Онтология сверхбогатства
Зрелый мужчина из хорошей семьи с качественным высшим образованием, полученным в Москве или Петербурге. Сделал состояние в ТЭК, финансах и промышленности. Таков типичный портрет сверхбогатого россиянина, составленный социологами из Высшей школы экономики на основе анализа биографических данных о самых состоятельных бизнесменах, которые фигурировали в российском списке Forbes с 2004 по 2021 год. Группа сверхбогатых стареет и практически не обновляется, приоткрывая свои двери для новичков с большим скрипом. С любезного разрешения авторов, Светланы Мареевой и Екатерины Слободенюк из Центра стратификационных исследований Института социальной политики ВШЭ, WEALTH Navigator перепечатывает фрагмент исследования, которое проливает свет на малоизученный в целом мир российских ультрахайнетов и феномен отечественного сверхбогатства как таковой.
![1](/system/images/4883/page/1.jpg?1719927207)
Динамика состава группы российских сверхбогатых 1
Первое, что следует отметить, говоря о группе сверхбогатых бизнесменов, которую мы рассматриваем, – это очень неравномерное распределение богатства среди ее представителей. Неравенство по богатству в этой группе за последние 10 лет несколько сократилось, но качественно сохранило свои масштабы (рисунок 1). В 2011 году среднее значение состояний бизнесменов составило 2,5 млрд долларов, в то время как медиана – 1 млрд долларов, а величина децильного коэффициента значилась на отметке 15,3; в 2021 году – 3,3 млрд долларов, 1,2 млрд долларов и 13,8 соответственно. Такая неоднородность в рамках небольшой по численности группы свидетельствует о специфике неравенства по богатству в обществе в целом.
Списки Forbes публикуются ежегодно, что позволяет оценить устойчивость группы сверхбогатых бизнесменов и степень ее закрытости в последнее десятилетие, а также в период 2004–2010 годов, когда список насчитывал только 100 человек. Анализ показывает, что воспроизводство состава сверхбогатых в последнее десятилетие устойчиво характеризовалось достаточно высокими масштабами: группа 200 богатейших бизнесменов ежегодно более чем на 90% состояла из присутствовавших в ней и в предыдущий год (при этом «первая сотня» – на 88%) (рисунок 2).
Обновление группы на более длительном периоде наблюдения, естественно, оказывается выше, однако даже в среднесрочном периоде она сохраняет более половины своего состава. Так, среди тех, кто входил в список в 2021 году, 60,5% присутствовали в нем и в 2011-м. Если же сопоставить данные только «первой сотни», то от общего списка 2021 года 37% присутствовали в нем еще в 2004-м.
Расширяют понимание о динамике состава группы и данные о длительности пребывания бизнесменов в списках Forbes. По этому показателю группа дифференцирована, однако среди образовавших ее в 2021 году россиян более половины составляют те, кто входил в списки 10 или 11 лет наблюдения, начиная с 2011 года, – таковых оказалось 59% (из них все 11 лет подряд попадали в списки 53%). Остальные бизнесмены разделились на три схожие по численности группы, различающиеся длительностью пребывания в составе сверхбогатых россиян (рисунок 3). Численность этих групп была сопоставимой в составе групп образца и 2011 и 2021 годов. Отметим, что и в промежуточные годы (не только в крайних временных точках – 2011 и 2021 годах) около 60% составляли те, кто был включен в них весь или практически весь период наблюдения (10–11 лет). Таким образом, большинство в каждый момент времени составляли именно устойчивые представители группы.
Если обратиться только к «первой сотне» и оценить длительность пребывания российских бизнесменов в списках в 2004–2021 годах, то даже на таком интервале более 40% находились в ней весь или практически весь период наблюдения. Из входивших в список 2004 года свои позиции в составе «первой сотни» на протяжении 16–18 лет сохранили более трети (рисунок 4).
Как видно из рисунка 4, к настоящему моменту верхняя половина группы приобрела еще большую устойчивость: в группе 2021 года заметно снизилась доля тех, кто за 18 лет наблюдений провел в ее составе не более пяти лет, и возросла доля тех, кто оставался в ней не менее 16 лет.
