Звуки молодости


Яков Гальперин – о своей коллекции раритетных виниловых пластинок.

21.03.2014




_mg_4947
Яков Гальперин

руководитель MFO Альфа-Капитал и заместитель генерального директора УК «Альфа-Капитал»

Юношеские увлечения – это как первая любовь. Сколько бы времени ни прошло, сколько бы воды ни утекло, ты до сих пор помнишь, как тебя переполняли эмоции, как ты волновался и ждал. Моя юношеская любовь – это музыка. Как это часто бывает, сначала все шло очень ярко и бурно, потом наступило время «взрослой жизни» и градус эмоций понизился, а потом неожиданно для себя я снова ее нашел – свою музыку, и вместе с ней – ту бесценную юношескую часть самого себя.

Сначала я, как и многие, слушал все подряд – все, что можно было достать. Мое первое серьезное увлечение музыкой пришлось на 1970-е годы, когда выбор хороших исполнителей (под этим определением, конечно, скрывались дефицитные записи «буржуазного Запада») оставался довольно ограничен. Но время было очень ярким и в какой-то степени бескомпромиссным, ведь самые популярные имена тех времен гремят до сих пор: Yes, Genesis, Queen, Deep Purple, Pink Floyd и т.д. Это было время настоящего господства музыки, время квартирников, на которых совершались музыкальные открытия.

Купить последнюю «родную» плас­тинку было не только дорого (фирменный винил стоил 70–80 рублей при средней зарплате в 120–150), но и опасно. Гораздо проще было слушать записи на бобинных магнито­фонах. Конечно, качество оставляло желать лучшего, тем более что на магнитную пленку записи перегоняли все равно с винилового оригинала. А вот за покупку с рук пластинки у фарцовщиков около магазина «Мелодия» на Новом Арбате или возле ЦУМа можно было получить много неприятностей – за «нелегальную кооперацию». Что, конечно, придавало юношескому увлечению еще больше притягательности, а вкус «запретного» с точки зрения советского строя плода становился еще слаще.

Свою первую пластинку я купил у приятеля рублей за 30 – это был уже заслушанный до дыр на бобине альбом Queen «A Night at the Opera» 1975 года. Принес домой, включил – и понял, конечно, почему пластинки столько стоят. Звук от винила и катушечных магнитофонов – это небо и земля. Но для настоящего увлечения нет преград, и вскоре я собрал свою первую коллекцию – десяток пластинок, среди которых «голубые фишки» мира музыки вроде Queen, Deep Purple, Pink Floyd и т.д. Из них Yes, Genesis и Emerson, Lake & Palmer были «голубыми фишками» уже для меня самого, и я бы ни за что не согласился их обменять.

Пожалуй, вторым открытием после качества звука оказался поиск «своей музыки». В конце концов, переслушав все, что было доступно «советскому человеку», я нашел то, что нравится именно мне – thinking man’s music, то есть «умная музыка». И как ее кульминация – на мой субъективный взгляд, разумеется, – психоделический и прог­­рессив-рок. Это то, про что я могу с уверенностью сказать: да, это мое, особенно те альбомы, где лидируют клавишные, как на первых альбомах Deep Purple или у ранних Pink Floyd – до альбома «The Wall» 1979 года.

Потом случилось то, что обычно происходит с каждым увлечением молодости: я потерял свою «первую любовь» почти на двадцать лет. Бизнес, семья – все закрутилось слишком быстро. Само собой, я не расставался с музыкой ни на минуту, но все это было случайное, не то. Но однажды в середине нулевых я познакомился с одним из коллекционеров винила, разговорились, он поставил мне что-то послушать – кажется, пластинку Yes, альбом Going for the One – и как будто и не было этих прожитых лет.

С тех пор начался мой второй, уже осознанный период коллекционирования. Теперь я подхожу к процессу системно, у меня появился свой метод. Я полностью сконцентрировался на собирании пластинок именно прогрессив-рока и психоделического рока 1967–1975 годов. А еще, только начиная свои поиски, я вдруг с удивлением обнаружил, что, несмотря на то что прошло вроде бы уже почти полвека с расцвета этих двух жанров, до сих пор толком о них, а точнее, о музыкантах того времени, ничего не известно. Это дало мне огромную фору для маневра. Я, по сути, открываю заново для себя эти направления: ищу «новые имена», слушаю треки, если нравится – то заказываю раритетную пластинку. Все удовольствие стоит примерно 10–30 евро, хотя бывают пластинки, цена которых доходит и до пары сотен, но это должно быть что-то особенное.

Самое большое удовлетворение приносит сам процесс охоты. Когда ищешь буквально в чистом поле, прореживая сквозь сито десятки неизвестных исполнителей 1960–1970-х, постоянно занимаешься самообразованием, собираешь информацию буквально по крупицам. И однажды среди всего этого потока внезапно находишь настоящую жемчужину. Именно так
я открыл для себя Cressida, Warhorse, Skin Alley, AERA, Nicolas Greenwood, Sebastian Hardie и PFM.

Подозреваю, что ни одно из перечисленных имен, точно так же, как мои фавориты – Cressida, Black Widow, Julian’s Testament или The Electric Prunes, большинству ничего не скажет. Но искусство частного коллекционирования как раз и заключается в том, чтобы среди всего богатого ассортимента находить именно то, что тебе нравится. Честно говоря, я никогда не занимался подсчетом, сколько пластинок в моей коллекции. Думаю, что их не меньше двух тысяч. И среди них есть по-настоящему редкие экземпляры: некоторые пластинки были выпущены ограниченными тиражами – не больше 500 копий, и для меломанов всего мира они имеют огромную ценность.

Свой трек-лист я обновляю по настроению. Могу слушать одну и ту же группу и даже один альбом неделями, а потом забываю о них на пару месяцев и переключаюсь на другого исполнителя. Сейчас, например, у меня в фаворитах пластинка английских Catapilla «Changes» 1972 года.

Моя музыка – это моя медитация. Я включаю проигрыватель, ставлю пластинку в зависимости от настроения – и погружаюсь в звуковую волну своей молодости. Музыка – мое вечное возвращение к самому себе, а пластинка – компас, которая указывает верное направление. Поэтому мне никогда не скучно, ведь каждый раз я иду новой тропой. 

Атлас

Материалы по теме



21.03.2014

Источник: SPEAR'S Russia


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз


Дурацкая шутка, или Представление об альтернативе


20190906_174137_1
 

Вероятно, самый знаменитый профессор Высшей школы социальных наук и Парижской школы экономики Тома Пикетти написал новую книгу. «Время для социализма: депеши из мира в огне, 2016-2021 гг.» – это не только жесткий анализ все время усиливающегося глобального неравенства, как его «Капитал в XXI веке», но и план демонтажа существующей системы и строительства куда более справедливого и благодатного будущего, в котором никто не будет забыт и отчужден от результатов собственного труда. Разумеется, основная аудитория французского профессора имеет отчетливо левые взгляды, а многие коллеги хвалят его за поднятие темы на новый уровень или «невероятный эмпирический багаж», но критикуют за методологическую слабость и неверные выводы об истинных причинах неравенства. Тем не менее выход подобной книги – это прекрасный повод для содержательной дискуссии. Алексей Цветков, писатель, драматург, политический активист, комментатор и популяризатор Маркса, написал о Пикетти и его новой работе в своем блоге. С любезного разрешения автора WEALTH Navigator публикует его отзыв на своих страницах.