Из-за железного занавеса постучали


Справившись с первым культурным шоком, связанным с отменой мировых премьер и прокатных лицензий, разрывом отношений с ведущими мировыми медиаплатформами, киностудиями и кинофестивалями после известных событий конца февраля, российские деятели индустрии кино, кажется, снова в седле. Так ли это, есть ли жизнь за новым железным занавесом, способны ли российские киноделы заместить внезапно выпавшую западную продукцию и успешно развиваться, на площадке дискуссионного клуба «Валдай» поговорили участники отрасли Светлана Сонина, Вадим Соколовский, Алена Кремер, Александр Акопов и Алексей Гореславский. Зарядившись их оптимизмом, WEALTH Navigator делится им со своими читателями.

28.06.2022





О панках против мейджоров

Светлана Сонина (С.С.): Говорить о каких-то непоправимых, серьезных потерях для российской культуры, о необходимости культурного замещения в контексте ухода западных мейджоров, отказавшихся от показа в России своей продукции, в том числе премьерной, наверно, не совсем правильно. Потому что речь идет об отзыве кинопродукции в первую очередь производителями из США. Но при всем уважении, за редким исключением, американский кинематограф – это аттракцион: блокбастеры, попкорн, события, шоу, поход в кинотеатр, ну и пропаганда совершенно определенных ценностей. В попкорне и шоу нет ничего плохого, но я бы не назвала это культурой со стопроцентной вероятностью.

Что касается качественного европейского кино, в том числе фестивального, что я бы назвала более культурными фильмами, то с ним пока нет никаких проблем – никто ни у кого ничего не отзывает. Новые фильмы так же продолжают приходить и показываются.

Вадим Соколовский (В.С.): Как человек, рожденный в СССР, я вырос за культурным железным занавесом. В то время как мои ровесники по всему миру смотрели «Звездные войны», я, как и все мои сверстники, смотрел «Приключения Электроника». Это замечательное, доброе, прекрасное кино, но проблема в том, что мы все были тогда выключены из мирового культурного контекста. И это было серьезной проблемой, которую в тот момент СССР создал для себя сам.

Сейчас мы сталкиваемся с такой же проблемой, которую создают для нас уже западные партнеры. Мне кажется, что это граничит с культурным преступлением с их стороны – выключать страну, людей, целое поколение из культурного мирового контекста. Это касается не только сложного интеллектуального кино, но и блокбастеров, которые тоже формируют сознание, некую культурную мировую общность. Россия же – это часть мировой культуры, огромная часть всего мира. И мы не можем просто сказать: знаете, если они так с нами поступают, да и бог с ними; не хотят показывать нам свое кино, ну и не надо. Мы не можем себе позволить превратиться в условную культурную Северную Корею, которая будет смотреть только свое кино. Это невероятно, невозможно, неправильно.

Поэтому сейчас надо максимально налаживать, восстанавливать разорванные контакты и связи. Не замыкаться, не отключаться, а, наоборот, объяснять, говорить, выходить на диалог – с мейджорами, с кинематографистами всего мира. Мы не должны опять закрыть себя железным занавесом из-за того, что с нами безобразно поступают люди с Запада.

С.С.: Позволю себе выступить с точки зрения адепта контркультуры, панка от индустрии: никакого железного занавеса даже в текущей ситуации не будет. Потому что существует феномен контркультуры DIY (от do it yourself, «самодельческая» молодежная культура, набор подходов, инструментов и практик, позволяющих создавать собственный культурный продукт. – WN). Есть то, что делают люди вне зависимости от того, чего хотят или не хотят корпорации. Например, мы видели реакцию на запрет голливудских премьер – в Москве, других городах начали организовывать закрытые показы. По сути, это тот самый протест, который определенное поколение выражает определенным образом. Ах, вы не хотите нам это показать? Хотите нас отсюда выключить? Хорошо, тогда мы возьмем это сами, без спроса.

В этом отличие от СССР. Сегодня у нас есть интернет. И есть новое поколение, которое готово совершенно иначе обращаться с подобными запретами. Поэтому ситуация совершенно другая. Панки перевернут этот мир. В том числе мир кинематографа.