В момент смены методологии формирования рейтингов (расширения в 2011 году со 100 до 200 позиций) наблюдалось значительное обновление состава людьми, ни разу не попадавшими в списки до 2011 года. При этом абсолютными новичками стали 63 бизнесмена из новой сотни, в то время как 37 бизнесменов попадали в рейтинги и раньше. В целом можно отметить, что новички в составе группы чаще встречались в 2000‑е и реже – в 2010‑е годы (рисунок 5). «Первая сотня» является более закрытой, при этом состав даже двух сотен сверхбогатых характеризуется стабильностью и обновляется медленно, и со временем эта ситуация только усугубляется.
Таким образом, группу характеризуют, во‑первых, высокое неравенство богатства и, во‑вторых, незначительные и снижающиеся со временем масштабы обновления, а следовательно, высокая устойчивость состава в целом.
Все же некоторое преобразование группы происходит за счет ежегодных изменений и появления новичков, поэтому можно говорить об определенной проницаемости ее границ2. Однако около 60% группы остаются неизменны на протяжении последнего десятилетия, во многом определяя ее портрет и инертность, к чему мы обратимся далее. Это качественно отличает нынешнюю ситуацию от ситуации 1990‑х годов, когда менее чем за десятилетие группа обновилась почти полностью3.
Обратимся теперь к вопросу о том, кто составляет эту группу, опираясь на дополнительные данные собранной нами эмпирической базы.
Портрет группы российских сверхбогатых и его изменение за последнее десятилетие4
Выше мы показали, что из года в год (и даже в среднесрочной перспективе) группа сверхбогатых в высокой степени воспроизводила свой состав. По этой причине портрет группы изменялся довольно слабо: в целом он сохраняет общие черты на протяжении практически 20 лет. Однако в некоторые параметры группы время все же вносило свои коррективы.
Первое, что следует отметить, – это рост числа бизнесменов-женщин в рейтингах, которые в целом характеризуются абсолютным доминированием мужчин. В 2011 году женщины составляли 0,5% общего состава группы, в 2021 году – 3,5%, что в абсолютном выражении означает рост представленности женщин с одной до семи. Более детальный анализ демонстрирует, что за весь рассматриваемый период в состав группы входили всего девять женщин, причем они пополняли группу в основном после рецессии 2014–2016 годов. В первой половине 2010‑х членство в группе для них было в принципе недоступным, если не считать единственной представительницы, числившейся в рейтингах еще с 2004 года. Таким образом, высокий гендерный дисбаланс сохраняется и является отличительной особенностью группы, но «золотые двери» в последние годы для женщин все же приоткрылись.
Гендерные особенности российских сверхбогатых соответствуют международным: в целом по миру среди сверхбогатых (лиц с доходами более 30 млн долларов, которых принято называть Ultra High Net Worth population (UHNW)) женщины составляют не более 10% от общего числа, и их прирост происходит весьма медленно. Рост представительства женщин является следствием трех основных причин – изменения культурных установок, роста женского предпринимательства и усиления роли внутрисемейных трансфертов в результате получения наследства / супружеской доли при разводе и прочего5, которые отражают процессы социокультурной и экономической модернизации. Российская динамика гендерного состава соответствует мировым тенденциям, и в дальнейшем можно ожидать постепенного роста числа женщин при сохранении доминирования мужчин.
Что же касается историй вхождения именно российских женщин в список богатейших бизнесменов Forbes, то, как и в мире в целом, они достаточно разнообразны. Обобщая, можно сказать, что примерно в половине случаев это результат самостоятельного построения бизнеса, в остальных успеху предшествовало предварительное получение капиталов от близких родственников-мужчин (отца, мужа после развода) с последующим использованием данных средств для развития собственных проектов. Жизненные этапы, в которые женщины обретали капиталы, различны: одни с этого стартовали, другие обретали капиталы в середине своего пути, на котором они самостоятельно успели достигнуть немалых успехов. Для генерализации выводов историй успеха столь малого числа женщин пока недостаточно, однако очевидно, что ключевыми факторами выступает как женское предпринимательство, так и семейные трансферты.
Второй отличительной чертой является то, что за прошедшее десятилетие группа постарела практически на восемь лет: в 2011 году средний возраст ее представителей составлял 50 лет, а к 2021 году – уже 58 лет (рисунок 6). Для сравнения: в 2004 году средний возраст в группе 100 богатейших бизнесменов был 47 лет, а в 1995-м – 42 года6. Старение группы – логичный результат низких темпов обновления ее состава, продемонстрированных выше. Среди населения в целом такого старения не происходило: с 2012 по 2021 год средний возраст россиян по всей стране увеличился с 39,2 года (36,5 среди мужчин) до 40,4 года (37,6 года среди мужчин)7 8.
