Связанные


Люди обогащают людей, человек исцеляет человека. Но мы медленно отдаем себя в руки гипертехнозависимости. Психологов эта проблема беспокоит все сильнее, говорит Алессандро Томе.

10.02.2015




© Ikon Images/Elly Walton


Приветствуем вас на борту, вы, счастливчики, заплатившие грабительскую цену за наш недосервис в этом типа бизнес-классе. Наш самолет следует в Нью-Йорк, и мы рассчитываем совершить посадку в Берлингтонском аэропорту, что недалеко от известного города Эссекса в Вермонте, в соответствии с графиком. Всего в пяти милях ходьбы от терминала – железнодорожная станция Берлингтон, откуда на одном из ежечасных поездов вы менее чем за 80 минут доберетесь до штата Нью-Йорк. Как вы знаете, мы в BrianAir всегда прилагаем максимум усилий к тому, чтобы наши пассажиры оставались недовольными, и с этой целью мы решили открыть неограниченный доступ к интернету и голосовой связи. Пожалуйста, не стесняйтесь пользоваться этими небесплатными услугами в течение всего сегодняшнего полета, делайте это при помощи любых устройств, какие только у вас есть, и не обращайте внимания на лохов в соседних креслах. Желаем вам шумной ночи, и, главное, ничего не просите, поскольку бортпроводники здесь либо для того, чтобы вытягивать из вас деньги, либо – на ночных рейсах – для того чтобы спать.

Иными словами, добро пожаловать в ад под названием «гиперподключенность». Проснувшись от испуга, я осознал: этот плохой сон – почти что реальность. Гиперподключенность уже здесь. И везде. Нас всех затягивает в этот гиперподключенный мир, а мы на это соглашаемся или, по крайней мере, этого не замечаем. Ведь это же вроде удобно и практично, а остаться позади, в одиночестве – страшно.

Само слово «гиперподключенность» должно настораживать. Слова с приставкой «гипер» нечасто предвещают что-нибудь хорошее, будь то «гипербола», риторический прием – преувеличение, или же гипервентиляция, которая возникла бы у меня в том полете от выслушивания на протяжении шести часов: «Да, дружище… конечно, дружище… да, дружище…», в то время, как сидящий передо мной ребенок смотрел бы пошлые видео, транслируемые на его iPad довольным соседом.

Цифровая деволюция

Впрочем, формируется контртренд: антигипер-движение, гуманистический протест. Общество мейозиса, если хотите (можете посмотреть, что это). Развитие технологий с его громадными плюсами для человечества необратимо, но есть подозрение, что слишком часто это просто инструмент создания коммерческой зависимости, который никак не помогает нам развиваться как людям.

Напротив, он регрессивный. Он не только вредит нам, но и ведет нас к превращению в бесчувственных полумашин. Люди обогащают людей, человек исцеляет человека. Но мы медленно отдаем себя в руки гипертехнозависимости. Психологов эта проблема беспокоит все сильнее. Подобная зависимость рождает поколение, которое изолирует себя от общества и все больше страшится социального взаимодействия. Один час в интернете – это минус 24 минуты личного общения с членами семьи, друзьями и сослуживцами, подсчитали в Стэнфордском институте количественных исследований общества.

Спровоцированное всем этим анти-Facebook-движение по большей части сконцентрировано на обуздании цифровых технологий и попытках использовать их для развития, а не размытия в нас человеческого начала. Не на том, чтобы прервать происходящую эволюцию, а на том, чтобы прервать «деволюцию», ее сопровождающую и выражающуюся в переносе исполнения всевозможных обязанностей и принятия всевозможных решений в цифровую плоскость.

Наверное, мы даже не столько переносим принятие решений, сколько теряем возможности для личностного роста. Ведь цифровой прогресс так или иначе сужает наш выбор, хотя нам кажется обратное.

Выбор помимо прочего должен оставлять место случаю, а многие современные технологии устроены так, чтобы этого не делать. Гиперподключенность, по-моему, часто оказывается нужна нам для того, чтобы получить как можно больше ответов из как можно большего числа разнородных источников (прежде чем принять решение или сделать выбор).

Излишне увлекаясь сбором информации, нередко из абсолютно непонятных источников, мы думаем, что наши решения будут от того очень взвешенными и наверняка дадут положительные результаты. В конце концов, так советуют Google да еще и какой-то там Питер откуда-то.

Киберпальцы

Ответственность за решения, не говоря уже об ответственности за их последствия, мы с себя в результате сняли. И тотчас и полностью лишили себя контроля. Мы отказались от способности самостоятельно рассуждать, а роли выбора и случая в пьесе под названием «Жизнь» определенно низвели до эпизодических. Как-то выходит, что по этой тропе нас медленно и незаметно толкают, и вместе с тем тает наша вера в собственные природные умения выбирать и не робеть перед волей случая.

А сколько из того, что делает жизнь и историю красочными и интересными, связано с неожиданными событиями, с удачей? Я не хочу превращаться в существо со вторыми большими пальцами вместо указательных (чтобы можно было быстрее печатать на телефончике). Девушек некоторых моих друзей, представительниц нового поколения, похоже, это как раз и ждет.

Я хочу, чтобы цифровые технологии позволили нам заново открыть в себе коллективных особей, коими мы и являемся (коллективных в реальности, и не в виртуальной). Я уверен, что вы смотрели на YouTube ролик Look Up («Подними взгляд»). Для тех, кто не смотрел: это видео, где симпатичный молодой человек читает перед камерой грустный стих о своей цифровой отчужденности. Начало звучит так: «У меня 422 друга, но я одинок». Суть вы поняли.

Борьба и единство измерений

Особенно любопытно, что автора хотели чуть ли не сжечь на костре – и в том числе за то, что критикуя технологии, он сам же их использует. Но в этом отчасти и смысл. Используйте их, чтобы помочь всем нам, помочь не растерять того понимания мимики, интонаций, языка тела, которое мы развили у себя за тысячу лет и которое добавляет нам глубины, красок и магии, чего не скажешь о плоском моноизмерении цифрового общения, состоящем из одних нулей и единиц.

А помощь – вот. Нули и единицы встали на службу, и у нас появился инструмент соединения измерений и восстановления в правах случая, шанс за четыре минуты общения с технологиями получить час живого. Этот мерцающий луч света – движение Wistla (есть и другие). Пока оно не на слуху, но, надеюсь, скоро будет. Найдите его, пока ваш указательный палец не превратился в большой. Воспользуйтесь случаем, сделайте выбор.



10.02.2015

Источник: SPEAR'S Russia #1-2(45)


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз


Музей как самая правильная инвестиция


Img_8880
 

С одной стороны, Музей AZ посвящен одному художнику – Анатолию Звереву, выдающемуся представителю советского нонконформизма. С другой – наведываться в него можно по несколько раз за год, потому что, отталкиваясь от творчества Зверева, тут рассказывают о целой эпохе – о 1960-х и том невероятном творческом прорыве, который тогда случился в СССР. Через выставки и проекты ведется диалог с русским авангардом начала XX века и современным искусством. Так Музей AZ оказывается одной из самых интересных и динамичных культурных институций Москвы. Но он еще примечателен и тем, что является меценатским проектом. Его создатель и директор – Наталия Опалева, известная миру бизнеса в качестве заместителя председателя правления «Ланта-Банка» и члена совета директоров GV Gold. О своей самой правильной инвестиции Наталия рассказывала в интервью SPEARʼS Russia.