Конечно, непосредственные участники рынка чувствовали сентябрьский «кризис в миниатюре», что называется, в режиме он-лайн, и понимали, насколько все плохо, задолго до публикации отчета за месяц. Поэтому сюрпризом свежие данные Dow Jones Credit Suisse Core Hedge Fund Index ни для кого не стали. Впрочем, итоговые 4,23-процентные потери перечеркнули полужирной чертой иллюзии сторонних наблюдателей и надежды самых прекраснодушных инвесторов на успешное завершение месяца – чуда так и не случилось. Впервые за долгое время все без исключения стратегии индекса закончили период с потерями. То же касается и показателей year-to-date. Худшими в этом месяце стали длинные/короткие позиции, а лидерами падения за год остаются приверженцы событийно-управляемой модели инвестирования.

Рабинович призывает не паниковать. По его мнению, результативность хедж-фондов «не ужасающая», особенно в контексте глобальных рынков: «За тот же период индекс S&P 500 потерял 7,18%, а MSCI World упал на 8,85%. Индекс развивающихся рынков MSCI EM рухнул на 14,78%, а индекс развивающихся рынков Европы MSCI EME упал еще больше – на 18,87%. На финансовых рынках наблюдалась реальная паника, и среднее значение потерь хедж-фондов в чуть более чем 4% является не таким уж плохим результатом. Здесь стоит напомнить, что даже в период своей самой низкой доходности – между июнем и декабрем 2008 года – индустрия хедж-фондов в среднем потеряла “всего” 19,49%, тогда как рынки акций упали от 35% до 75%, если судить по S&P 500 (35-процентные потери), MSCI World (40%) и РТС (75%)».

Одной из главных причин колоссальной волатильности, согласно Рабиновичу, является непредсказуемость политиков в критических ситуациях. «Например, в 2008 году понадобилось бы всего лишь 16 млрд долларов для того, чтобы гарантировать банку Barclays покупку Lehman Brothers, и эта гарантия могла быть структурирована таким образом, чтобы прежние акционеры Lehman Brothers остались практически с тем же результатом, что и при банкротстве. Тем не менее, было принято политическое решение этого не делать, и результирующий ход событий всем известен: полный паралич глобальной финансовой системы и потраченные сотни миллиардов долларов для ее спасения. Казалось бы, если уж современный мир вошел в период структурных проблем, с которыми не справиться в течение даже 3–5 лет, то нужно учесть уроки недавнего прошлого и действовать соответственно, борясь с пожаром, пока он не разгорелся до размеров глобального бедствия. Так же как и в примере с Lehman Brothers, можно было спасать Грецию несколько месяцев (если не целый год) назад путем жестких условий и определенной цены. И эта цена была бы мизерной по сравнению с той, которую все равно придется заплатить, но уже сегодня. Совершенно понятно, что управляющие хедж-фондов, как и многие другие инвесторы, не могли предвидеть настолько шокирующую реакцию европейских политиков – абсолютно нечленораздельные высказывания и действия, напоминающие нам самые худшие образцы российской политики и лидеров 1998 года. Последовавшая финансовая паника многих застала врасплох, и ее было очень трудно, если вообще возможно, предсказать. Все классы активов стали опять практически полностью коррелировать друг с другом, как это было во время подобной паники 2008 года».

Эта неразбериха привела, в частности, к тому, что классы активов начали движение в непредсказуемом направлении. Например, аналитики ожидали, что двойной рецессии не будет, и пророчили акциям и сырью рост и удорожание. В то же время логичной казалась игра на понижение облигаций США и валют развитых стран против таких же позиций в валютах развивающихся стран с высокой инфляцией, высокими ставками и высокими темпами роста экономики, объясняет глава Diamond Age. В результате ситуация развивалась полностью наоборот и принесла хедж-фондам двойные убытки, что и нашло отражение в перформенсе стратегии long/short equity.

По словам Рабиновича, коллапс всех рисковых активов в мире коснулся и нашей страны. В итоге индекс РТС обвалился в сентябре на 21.22% после падения в 13.37% в августе. «Я не знаю ни одного фонда, инвестирующего в российские активы, который полностью или на существенную долю ушёл бы в денежные средства до наступления этого коллапса, или бы был “нетто-short”», – заключает финансист.

С другой стороны, ещё никто и никогда не становился богатым и даже не мог сохранить свои средства от инфляции, инвестируя только в денежные средства, продолжает Слава Рабинович. «Поэтому инвестировать в рисковые активы необходимо, но всегда следует делать это с очень долгосрочным горизонтом, чтобы не получилось так, что покупка совершается на высоких уровнях, а на волне всеобщей паники распродажа ведется на низких уровнях, – предостерегает спикер. – Кроме того, наша планета переживает тектонический сдвиг, вызванный структурными дисбалансами развитых стран, непрекращающимся ростом населения и невиданным ранее темпом урбанизации в таких странах, как Китай. Наиболее проницательные управляющие угадают, какими будут цены на активы в долгосрочной перспективе. Если у вас длинный инвестиционный горизонт и хороший запас нервов, то вооружайтесь идеей и идите к ней. Так создаются состояния, а те, что уже созданы – приумножаются».

Наконец, Слава Рабинович считает, что последний квартал текущего года будет положительным с точки зрения доходности хедж-фондов, но тут же уточняет: «Единственное, что в этом мире точно происходит, это налогообложение и смерть. Если же серьёзно, то я уверен, что результирующая доходность хедж-фондов в среднем будет очень положительной в течение горизонта 24 месяцев, несмотря на повышенную волатильность ежемесячных доходностей». Вместе с тем финансист выразил сомнение по поводу того, что хедж-фонды сумеют выйти в плюс к концу года.

Атлас

• Diamond Age

Материалы по теме

• Оцениваем хедж-фонды в августе с Паоло Фальдини
• Оцениваем хедж-фонды в июле с Томасом Фельдтом
• Оцениваем хедж-фонды в июне с Олегом Ларичевым
• Оцениваем хедж-фонды в мае с Александром Варюшкиным