О «катастрофе» на рынке и очищении кризисом

Александр Акопов (А.А.): Если я похож на слабого, то не стану возражать: я – самое незащищенное звено в цепочке кинопроизводства. Я – независимый производитель. На мне должны отражаться все ужасы сегодняшней ситуации. Но отвечаю: никак не отражаются. Все телеканалы, сервисы, с которыми мы работаем, объявили, что хотят от нас дополнительный материал. Да, на телевидении падает реклама. Но мы такие падения уже проходили и знаем, как умеют паниковать участники рекламного рынка, с каким удовольствием паникует целый ряд ответственных лиц на телеканалах. Но все равно справа подходит человек, который говорит: на самом деле все хорошо, нам помогут.

Поэтому за телевизионные каналы я не переживаю – финансирование с их стороны продолжится. Что касается онлайн-сервисов, я просто желаю здоровья и фантазии их акционерам, чтобы им хватило возможности сейчас продолжать находить деньги на свои проекты. Но, кажется, пока ни один онлайн-сервис не заявил о своем уходе с рынка, о сокращении производства, что они берут на полгода паузу подумать. Ничего такого нет. Все продолжают работать.

Алена Кремер (А.К.): Значительного сокращения медийных бюджетов на телеканалах действительно не произошло. Контракты с глобальными корпорациями подписываются на год, и аннулирования по ним мы не видим. В следующем году мы ждем трансформации рынков, в том числе рекламных. В силу всем известных обстоятельств многие корпорации, которые де-факто решили остаться в России, меняют свои названия, юридические адреса, проводят ребрендинг, выходят на рынок с новыми брендами. Поэтому с точки зрения рекламных бюджетов значительного падения произойти не должно.

Что касается всех планов и проектов в кинопроизводстве, они тоже реализуются. Понятно, что сейчас переформатируются съемочные площадки: скажем, мы отказались от планов съемок в Крыму. Но у нас большая, красивая страна. И мы обязательно найдем достойные места для съемок.

В.С.: Мы тоже не видим сейчас никаких катастрофических изменений на рынке. Продолжаем работать над всеми проектами, ранее запущенными в производство. Летом запустим еще несколько, как и планировали. То есть текущая ситуация на наших планах пока никак не отразилась.

С.С.: Да, у многих сейчас пока обострено восприятие происходящего, многим тяжело и нервно. Но у нас не появилось на месте рынка выжженной пустыни, когда в одном углу валяются 20 долларов и за них дерутся 20 человек.


Слева направо: Светлана Сонина, Вадим Соколовский, Алена Кремер, Александр Акопов, Алексей Гореславский

Да и у нынешнего кризиса есть по крайней мере один важный положительный момент: он поможет сбалансировать явно перегретый в последнее время рынок. Он очень сильно разогнался за последние 2–3 года. В том числе потому, что появилось большое число онлайн-кинотеатров, в которые влилось довольно много финансов. Еще полгода назад мы были в ситуации, когда на рынке больше денег, чем людей, которые могут на них произвести контент, освоить в хорошем смысле этого слова.

В итоге как продюсеру тебе приходилось перелопачивать тонны графомании, которую тебе приносили, потому что профессиональных авторов, сценаристов не хватало. Они все были разобраны по проектам на ближайшие два года. Также невозможно было пробиться в график ко всем топовым режиссерам, актерам, на которых были бешеные цены. Такие же безумные расценки на весь технический персонал. Мы видели регулярные скандалы, инциденты, связанные с тем, что целые съемочные группы могли просто уйти со съемочной площадки одним днем, потому что где-то им предложили гонорар вдвое больше – и это не гипербола.

Конкуренция за людей, за проекты была совершенно дикой. Так что к началу этого года мы все дружно подошли к вопросу: а что с этим делать? Известные события привели к тому, что ситуация начала понемногу выравниваться. Рынок пришел к определенному балансу – денег, которые есть у индустрии, с одной стороны, и людей, способных обеспечить предложение в ответ на имеющиеся бюджеты, – с другой. Кто-то из производителей ушел – закрылся, заморозил анонсированные ранее проекты, кто-то подрезал бюджет, где-то что-то ужалось.

В итоге, возможно, в ближайшее время мы увидим снижение зарплат в пределах 30–50% у топовых артистов просто потому, что они больше не расписаны на два года вперед. Ждем общего снижения расценок вообще, хотя пока его почти не заметно.

