Кристальная история


Вот уже более 200 лет этой компании удается сохранять за собой статус семейной фирмы. причем в самой глобализированной алкогольной индустрии. Но, как заявил в беседе с Шарлотт Меткалф глава производителя шампанских вин Cristal Фредерик Рузо, они сделают все, чтобы всегда оставаться в семье.

10.07.2015





Шампанское Cristal от Луи Редерера изначально создавалось по заказу русского царя Александра II в 1876 году. Опасаясь возможного покушения, монарх приказал вместо традиционной зеленой использовать бутылки из прозрачного стекла, с плоским дном, чтобы исключить возможность подмешивания взрывчатых веществ. С тех пор и по сей день бутылка оригинального дизайна, целлофановая упаковка (для защиты шампанского от света) и золотая этикетка остаются отличительными признаками шампанского Cristal. Так что я была польщена визитом в фамильный замок семьи Редерер в Реймсе и беседой за бокалом вина Cristal 2006 года с Фредериком Рузо, который сегодня возглавляет производство, о том, как марка сохраняет свою репутацию, несмотря на выпуск всего 3,5 млн бутылок вина в год, то есть лишь 1% от общего объема шампанского на мировом рынке.

Винодельческое хозяйство основал в 1776 году Этьен Дюбуа, и в ту пору оно представляло собой крохотный винный магазин, который приобрел в 1819 году Николя Шрайдер. Его племянник Луи Редерер занялся делом вместе с дядей и стал совладельцем компании, которую и унасле­довал после смерти Шрайдера в 1833-м. С тех пор хозяйство оставалось в руках семьи. Рузо начал работу в семейном бизнесе в 1996 году, когда еще его отец Жан-Клод возглавлял дело, и десять лет спустя руководство перешло в руки сына. «Мой отец по-прежнему занимает пост президента компании, но больше не участвует в делах, – поясняет Рузо. – Он даже переехал в Париж, чтобы не было соблазна вмешиваться в наши ежедневные хлопоты на винодельне. Он умен и рассудителен, и я благодарен за свободу, которую отец мне предоставил. Наша семья ценит свободу: компания была создана в год появления Соединенных Штатов Америки, и подсознательно для души любого Редерера самое главное по-прежнему – свобода, независимость и творчество».

За столь изящным выражением чувств скрывается жесткая деловая хватка, также переходящая от поколения к поколению. «Были времена, когда мы экспортировали четверть всего производимого шампанского в Америку и 600 тыс. бутылок в Россию. Потом в России произошла революция, а в мире наступила Великая депрессия, – объясняет Рузо. – Экспорт сократился, и период между Первой и Второй мировыми вой­нами стал самым тяжелым за всю нашу историю. В 1932 году моя прабабушка Камиль унаследовала усадьбу после смерти своего мужа. Хотя мы были близки к банкротству, сила ее характера, энергия и творческое начало спасли компанию от гибели».

Благодаря заслугам Камиль хозяйство Редерер продолжает расти. В 1982 году отец Фредерика купил 580 акров земли в долине Андерсон-Вэлли в Калифорнии и сделал из нее новые угодья Редерер. В дальнейшем он приобрел производство шампанских вин Deutz в 1993 году, а также поместье Шато-де-Пез в Бордо в 1994 году. Сегодня подвалы Редерера в Реймсе растягиваются на несколько километров, и меня провели по темным коридорам с рядами дубовых бочек по обе стороны к погребам, содержащимся в идеальном порядке. В холодном мраке сверкание золоченых бутылок было еще роскошнее.

Рузо приветствует меня в богато обставленной гостиной, где слышны ароматы шалфея и мандарина, украшенной кружевными ширмами и китайским фарфором, после чего мы переходим в кухню для неофициального обеда. На стенах висят фотографии Элизабет Тейлор, Ива Сен-Лорана и Брэда Питта, входящие в пятимиллионную фотоколлекцию, собранную Национальной библиотекой и поддерживаемую Фондом Луи Редерера.

Нежеланная любовь

Великолепие изощренных форм, высокая культура и сильное чувство связи поколений, окружающие Рузо, могут показаться далекими от шумного и агрессивного мира рэп-музыки. Тем не менее именно она стала причиной серьезных трудностей, настигших марку Редерер в последнее время. Во второй половине 1990-х годов рэперы мелькали на фотографиях с бутылками шампанского Cristal, упоминание о котором также встречалось в текстах песен таких звезд, как Пафф Дэдди, 50 Cent и Jay-Z, часто упоминавших о «разлитом» напитке.

Именно разлитие, а не распитие послужило причиной резкости в ответ на вопрос репортера британского журнала The Economist в 2006 году о том, считает ли Рузо, что приверженность столь вульгарному образу жизни может навредить марке Cristal. До этого Рузо говорил, что наблюдал за восхищением рэперов винами Cristal со «спокойным любопытством», а на этот раз ответил: «Что мы можем сделать? Мы не можем запретить людям покупать наше шампанское. Уверен, что представители марок Dom Pérignon или Krug были бы счастливы иметь подобный успех». На что певец Jay-Z незамедлительно бросил пару строк рэпа: «Я раньше пил шампанское Cristal / Но этих подлых расистов мне ничуть не жаль / Теперь с собой беру бутылки золотые… / Забил на этикетку и на копов позывные». На деле же он не просто «забил на этикетку», а создал рекламу марке шампанского Armand de Brignaс, также называемого Ace of Spades («туз пик»), которое выпускает дом Cattier в бутылках золотого цвета.