Международный портрет сверхбогатых свидетельствует, что теми или иными путями к сверхбогатству жители мира приходят примерно к 50‑летнему возрасту. Попадание в число сверхбогатых в более раннем возрасте становится скорее исключением из правил (12% сверхбогатых всего мира). Средний возраст сверхбогатых людей мира составляет 64 года, при этом в возрастных границах 50–70 лет находятся 57% из них. Примерно треть (31%) сверхбогатых жителей планеты старше 70 лет, и именно они демонстрируют наибольшее накопленное богатство5. В этом отношении возрастные характеристики группы сверхбогатых в России в целом соответствуют общемировым, точнее приближаются к ним, то есть в дальнейшем можно ожидать продолжения процесса «старения» группы.
На фоне всего населения страны группу сверхбогатых отличает высокий уровень образования: лиц с высшим образованием – более 90%9. Кроме того, весомую долю (не менее четверти в разные годы) составляли те, кто получил образование сверх высшего. При этом, однако, за годы наблюдений наметился тренд на снижение образовательного уровня бизнесменов: из рисунка 7а видно, что это сокращение происходит среди тех, кто получил второе высшее образование или ученую степень (судя по данным «первой сотни», этот тренд начался уже давно) – по всей видимости, дополнительное образование сверх высшего не является для представителей этой группы необходимым и частично заменяется зарубежным образованием, о чем еще будет сказано ниже, а также ввиду роста числа лиц с образованием не выше среднего специального (рисунок 7б).
Любопытно отметить, что среди сверхбогатых доминируют те, кто получил образование естественно-научного, а не гуманитарного профиля. Это было свойственно для группы как в 2000‑е годы, так и в 2010‑е, хотя число гуманитариев постепенно прирастало (в «первой сотне» – с 18,5% в 2004 году до 31,1% в 2021-м; в группе в целом – с 26,5% в 2011 году до 30,9% в 2021-м).
Большинство сверхбогатых обучались в высших учебных заведениях Москвы и Санкт-Петербурга, что косвенно свидетельствует о высоком качестве полученного образования, а также о специфике их социализации во время его получения. В период с 2011 по 2021 год доля получивших образование в столичных учебных учреждениях увеличилась с 63 до 66,8%, а доля тех, кто получил образование за рубежом, – с 1,1% в 2011 году до 4,3% в 2021-м (в 2004 году заграничные дипломы имел лишь 1%).
Столичное образование при этом не связано напрямую со столичным происхождением: лишь 43,2% получивших столичное образование жили в Москве и Санкт-Петербурге с рождения в 2011 году, и к 2021-му эта доля, по сути, не изменилась (42,4%). Практически пятая часть сверхбогатых, получивших столичное образование, родились в региональных центрах; остальные (более трети представителей) были выходцами из иных городов, сел и ПГТ или даже других стран. Таким образом, обучение в Москве или Санкт-Петербурге отражает не только территориальную локализацию сверхбогатых и семей, из которых они произошли, но и их жизненные стратегии: концентрация жизненных возможностей в столичных городах отражается в росте доли тех, кто приезжает в них для получения высшего образования. Отметим, что группа сверхбогатых в принципе сформирована не только москвичами или петербуржцами, хотя перекос в их пользу наблюдается и со временем усиливается, также отражая пространственное неравенство возможностей. Столичное происхождение характеризовало в 2011 году лишь 28,1% сверхбогатых, а в 2021 году – 32,5%; даже среди представителей «первой сотни» их было менее трети. Иными словами, сверхбогатые бизнесмены пока остаются гетерогенными по своему территориальному происхождению (во многом за счет доминирования в этой группе россиян средних и старших возрастов), хотя эта гетерогенность со временем сглаживается за счет новых представителей, пополняющих список.
Несмотря на то что до диплома о высшем образовании, полученного за рубежом, дошли единицы, опыт обучения в другой стране имеет более широкий круг лиц, и он постепенно увеличивается (в 2011 году – 6,6%, в 2021 году – 11,6%). Интересно, что рост происходил не за счет молодежи, имевшей больше возможностей попасть за границу для обучения, а за счет довольно долго пребывавших в списках средневозрастных бизнесменов. Таким образом, наличие зарубежного образования и более широко распространенного опыта обучения за рубежом со временем встречается в среде сверхбогатых все чаще.