В.С.: Мы ожидаем, что это произойдет уже скоро. Уже сейчас мы видим, как гигантские запросы бюджетов со стороны некоторых продюсеров встречали в последнее время жесткий отпор со стороны экспертов, представителей платформ и каналов. Стало понятно, что уже совершенно другое отношение к стоимости, к деньгам, расходам.

А.А.: Напомню о позитивном результате одного из предыдущих кризисов – кризиса 2008 года. До этого момента все – артисты, технический персонал – все свои контракты обозначали в долларах. И когда этот кризис пришел, они на этом пытались настаивать. В ответ мы провели встречу представителей индустрии – собралось примерно 30 имен, – на которой договорились, что слово «доллар» уходит из наших контрактов, из нашей деятельности вообще. И это было сделано – тихо, спокойно. Да, у кого-то упали гонорары, стоимости каких-то контрактов. Но сейчас невозможно даже себе представить, чтобы кто-то объявил стоимость чего-то в долларах. В известном смысле этот кризис тоже станет для индустрии очистительным.

Об импортозамещении и массовой литературе

А.К.: Идея импортозамещения в кино – естественный ответ на ограничения, с которыми столкнулась отрасль в последнее время. И здесь надо помнить, что кино – это не просто сюжет или картинка. Кино – это прежде всего уникальный культурный код страны, идеи и смыслы, которые мы транслируем на большую зрительскую аудиторию. Именно они должны быть фундаментом в нашей программе импортозамещения.

В целом я вижу здесь две составляющие. Первая – это качество выпускаемого продукта. Во многом оно зависит от наличия, уровня образовательных программ, которых у нас в стране достаточно. Но не менее важно выстроить систему плотного взаимодействия между профессионалами и молодыми специалистами. Здесь российскому кинематографу необходим эффективный институт наставничества. В идеале надо создать систему, при которой профессиональный режиссер с опытом, уровнем, наградами каждый год брал бы от одного до двух дебютных проектов и полноценно бы в них вовлекался. Отдельного внимания требует работа со сценаристами. Выпускники, студенты сценарных курсов могут и должны становиться частью действующих сценарных команд, обучаясь на практике вместе с профессионалами.

Второе – количество производимого кино. В России ответственность за конечный результат в известной мере размыта между продюсером и видеопродакшеном. Подобное положение требует уточнения. Очень важно, чтобы продюсер, хотя бы в статусе учредителя, обязательно отвечал за создание контента – сроки его сдачи, за конечный результат.

Вообще, только плотное взаимодействие государства и индустрии поможет сформировать необходимые меры поддержки для стимулирования импортозамещения в кинематографе.

А.А.: По статистике, 95% времени на просмотр художественного кинопродукта в России приходится на телевизионные сериалы, в том числе выпускаемые на платформах. Оставшиеся примерно 5% – кино. Поэтому, когда мы задаемся вопросом, где кино, на сегодняшний день это прежде всего вопрос о том, где сериалы.

Импортозамещение в России в этой части началось еще в начале 2000-х, когда «Рабыня Изаура» и подобные ей в течение 5–6 лет были полностью вытеснены отечественным телевизионным продуктом.

Что касается более сложных западных сериалов, то традиционно они занимают сравнительно узкую нишу. Например, у нашего сервиса Amediateka 1,5 млн платных подписчиков. И это на страну с населением в 145 млн человек, но это предельный результат. Для сравнения: у американской телевизионной сети HBO, с которой мы сотрудничаем, число подписчиков никогда не превышало 30 млн человек. То есть это примерно каждый десятый человек в США.

Таким образом, говорить об импортозамещении сериалов в нашей стране поздно: оно уже состоялось. В этих терминах у нас можно говорить только о кинопрокате, где сегодня действительно доминирует американское кино. Но и здесь наши показатели – доля отечественных картин в кинотеатрах – не хуже других, крупных европейских стран. В то время как по числу выпускаемых сериалов – у нас это около 8 тыс. в год – мы существенно превосходим любую страну в Европе.

Поэтому в кино и сериалах нам надо говорить не столько об импортозамещении, сколько об экспортоориентированности нашей индустрии.

