных авторов. Так что «Поместье Голубицкое» не только примечательно расположением entre deux mers, но и концепцией entre les beaux-arts – «среди изящных искусств».

Тихое, игристое и закатное

Уже сейчас, еще до открытия арт-парка, винодельня – место, приятное для посещения. Виды на море, лиман и примостившиеся между ними виноградники впечатляющие. Закаты из-за обилия водных гладей, преломляющихся друг в друге, завораживают игрой света. Хозяйство состоит из двух зданий, соединенных системой подземных тоннелей: собственно производственного цеха, построенного из стекла и итальянского известняка, и туристического комплекса в русском стиле с башнями, арками и открытыми площадками на крыше. Тема à la russe – наследие прошлого владельца Романова, чья фамилия явно ко многому обязывала. Плоская крышка туристического комплекса – отличная смотровая площадка. Так и хочется выйти на нее с бутылкой игристого и торжественно сделать на закате сабраж, чтобы вырвавшийся из бутылки бурлящий поток внес свою лепту в волшебство закатного момента.

Игристое делают здесь по французскому методу шампанизации: ассамбляжи выдерживаются в бутылках на осадке в течение девяти месяцев. И все это время их вручную переворачивают, о чем с гордостью рассказывают на экскурсии по винодельне, показывая, как именно это проходит. Первая партия игристых вин Tête de Cheval («Голова лошади») была отправлена с винодельни на продажу только в апреле 2020-го. В линейке есть как продукты, рассчитанные на массового российского потребителя, традиционно любящего «послаще»: Semi-Dry, Sweet и Rose Sweet, так и резервная коллекция Blanc de Blancs, Zero Dosage и Brut Reserve 2017, позволяющая понять возможности и особенности терруара Голубицкая стрелка. Лошадь, чья голова украшает бутылки Tête de Cheval, – почти тотемное животное Golubitskoe Estate. В фойе туристического комплекса установлена огромная, в лошадиный рост, Horse Lamp, один из знаковых объектов голландской дизайнерской компании Moooi.

Еще один предмет гордости Golubitskoe Estate – дубовые бочки из Франции, в которых выдерживаются тихие вина. Их делают из традиционных европейских сортов винограда: «каберне-совиньон», «мерло», «пино-нуар», «шардоне», «совиньон-блан», «пино-гри» и «рислинг». На винодельне практикуют ручной сбор винограда, причем ночью, когда у ягоды низкая температура, что позволяет не подвергать ее шоковому охлаждению.

Художники в помощь виноделам

Виноградарство и виноделие – это всегда познание земли, долгий разговор с ней, обнаружение и раскрытие ее способностей. Виноделы Golubitskoe Estate занимаются именно этим. А в соседнем с ними здании исследование Тамани художественными способами ведут художники, приглашенные фондом искусства «Голубицкое» во главе с куратором Алисой Багдонайте.

Из российских «водочников» Александр Мечетин, пожалуй, самый ярый любитель искусств: он и коллекционирует, в основном советский нонконформизм, и активно занимается меценатством. По инициативе Мечетина и при финансировании Beluga Group в 2013 году во Владивостоке был открыт центр современного искусства (ЦСИ) «Заря», при котором появилась одна из первых в России арт-резиденций, позволяющая художникам жить и работать, создавая проекты, вдохновленные местом или на заданную тему. Так Владивосток и все российское Приморье, откуда Мечетин родом, вошли в мировой художественный контекст, стали территорией современного искусства и предметом исследования посредством этого самого искусства. В конце 2020 года, через семь лет после открытия, «Заря» свернула активную выставочную и резидентскую деятельность. ЦСИ превратился в музей – в место консервации, а не создания искусства, ретроспективная выставка «Сон ‘‘Зари”», охватывающая историю центра, стала его постоянной экспозицией. Команда же Алисы Багдонайте перебралась на Таманский полуостров, в Golubitskoe Estate. Из Приморья на берега Азовского и Черного морей был перенесен и опыт «смотрения на место».

Начиная с прошлой осени в фонде искусства «Голубицкое» работает международная круглогодичная резиденция для художников, кураторов, писателей, историков, археологов и междисциплинарных исследователей. Предполагается, что в год в «Голубицком» будет проходить до шести выставок. Их посещение свободно, хотя и требует предварительной записи.

