Взлетная полоса для НКО


Гор Нахапетян, соучредитель фонда «Друзья», – о том, как благотворительность в России становится профессиональной и что такое «слепые зоны».

14.01.2021





Учредителей у фонда трое: Дмитрий Ямпольский, Ян Яновский и я. До работы в «Друзьях» я входил в благотворительный комитет «Тройки Диалог», который оказывал адресную помощь: у нас был подшефный детский сад для больных детей на юго-западе Москвы: мы делали им ремонт, построили медицинский центр и даже маленькую часовню. Но самым первым запросом у этого дома к нам были резинки для трусов и нитки – до такой степени ничего не было.

Импланты для фондов

Быстро стало понятно, что адресной благотворительностью больших проблем не решить – нужно выстраивать эффективно работающую систему. Когда мы организовались, в первую очередь придумали схему, по которой приглашали сильных управленцев из бизнеса и крупных международных организаций на работу в благотворительные фонды и выплачивали им достойную зарплату. Сначала Григорий Мазманянц из WWF (Всемирный фонд защиты дикой природы. – Прим. Spear’s Russia) пришел в фонд «Подари жизнь», и спустя время мы увидели эффект. Затем были другие фонды: «Дети-бабочки», «Вера». Квалифицированный топ-менеджер по горизонту планирования, масштабности мышления и эффективности управленческой деятельности несравним с практиком-любителем. Например, Фонд Константина Хабенского, директором которого стала Алена Мешкова, за первый год работы ее команды собрал столько же денег, сколько за пять лет до этого.

Три уровня управления

Так у нас появилась идея создать фонд фондов, который помогал бы другим НКО выстраивать стратегии развития и «имплантировал» в них руководителей из бизнес-среды.

Решили, что назовемся фонд «Друзья», поскольку мы сами все дружим и хотим работать со всеми, с кем дружим.

Сегодня «Друзьям» пять лет, и у фонда существуют три больших управленческих блока. Первый – совет попечителей, куда входят публичные личности: Иван Ургант, Софико Шеварднадзе, Леонид Парфенов, Ингеборга Дапкунайте, Аида Гарифуллина и другие. Второй – это правление фонда, которое состоит из топ-менеджеров и владельцев бизнес-корпораций и помогает фонду в решении стратегических вопросов. Его возглавляет Оксана Разумова, первый управляющий директор нашего фонда, а в прошлом директор по коммуникациям «Национальной Медиа Группы». И, наконец, есть экспертный совет с главами фондов, включая Нюту Федермессер (учредителя фонда помощи хосписам «Вера»), Асю Залогину (президента фонда «Обнаженные сердца») и других.

Как мы работаем сегодня

Для работы с управленцами и командами благотворительных фондов у нас существует отдельная программа, которая называется «Команда профессионалов».

Чтобы в нее попасть, каждые два года фонды и проекты проходят конкурсный отбор. Мы выбираем из них три-четыре организации и берем под свое крыло на год или два в зависимости от содержания программы. Из самых свежих примеров: мы удачно отработали с фондами «Старость в радость» и «Ночлежка», для последнего из которых главным результатом в 2020 году стало открытие представительства и первого консультационного центра в Москве (благотворительная организация, основанная в Санкт-Петербурге, действующая уже 30 лет. – Прим. Spear’s Russia).

Аэродром для фондов

У нас есть собственная Школа (Московская школа профессио­нальной филантропии, mspp.ru), которая начиналась с открытых лекций для профессионального сообщетсва НКО: приглашенный экперт из бизнес-среды читает лекцию, а сотрудники благотворительных фондов – от 50 до 250 человек – приходят ее послушать или получают видеозапись онлайн. Такой вид образовательной программы существует до сих пор, но мы давно поняли, что его недостаточно для системного роста и развития индустрии. Поэтому создали отдельный управленческий курс в рамках Московской школы профессиональной филантропии на базе Высшей школы экономики, а в прошлом месяце, спустя три года после запуска пограммы, наконец, получили собственную образовательную лицензию. Кроме того, на практике мы увидели, что, если берем фонд под шефство в «Команду профессионалов», возникает вероятность не найти общий язык с его командой. Когда же люди девять месяцев подряд учатся в Школе, у них появляется понимание процессов, готовность к трансформации и большим переменам, они пересматривают свои стратегии и запускают новые проекты. По сути, мы создали акселератор, который позволяет сначала научиться делать упражнения, а затем взлетать, поэтому мы архитекторы взлетных полос для «боингов» благотворительных проектов.