Алексей Гореславский (А.Г.): Об экспортном потенциале, действительно, надо активно думать. Звучит, быть может, странно, но если закрыт Запад, то открыт Восток. И для этого нужно предпринимать достаточно четкие, понятные, конкретные усилия. Я бы на это обратил внимание и старался бы максимально это сделать.

А.А.: Процесс уже идет. В авангарде наши аниматоры: российские мультфильмы успешно выходят на внешние рынки. И это далеко не только «Маша и медведь». То же самое надо осуществить с нашими фильмами и сериалами. Но здесь существует фундаментальная проблема, о которой стоит сказать отдельно. Мы, индустрия кино, ощущаем отсутствие качественной массовой русской литературы.

Идея проста: если сегодня у государства есть возможность поддерживать кинопроизводство, то на один субсидированный, поддержанный русский фильм необходимо субсидировать, поддержать выход десятка русских повестей, романов, сказок. Иными словами, жизненно необходимо постоянно поддерживать огонек русской литературы.

На первый взгляд недостатка в ней не существует: интернет забит любительскими сайтами, где публикуют свои полуроманы, полуповести. Их авторы не понимают, что написанное ими талантливо, но плохо. Чтобы эта литература превратилась в профессиональную, надо, чтобы человек под названием «писатель» поработал с людьми под названием «редактор» и «издатель». Это тоже требует усилий и вложений.

Когда у нас появится массовая качественная литература – детская, детективы, процедуралы, комиксы, – тогда у нас не будет никаких проблем, чтобы на ее основе сделать кинопродукт, чтобы завоевать с ним весь мир.

А.Г.: Качество изначальных текстов, сценариев, литературы – невероятно важный вопрос и колоссальная проблема. В это действительно надо серьезно инвестировать – государству, частным компаниям, институтам развития. Потому что это и есть тот самый питательный бульон, из которого потом произрастает продукт.

Никто не хочет читать неизданные, недоделанные, недописанные записки, смотреть на какие-то наброски. Все хотят сразу наслаждаться блокбастером, классно сделанным кино, отличным сериалом, читать захватывающий роман. Мучиться с тем, что автор что-то недоделал или недокрутил, желающих нет. Поэтому совершенно справедливо категория редактора, издателя, продуктолога для нашей индустрии невероятно важна.

Другая проблема: у нас пока сравнительно мало творческих групп, которые в состоянии делать реальный продукт высокого качества. Если в сериалах за 15 лет мы действительно смогли наработать серьезный бэкграунд, портфель заказов, сформировать сработанные коллективы, то в других индустриях, связанных с производством продукции «индустрии досуга», этого пока не происходит.

Но все это невероятно важно еще и потому, что глобальный тренд – создание и вывод на рынок комплексного продукта. Когда релиз кино или сериала плотно увязан с параллельным запуском игр, книг или прочей продукции, объединенных одной идеологией, идеей или сюжетом.

С.С.: Действительно, современный энтертеймент очень трудно делить: вот здесь у нас литература, здесь – игра, здесь – кино, здесь – сериалы. Правильно говорить о глобальных синтетических продуктах. Я считаю, что наша индустрия к этому готова. Мы подошли к этому максимально близко.

Это то, к чему мы, думаю, придем в ближайшие 2–3 года. Я считаю, что, конечно, сопровождение какого-то глобального кинопродукта, сериала игровым продуктом очень важно. Здесь сразу много слоев: это и расширение вселенной, и игра как маркетинг кино.

К тому же не секрет, что в европейской кинотрадиции последних лет хорроры, триллеры довольно часто сопровождаются выпуском игр. Причем не после выхода и успешного проката фильма, а под запуск. Это хорошо работает. У наших коллег по индустрии и у нас есть такие планы. Мы как медиаплатформа уже экспериментируем с такими форматами.

А.Г.: Об играх стоит сказать отдельно. Сегодня это сегмент, который большинство пока вообще не рассматривает как часть индустрии досуга. И напрасно. По осторожным оценкам, пользовательская аудитория здесь насчитывает около 55–57 млн человек. И это далеко не дети, как принято считать. Ключевой профайл пользователя больших игр, таких как World of Tanks и подобных, – это мужчины в возрасте 35–40 лет. То есть зрелая, платежеспособная аудитория. При этом отрасль обладает ярко выраженным экспортным потенциалом.