Социальное воспроизводство сверхбогатых охарактеризовать сложнее, так как в открытых источниках недостаточно информации о родителях сверхбогатых и их детях. Возможно, со временем эта ситуация будет меняться, поскольку один из путей пополнения этой группы – через родственные связи и наследование, и в списке уже присутствуют родственники и представители разных поколений одной семьи. Можно предположить, что этот механизм обновления группы будет усиливаться вследствие продолжающегося старения ее представителей. Однако пока группа преимущественно состоит из россиян средних и старших возрастов, и информация об их родителях очень ограничена, особенно факты о матерях (так, информацию об образовании матерей удалось найти не более чем для 15% бизнесменов 2011–2021 годах, а об их профессиональных статусах – не более чем для четверти). Информация об отцах чуть более доступна, хотя и ее бизнесмены стараются не афишировать: об образовании отца можно найти данные применительно к четверти бизнесменов, а о профессиональном статусе отца – лишь к трети. Несмотря на ограничения имеющихся данных, мы все же охарактеризуем, как видоизменились родительские семьи сверхбогатых образца 2011 и 2021 годов (рисунок 8)10.
Первое, что следует из рисунка 8, это высокий на фоне всего населения страны уровень образования родителей. Примерно у 9 из 10 сверхбогатых бизнесменов отцы получили высшее образование, а у 7 из 10 – матери. Само соотношение с 2011 года практически не изменилось, но при этом наблюдается почти двукратный рост числа тех бизнесменов, отцы и матери которых получили два высших образования / ученую степень. Эта тенденция позволяет предположить, что механизмы социального воспроизводства элитных слоев населения в эти годы усиливались.
Второе, что нужно отметить: для семей бизнесменов была не свойственна незанятость родителей, даже матерей. Так, среди бизнесменов, входивших в список Forbes 2011, лишь у 1,4% не работали отцы и у 10% – матери; в 2021 году картина была практически идентичной – 0% и 10,9% соответственно. Профессиональный статус родителей на тот момент можно охарактеризовать как довольно высокий: у 6 из 10 бизнесменов как отец, так и мать были либо руководителями предприятий, либо специалистами высшей квалификации. Различие состояло лишь в том, что отцы чаще являлись руководителями, а матери – специалистами. За период 2011–2021 годов профессиональный срез по родителям практически не изменился.
В силу доминирования в группе бизнесменов средних и старших возрастов, рождение которых приходилось на советские годы, среди родителей превалируют работники государственных предприятий и учреждений бюджетной сферы. Кроме того, отцы нередко работали и во властных структурах (рисунок 9).
Чаще всего отцы и матери сверхбогатых были трудоустроены в науке/образовании/культуре, промышленности или топливно-энергетическом комплексе (в других отраслях они были представлены значительно реже). В этих отраслях работали 52% отцов и 65,2% матерей бизнесменов, входящих в список 2011 года. Матери также нередко работали в здравоохранении (еще 13%). За 11‑летний промежуток отраслевой срез изменился слабо (в 2021 году показатели составили 58,1, 62,8 и 14% соответственно). Таким образом, бизнесмены, по которым доступны данные о родителях, характеризуются происхождением из высокообразованных семей, в которых зачастую были заняты оба родителя, а их труд в большинстве случаев был умственным и высококвалифицированным. При этом сверхбогатые образца 2021 года практически не отличаются по характеристикам их социального происхождения от сверхбогатых 2011 года.
Говоря о дальнейших процессах воспроизводства человеческого капитала, можно отметить, что в отношении своих детей бизнесмены делают ставку на зарубежное образование (64% в 2011 году и 68,8% в 2021 году среди бизнесменов, имеющих детей, – от числа тех, для кого эта информация известна). Несмотря на то что нынешние сверхбогатые смогли занять свои позиции и без иностранных дипломов, они придают высокое значение этому пути накопления человеческого капитала и (что, возможно, является даже более важным фактором) определенной социализации для своих детей.
Повторяют ли бизнесмены путь своих родителей? Для того чтобы ответить на этот вопрос, мы производим сопоставление характеристик бизнесменов с таковыми у их отцов в качестве глав семейств. Как видим из рисунка 10, в большинстве случаев бизнесмены не уступают по уровню образования своим отцам. При этом, однако, мы фиксируем тренд снижения уровня образования по сравнению с отцовским за последние 11 лет. Речь здесь идет о тех бизнесменах, чьи отцы получили два высших образования / ученую степень и пр. Как уже отмечалось выше, такое образование сверх высшего в современных условиях не представляется им необходимым и частично замещается обучением за рубежом.