«Меня заклеймили как расиста, не смешно ли? – удивляется Рузо. – Разумеется, никаких возражений против того, чтобы Jay-Z покупал наше шампанское, у меня не было. Я лишь сказал ему, что скорее предпочел бы видеть, как он его пьет, чем как обливает шампанским девушку». Jay-Z использовал ссору в качестве рекламной уловки, чтобы привлечь внимание к шампанскому Ace of Spades. И действительно, он его показал во всей красе в своем клипе к песне Show Me What You Got («Покажи, что у тебя есть»), где герой отказывается от шампанского Cristal в пользу Ace of Spades.

Вряд ли Jay-Z может представлять реальную угрозу для Рузо, нисколько не обеспокоенного конкуренцией со стороны дома Armand de Brignaс и убежденного, что качество – куда более важный двигатель бизнеса, чем доля на рынке. «Мы знаем толк в шампанском, – спокойно продолжает он. – Мы производим Cristal не каждый год: например, сейчас в наших бокалах вино урожая 2006 года, оно выдерживалось шесть лет. Для создания вина высшего качества нужно время. Другие дома покупают хозяйства, но для нас важнее качество, а не количество – так что мы покупаем лишь около трех гектаров в год. Ключевым для нас является видение долгосрочной перспективы. Если хотите быстро расширяться, необходимо быть частью масштабной люкс-индустрии – такой, например, как концерн LVMH, а этого мы не хотим». Сложно вызвать Рузо на откровенность в вопросе о том, покушался ли кто-либо когда-либо на хозяйство Редерер, и когда я снова спросила, как марке удалось избежать поглощения гигантами индустрии, он лишь ответил: «Луи Редерер по-прежнему независим, поскольку все большие группы знают, что он не продается».

Секрет исключительности

Рузо объясняет выживание семейного бизнеса Редереров отчасти уникальным способом управления винодельческим хозяйством – по участкам. 240 га земли, принадлежащие семье, разбиты на 410 участков, на каждом из которых самостоятельно делается отжим винограда, что обеспечивает качество и дает каждому вину его неповторимый характер (ни одна другая марка шампанского не практикует такого подхода).

Рузо признает, что в возрасте чуть больше 20 лет он сопротивлялся идее наследовать семейный бизнес, однако сегодня им движет чувство долга: «Какими бы грандиозными ни были мои планы, в конце концов, именно детали нуждаются во внимании, важно, чтобы наше шампанское сохраняло свою исключительность. Иначе его качество снизится, и оно превратится в заурядный продукт. Мой долг – вкладывать в стиль и качество марки. Ее сегодняшний образ отличается от того, который был присущ ей 20 лет назад, но за это время она стала ничуть не хуже. Моя миссия – беречь нашу марку как
сокровище».

Такой взгляд предполагает отсутствие зацикленности на продажах и полную сосредоточенность на качестве продукта. Когда я спрашиваю Клер Мартино, отвечающую за пиар в компании Редерера, об их однопроцентной доле на рынке, она отвечает: «Эту информацию мы обычно не обсуждаем». С другой стороны, если говорить с Рузо о мировой славе вина Cristal, ответ будет интересным и замысловатым: «Все его элементы под контролем, что наилучшим образом отображает и мировое равновесие. Вы чувствуете магию в этом вине и ценности, создаваемые культурой, эстетикой и стилем жизни. Наше вино делает людей счастливыми». Все эти качества, по мнению Рузо, могут жить только в пределах узкого, в высшей степени заботливого семейного круга, каким он и останется в обозримом будущем.



10.07.2015

Источник: SPEAR'S Russia #6(49)


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз


Закопать миллионы

03.06.2024 Savoir Vivre HNWI

A
 

Купить остров подальше от цивилизации и построить там подземный бункер, чтобы переждать в нем конец света. Таков был план основателя биржи FTX Сэма Бэнкмана-­Фрида. Взлет миллиардера-­вундеркинда к вершинам богатства на волне бума криптовалют поражает воображение, столь же фантастической была и история молниеносного краха. Состояние Бэнкмана-­Фрида в 26 млрд долларов испарилось буквально за неделю, и ближайшие четверть века по решению суда он должен провести не на тропическом атолле, а в тюрьме. Но WEALTH Navigator заинтересовали не столько драматические перипетии жизненного пути бизнесмена, сколько обнародованные на процессе по его обвинению в мошенничестве документы. Они проливают свет на экзистенциальные страхи миллиардеров с Манхэттена и из Кремниевой долины, а также распространенные стратегии подготовки к краху цивилизации, который пугает многих ультрахайнетов.


Изнанка провидца

08.12.2023 Savoir Vivre HNWI

13
 

Пилоты частного Gulfstream IV не раз с изумлением наблюдали, как владелец этого бизнес-­джета размером с коммерческий лайнер и по совместительству один из самых богатых людей в мире, приехав на взлетное поле за рулем машины, сам доставал чемоданы из  багажника, чтобы передать их экипажу. На свои 30 млрд долларов он мог бы купить тысячу таких джетов, но мало что нравилось ему больше, чем бесплатная рубашка для гольфа, подаренная хорошим другом. Большую часть времени он проводил в своей родной Омахе, его будни проходили вокруг заседаний совета директоров и поездок к друзьям, – эти события были неизменны и регулярны, как фазы Луны. Этот мужчина в неприметном сером костюме, который топорщится жесткими складками, – легендарный Уоррен Баффетт. Недавно в издательстве «Бомбора» вышла посвященная ему книга «Баффетт. Биография самого известного инвестора в мире». Примечателен не только главный герой, но и автор – Элис Шредер не писатель, а финансовый аналитик. Шесть лет она изучала акции Berkshire Hathaway и все эти годы интервьюировала Баффетта. Результатом стало довольно откровенное жизнеописание, которое рисует внутренний мир Баффетта едва ли не столь же выпукло, как И картину его финансов и инвестиционных стратегий. С разрешения издательства WEALTH Navigator воспроизводит фрагмент этой книги.