Первым резидентом стала Алиса Йоффе. «Впервые на этой территории был художник как полноправный житель этого места», – прокомментировала ее пребывание в «Голубицком» и в регионе в целом Алиса Багдонайте. Проект «Таманский дневник», состоящий из зарисовок образов таманской повседневности в формате истории из соцсетей, стал персональным исследованием художницы местного исторического ландшафта. Любопытно, что за время работы в «Голубицком» у Алисы родилась и параллельная история – «Виноградный дневник» с зарисовками виноградников и портретами работников винодельни. Возможно, он станет основой для создания бутылки лимитированной коллекции с рисунком на этикетке Алисы Йоффе и авторской пробкой.

Таманское хтоническое и солярное

Для художественного осмысления Тамань не менее благоприятна, чем для виноделия. В первую очередь это наша Тмутаракань, место из коллективного подсознательного, куда мы посылаем в сердцах, дабы посланный пропал без следа. В реальность Тмутаракани, упомянутой еще в «Слове о полку Игореве», мало кто верил, пока в 1792 году не был обнаружен Тмутараканский камень – мраморная плита с надписями, свидетельствующая о существовании в X–XII веках древнерусского княжества с центром в городе Тмутаракань. Много веков до того он был греческой колонией Гермонасса, центром торговли и межкультурного обмена. А сегодня это станица Тамань. «Самый скверный городишка из всех приморских городов России», – написал про нее Лермонтов в «Герое нашего времени», тем самым всемирно прославил и романтизировал историей про контрабандистов.

Лермонтов и самый известный грек Гомер, упоминавший Тамань в «Одиссее», встретились на выставке «Таманский Декамерон» Сергея Куликова и Николая Смирнова с участием Алины Десятниченко, группировки ЗИП и Владимира Мигачева. Это второй проект фонда и первая в мире рефлексия на тему геоутопического воображения Таманского региона, обусловленного его архитектурными и образно-географическими феноменами.

А воображение на Тамани не может не разыграться. Здешняя земля испещрена грязевыми вулканами. Поэтому древние греки и считали, что именно тут находится вход в преисподнюю – в подземное царство Аида. Это делает Тамань местом хтоническим. Но тут юг, солнце и море с их беззаботными южными радостями, то есть солярная территория. И в этой амбивалентности – суть таманской земли.

Заглянуть в преисподнюю можно прямо неподалеку от нашей винодельни – на горе Гнилая с грязевым вулканом Гефест. В XIX веке у ее подножия открыли первую в этих краях бальнеологическую лечебницу, то есть сделали из нее место для жизни. А в 1930-х на горе погиб, упав в штольню, археолог Сергей Войцеховский, первый директор Темрюкского музея. Тамань поглотила преданного исследователя своих древностей и странностей. История археолога Войцеховского тоже рассказывается и анализируется в рамках проекта «Таманский Декамерон».

Особенность Тамани – тотальная плоскость пейзажа без единой вертикальной доминанты, что обескураживает жителя лесной полосы. Сильнейшим ветрам нет никаких естественных преград. Это земля кочевников. Вот и греки, основавшие на полуострове колонии в VII веке до н.э., жались к морю, не пытались проникнуть вглубь. Эллины первые натаскали сюда камней, дабы вести комфортный оседлый образ жизни: начали добывать ракушечник в керченских каменоломнях и привозить мрамор из Эллады. Из-за того что строительного материала здесь недостаточно, любые руины на Тамани долго не живут: их растаскивают жители, дабы пустить вновь в оборот, возвести из них новое жилище. Из-за чего все культурные слои на этой земле, где кто только не побывал – греки, римляне, византийцы, хазары, готы, скифы, гунны, половцы, монголы, генуэзцы, турки и, наконец, казаки, – стерты, словно ластиком, унесены степным ветром.

Тема исторического upcycling, вторичного использования материала, станет главной для проекта следующей резидентки «Голубицкого» Варвары Бусовой. Вместе с ней будут работать еще 10 кураторов, которых отобрали из 85 заявок, поданных из России, Грузии, Южной Африки, Приднестровья, Тайвани и Германии. Художники будут подвергать рефлексии местный археологический контекст, анализировать уникальную практику вторичного переиспользования предметов с ритуальной, экономической и статусной точки зрения. Новая выставка откроется в «Голубицком» 30 мая.



08.04.2021


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз