Криптоапокалипсис


Коэффициент Джини биткоина равен 0.88, и даже в Северной Корее дела обстоят немного лучше. Такого ли неравенства мечтали достичь все анархисты и либертарианцы мира, увлеченные криптоэкономикой? Нуриэль Рубини, как глиняную, разбивает вдребезги «перехваленную электронную таблицу» блокчейна и надеется открыть миру глаза на очередную великую иллюзию.

23.11.2018





тоимость биткоина упала примерно на 70% с пиковых уровней конца прошлого года. Главный финансовый пузырь (или «мать всех финансовых пузырей») лопнул. У криптовалют начался апокалипсис, и совсем не цифровой: реальная стоимость ведущих «коинов» – Ether, EOS, Litecoin и XRP – упала более чем на 80%, тысячи других цифровых валют обрушились на 90–99%, а все остальные оказались откровенным мошенничеством. Удивляться нечему: четыре из пяти первичных размещений коинов (ICO) изначально были жульничеством.

Эта публичная кровавая бойня заставил поклонников криптовалют укрыться в последнем прибежище криптообманщиков: они защищают блокчейн, программу распределенного реестра, которая лежит в основе всех криптовалют. Блокчейн объявлялся потенциальной панацеей от всего, начиная с бедности и голода и заканчивая раком. А кроме того, это самая раздутая и самая бесполезная технология в человеческой истории.

На практике блокчейн – это не более чем перехваленная электронная таблица. Но она стала символом либертарианской идеологии, согласно которой все правительства, центральные банки, традиционные финансовые учреждения и валюты реального мира являются злом, поскольку концентрируют власть, и поэтому должны быть разрушены. В идеальном мире фундаменталистов блокчейна вся экономическая деятельность и взаимодействие между людьми подвергаются анархической или либертарианской децентрализации. Они бы хотели, чтобы вся общественная и политическая жизнь фиксировалась в публичных реестрах, которые «не требуют разрешений» (то есть доступны всем) и «не требуют доверия» (то есть не зависят от пользующегося доверием посредника, например банка).

Однако блокчейн открыл путь не в мир этой утопии, а в хорошо знакомый экономический ад. Несколько корыстных белых мужчин (во вселенной блокчейна трудно встретить женщин или национальные меньшинства) с претензией на роль мессии для бедных, маргинализированных и не имеющих банковского счета масс мира, заявляют, что создали богатство стоимостью в миллиарды долларов из ничего. Но достаточно обратить внимание на колоссальную централизацию власти майнерами криптовалют, биржами, программистами и владельцами коинов, чтобы понять: суть блокчейна не в децентрализации и демократии, а в жадности.

Например, есть небольшая группа компаний, которые в основном базируются в таких бастионах демократии, как Россия, Грузия и Китай, и контролируют примерно 60–75% всей криптомайнинговой деятельности. Все они регулярно повышают стоимость транзакций, чтобы увеличить свою немалую маржу. Получается, что фанатики блокчейна хотят, чтобы мы доверились не центральным банкам и регулируемым финансовым посредникам, а какому-то анонимному картелю, который не контролируется никакими законами.

Аналогичная картина наблюдается и в торговле криптовалютами. Ровно 99% всех транзакций осуществляется на централизованных биржах, которые регулярно взламывают хакеры. А в отличие от ситуации с реальными деньгами, если хакеры украли ваше криптосостояние, оно исчезает навсегда.

Кроме того, централизация криптопрограммирования (фундаменталисты называют создателя Ethereum Виталика Бутерина «великодушным пожизненным диктатором») уже показала всю лживость заявлений о том, что «код – это закон», как будто программы, лежащие в основе приложений блокчейна, являются совершенно неизменными. Правда же такова: программисты обладают абсолютной властью, действуя и как судьи, и как присяжные. Если что-то идет не так с одним из их «умных» псевдоконтрактов, переполненных багами, или происходит масштабный взлом, тогда они просто меняют коды и делают «разветвление»: падающий коин превращается в новый с расчетом через реальную валюту. Тем самым демонстрируется, что все это «не требующее доверия» предприятие с самого начала было обманом, не достойным доверия.

Наконец, уровень концентрации богатства в этой криптовселенной даже выше, чем в Северной Корее. Когда коэффициент Джини равен 1.0, это означает, что один человек контролирует 100% доходов и богатства страны. Показатель у КНДР – 0,86, у достаточно неравных США – 0,41, а показатель биткоина – потрясающие 0,88.

Как уже должно быть понятно, претензии на «децентрализацию» – это миф, который распространяют псевдомиллиардеры, контролирующие свою псевдоиндустрию. И теперь, когда все розничные инвесторы, которых обманом затащили на крипторынок, потеряли последнюю рубашку, оставшиеся продавцы «змеиного масла» оказались на горе фейкового богатства, которое мгновенно исчезнет, как только они попытаются ликвидировать свои «активы».

Что касается собственно блокчейна, то под этим солнцем нет ни одного учреждения (банка, корпорации, неправительственной организации или правительственного агентства), которое бы разместило свой баланс или реестр транзакций, сделок и контактов с клиентами и поставщиками в публичный, децентрализованный, пиринговый реестр, доступ к которому не требует разрешения. И нет никаких убедительных оснований, почему подобная крайне ценная информация, принадлежащая своим владельцам, должна храниться в публичном доступе.

Более того, в случаях, когда технологии распределенного реестра (так называемые технологии DLT для предприятий) действительно применяются, они не имеют никакого отношения к блокчейну. Эти системы остаются частными, централизованными и записываются лишь в нескольких контролируемых реестрах. Они требуют разрешения для доступа, который предоставляется только тем, кто соответствует необходимым критериям. Но что самое важное, они опираются на пользующиеся доверием структуры, которые завоевывали свой авторитет на протяжении длительного временем. Все это к тому, что блокчейном такие технологии являются лишь по названию.

О многом говорит тот факт, что все «децентрализованные» блокчейны, когда их реально начинают использовать, превращаются в итоге в централизованные базы данных, доступ к которым требует разрешения. И в этом смысле блокчейн даже никак не улучшил стандартную электронную таблицу, которая была впервые изобретена в 1979 году.

Ни один серьезный институт никогда не допустит, чтобы его транзакции проверялись каким-то анонимным картелем, который действует в тени авторитарных клептократий мира. И не удивительно, что каждый раз, когда в традиционной среде запускается пилотный проект блокчейна, он либо отправляется затем в мусорную корзину, либо превращается в частную, требующую разрешений базу данных, которая представляет собой не более чем таблицу Excel или базу данных, чье название просто вводит в заблуждение.



23.11.2018

Источник: SPEAR'S Russia #11(81)


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз



Почему мы не отдаем больше?


S9lmqzuqjkt8yr2xjzqaoq
 

Австралийский философ Питер Сингер признан во всем мире как специалист по вопросам этики и морали. Названия некоторых его сочинений говорят сами за себя: «Демократия и гражданское неповиновение», «Человеческая жизнь больше не священна», «Живет ли Австралия по этическим законам?». Фонд «Нужна помощь» издал на русском языке одну из самых важных книг Сингера «Жизнь, которую вы можете спасти. Как покончить с бедностью во всем мире». В ней философ разбирает психологические, социальные и эволюционные барьеры, которые мешают людям заниматься благотворительностью; объясняет, откуда берется установка «ничем не помочь», почему проще потратить время и деньги на помощь одному конкретному человеку, а не на предупредительные меры, которые спасли бы десятки людей, а также почему чувство справедливости на самом деле мешает заботиться о других. Журнал SPEAR’S Russia публикует одну из глав, объясняющую, как сама человеческая природа влияет на наше отношение к этим вопросам.