В то же время, в отличие от кино и сериалов, с поддержкой игр в России то, что называется швах. Сейчас импортный игровой продукт постепенно уходит с рынка: отключаются западные платформы, невозможно купить новые игры, скоро будут заблокированы обновления. Заместить игры, в отличие от сериалов, быстро не получится. В перспективе, в пределах 3–6 месяцев, нас может ожидать здесь провал.

К тому же стратегические перспективы игровой отрасли сложно отделить от будущего кинопроизводства, говоря о его технологической стороне. На мировых примерах мы видим, как индустрия стремительно цифровизируется. Например, доля синтезированного искусственного интеллекта в голливудских фильмах уже сейчас составляет около 15–20%, а через несколько лет, скорее всего, вырастет уже до 50–60%. Это та самая дополненная реальность, виртуальные эффекты, с которыми мы в России пока работаем достаточно мало. Это довольно капиталоемкие технологии. Не сомневаюсь, что силами прекрасных актеров и умных режиссеров мы можем сделать отличное кино. Но вот сделать блокбастеры со спецэффектами – с этим точно будут проблемы. То же самое справедливо и для игр.

Об этом надо думать. Проблема сохранится и в дальнейшем, если мы сейчас не поторопимся, не проинвестируем усилия, время, деньги в развитие этих направлений.


Светлана Сонина, заместитель генерального продюсера Okko
Вадим Соколовский, директор департамента собственного производства IVI
Алена Кремер, кинопродюсер, управляющий партнер видеопродакшена Peak Media, креативного агентства DPG Russia
Александр Акопов, сопредседатель правления Ассоциации продюсеров кино и телевидения, член совета директоров Гильдии продюсеров России, соучредитель продюсерской компании COSMOS studio, совладелец сервиса Amediateka
Алексей Гореславский, генеральный директор АНО «Институт развития Интернета»



28.06.2022

Источник: WEALTH Navigator


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз


Дурацкая шутка, или Представление об альтернативе


20190906_174137_1
 

Вероятно, самый знаменитый профессор Высшей школы социальных наук и Парижской школы экономики Тома Пикетти написал новую книгу. «Время для социализма: депеши из мира в огне, 2016-2021 гг.» – это не только жесткий анализ все время усиливающегося глобального неравенства, как его «Капитал в XXI веке», но и план демонтажа существующей системы и строительства куда более справедливого и благодатного будущего, в котором никто не будет забыт и отчужден от результатов собственного труда. Разумеется, основная аудитория французского профессора имеет отчетливо левые взгляды, а многие коллеги хвалят его за поднятие темы на новый уровень или «невероятный эмпирический багаж», но критикуют за методологическую слабость и неверные выводы об истинных причинах неравенства. Тем не менее выход подобной книги – это прекрасный повод для содержательной дискуссии. Алексей Цветков, писатель, драматург, политический активист, комментатор и популяризатор Маркса, написал о Пикетти и его новой работе в своем блоге. С любезного разрешения автора WEALTH Navigator публикует его отзыв на своих страницах.





Дурацкая шутка, или Представление об альтернативе


20190906_174137_1
 

Вероятно, самый знаменитый профессор Высшей школы социальных наук и Парижской школы экономики Тома Пикетти написал новую книгу. «Время для социализма: депеши из мира в огне, 2016-2021 гг.» – это не только жесткий анализ все время усиливающегося глобального неравенства, как его «Капитал в XXI веке», но и план демонтажа существующей системы и строительства куда более справедливого и благодатного будущего, в котором никто не будет забыт и отчужден от результатов собственного труда. Разумеется, основная аудитория французского профессора имеет отчетливо левые взгляды, а многие коллеги хвалят его за поднятие темы на новый уровень или «невероятный эмпирический багаж», но критикуют за методологическую слабость и неверные выводы об истинных причинах неравенства. Тем не менее выход подобной книги – это прекрасный повод для содержательной дискуссии. Алексей Цветков, писатель, драматург, политический активист, комментатор и популяризатор Маркса, написал о Пикетти и его новой работе в своем блоге. С любезного разрешения автора WEALTH Navigator публикует его отзыв на своих страницах.