Собранные данные также позволяли охарактеризовать первое место работы бизнесменов (таблица 1). Как следует из данных, карьерные пути, ведущие к формированию сверхбогатства, довольно разнообразны. Чуть более трети сверхбогатых начинали свою карьеру с позиции специалиста высшей квалификации, примерно пятая часть – с позиции рабочего, еще столько же – с малого предпринимательства. Старт с высокой должности ((со)руководителя крупного бизнеса) – это нетипичная ситуация с точки зрения карьерной траектории. Далеко не все начинали свой путь в частном секторе (только треть): каждый второй поступал на работу на государственное предприятие или в учреждение бюджетной сферы. Довольно разнороден и отраслевой срез по первому месту работы.
Примечания: в категорию «Другое» отнесены военно-промышленный комплекс, армия, МВД, МЧС, здравоохранение, спорт, общественное питание, гостиничный бизнес (менее 3% в каждом случае), а также иное, не охваченное перечисленными категориями.
Жирным шрифтом обозначены ячейки, значения в которых приросли по сравнению с 2011 г. на величину более статистической погрешности; курсивом обозначены ячейки, значения в которых оказались меньше как минимум на величину статистической погрешности.
Как видно из таблицы 1, старт карьеры у бизнесменов образцов 2011 и 2021 годов различался слабо. Среди значимого следует отметить, что среди представителей группы 2021 года было несколько больше тех, кто начинал свою карьеру с открытия малого бизнеса или с самозанятости (если в 2011 году таких было менее 1/5 группы, то в 2021 году – уже практически четверть). Также следует отметить, что сверхбогатые чаще стартовали с работы в сфере информационных технологий или торговли и реже – в ТЭК.
Более ощутимые изменения наблюдаются в более длительном периоде, который можно проследить для «первой сотни»: в 2004 году 84,4% сверхбогатых были на первом месте работы наемными сотрудниками (к 2021 году их доля сократилась до 53,2%). Подавляющее большинство (75%) начинали карьеру в учреждениях бюджетной сферы или на государственных предприятиях (в 2021 году – уже 54,7%). За эти годы практически вдвое сократилась доля тех, кто стартовал в топливно-энергетическом комплексе, зато втрое приросло число тех, чей путь начинался с IT.
Завершая анализ трансформаций, произошедших за рассматриваемый период, отметим, что отраслевая карта бизнеса, который позволил бизнесменам войти в рейтинги сверхбогатых, за последние 11 лет также изменилась слабо (таблица 2). Значимым сдвигом стало лишь появление достаточно заметной доли бизнесменов, работающих в IT/компьютерной индустрии или в связи. Тремя бессменными лидерами остаются финансы, промышленность и топливно-энергетический комплекс, на долю которых приходится примерно 2/3 всех основных компаний. Судя по данным «первой сотни», эта триада как наиболее перспективная удерживает свои позиции еще с 2004 года. По росту категории «другое» в долгосрочной перспективе мы можем судить о постепенной смене бизнес-стратегий сверхбогатых, однако с фундаментальной точки зрения этот тренд пока еще несильно отразился на отраслевом срезе в целом.
Примечание: жирным шрифтом обозначены ячейки, значения в которых приросли на величину более статистической погрешности; курсивом – те, значения в которых снизились.
1 Мареева С. В., Слободенюк Е. Д. Сверхбогатые в России: состав и динамика группы // Мир России. 2024. Т. 33. N 1. C. 36–40. DOI: https://doi.org/10.17323/1811-038X-2024-33-1-29-55.
2 Агафонов Ю. Г., Лепеле В. Р. «Золотые двери» в российскую бизнес-элиту: рекрутирование и изменение структуры крупного предпринимательства в постсоветской России // Мир России. 2016. Т. 25. № 3. С. 97–125 // https://mirros.hse.ru/article/view/4897/5262, дата обращения 12.12.2023.
3 Крыштановская О. В. Бизнес-элита и олигархи: итоги десятилетия // Мир России. 2002. Т. 11. № 4. С. 3–60 // https://mirros.hse.ru/article/view/5300/5689, дата обращения 12.12.2023.
4 Мареева С. В., Слободенюк Е. Д. Сверхбогатые в России: состав и динамика группы // Мир России. 2024. Т. 33. N 1. C. 40–48. DOI: https://doi.org/10.17323/1811-038X-2024-33-1-29-55.
5 Altrata World Ultra Wealth Report 2021 // Wealth-X // https://go.wealthx.com/world-ultra-wealth-report-2021, p. 27, дата обращения 12.12.2023.
6 Braguinsky S. (2009) Postcommunist Oligarchs in Russia: Quantitative Analysis // Journal of Law and Economics, vol. 52, no 2, pp. 307–349. DOI: 10.1086/589656.
7 Средний возраст населения по субъектам Российской Федерации на 1 января 2012 г. // Федеральная служба государственной статистики РФ // https://gks.ru/bgd/regl/B12_111/Main.htm, дата обращения 12.12.2023.
8 Численность населения Российской Федерации по полу и возрасту на 1 января 2022 года. Статистический бюллетень. М.: Росстат, 2022 // https://rosstat.gov.ru/folder/11110/document/13284, дата обращения 12.12.2023.
9 В среднем по населению, согласно микропереписи 2015 года, высшее образование имели 23,1% россиян [Население, принявшее участие в микропереписи 2015].
10 Здесь и далее, пока не сказано иное, рассматриваются только подгруппы бизнесменов 2011 и 2021 годов, у которых известны данные о родителях.
Источник: WEALTH Navigator
Передать нельзя продолжить
![1](/system/images/4885/medium/1.jpg?1719929301)
Алексей Станкевич уже больше 20 лет консультирует богатейших россиян по вопросам юридическо-финансового структурирования и защиты активов, но, комментируя исследование ВШЭ, он в первую очередь обращает внимание на личностные аспекты взаимодействия ультрахайнетов со своими наследниками. Именно это, на его взгляд, определяет судьбу преемников и бизнесов, новые роли, которые берут или отказываются брать на себя основатели компаний, а также трансфер их полномочий.
У пещеры Аладдина
![1](/system/images/4884/medium/1.jpg?1719928053)
Ознакомившись по просьбе WEALTH Navigator c исследованием коллег по Высшей школе экономики о сверхбогатых россиянах, Гарретт Джонстон вписывает его суждения в мировой контекст и приходит к довольно неожиданному выводу. Несмотря на санкции и ограничения, новое поколение очень богатых не будет намертво привязано к России, но окажется более открытым всему миру.
Защита мнимая и реальная
![1](/system/images/4881/medium/1.jpg?1719920318)
В мае команда Lurye, Chumakov & Partners завершила исследование по вопросам корпоративной ответственности инвесторов, покупателей бизнеса и их представителей в совете директоров за убытки, причиненные их действиями обществу. Оглядываясь на проделанную работу, Андрей Чумаков предупреждает об опасности иллюзий и дает полезные советы о том, что действительно нужно сделать.
Передать нельзя продолжить
![1](/system/images/4885/medium/1.jpg?1719929301)
Алексей Станкевич уже больше 20 лет консультирует богатейших россиян по вопросам юридическо-финансового структурирования и защиты активов, но, комментируя исследование ВШЭ, он в первую очередь обращает внимание на личностные аспекты взаимодействия ультрахайнетов со своими наследниками. Именно это, на его взгляд, определяет судьбу преемников и бизнесов, новые роли, которые берут или отказываются брать на себя основатели компаний, а также трансфер их полномочий.
У пещеры Аладдина
![1](/system/images/4884/medium/1.jpg?1719928053)
Ознакомившись по просьбе WEALTH Navigator c исследованием коллег по Высшей школе экономики о сверхбогатых россиянах, Гарретт Джонстон вписывает его суждения в мировой контекст и приходит к довольно неожиданному выводу. Несмотря на санкции и ограничения, новое поколение очень богатых не будет намертво привязано к России, но окажется более открытым всему миру.
Брачный договор на благо ценностей семьи
![1](/system/images/4876/medium/1.jpg?1719912874)
Гаяне Штоян размышляет, как брачный договор в России из индикатора супружеского недоверия превратился в действенный инструмент снижения потенциальных имущественных и наследственных рисков, и описывает реальный случай, когда такое соглашение помогло бы избежать долгих судебных тяжб.
Оставить комментарий