У своих студентов мы стараемся расширить взгляд на мир – показывать им лучшие практики, которые есть в других странах. В частности, организовывали поездки в Израиль в дома престарелых; один из фондов – новосибирский «Солнечный город» – в прошлом году отправился на стажировку в Эстонию и, увидев, как все выстроено в другой стране, резко изменил свою стратегию, и запустил новую программу.

Интеллектуальное волонтерство

Третий масштабный продукт фонда «Друзья» – ProCharity (procharity.ru). Это онлайн-­платформа интеллектуального волонтерства, где профессио­налы – юристы, дизайнеры, маркетологи – дарят свое время и экспертизу благотворительным фондам. Мы подумали, что люди с высокими компетенциями, которые часто принимают участие в благотворительных акциях и помогают pro bono (безвозмездно), могут кратно увеличить свою пользу, если будут оказывать помощь, близкую к своей профессии.

IT-платформа создана в 2017 году и во многом благодаря финансированию нашего стратегического партнера компании MasterCard. Сегодня софт ProCharity соединяет 500 фондов, прошедших тщательную проверку и отбор, 20 корпораций и около 2000 волонтеров – сотрудников этих корпораций. В частности, сотрудники юридического департамента корпорации «Сибур» практически в полном составе – одни из самых активных интеллектуальных волонтеров на этой платформе.

ProCharity работает следу­ющим образом: фонд, которому нужна помощь, отправляет туда задание – например, сделать сайт, установить CRM-систему, сверстать годовой отчет или подготовить договор. Волонтеры видят эти задания, понимают: «да, я могу и хочу эту задачу решить» – и откликаются на задания, становясь кандидатами на их исполнение. Затем фонд выбирает волонтера из всех заявившихся, опираясь на портфолио или общий рейтинг специалиста на платформе, и спустя время принимает готовую работу. Обязательным этапом является оценка качества и сроков исполнения работы благополучателем, то есть фондом. Именно эти оценки и формируют рейтинг волонтеров на платформе. Волонтеры таким образом получают обратную связь, видят, что их трудом и вкладом довольны, остаются удовлетворены сотрудничеством и еще могут получить приятные бесплатные бонусы в виде билетов в театры, книги и прочие подарки. Таким образом, фонды не тратят деньги на наем специалистов на аутсорс, экономят ресурсы своих, как правило, малочисленных команд и бесплатно получают лучших из лучших профессионалов для реализации своих задач.

Вопрос доверия

В благотворительности самое главное слово – «доверие». Оно делится на две категории: первая – я доверяю вашей честности; вторая – я доверяю вашему профессионализму. Процент денег, который идет через фонды, сегодня в России меньше, чем адресная помощь через физических лиц. Это проблема, поскольку через фонды деньги распределяются оптимальнее и прозрачнее: каждые 100 рублей могут помочь большему количеству людей. В частности, у фондов есть возможности проводить дорогостоящие операции, закупать лекарства со скидками, предоставлять полные отчеты о потраченных средствах. Мы как фонд фондов видим своей целью это доверие повышать – к фондам, ко всей благотворительной индустрии. И чтобы этой цели достичь, мы придумываем новые проекты, рассказывая о них в медиа, на наших семинарах, вовлекаем в это все больше и больше сторонников. Постепенно социальная повестка выходит в топ, и особенно заметным это стало в этом году.

Слепые зоны

Кроме того, наша миссия состоит в том, чтобы, во-первых, увеличивать уровень профессио­нализма в индустрии, во-вторых, развивать «слепые зоны» благотворительности. Есть ряд проблем, с которыми не работают благотворительные фонды, или таковых очень мало: туберкулез, ВИЧ, алкоголизм, наркомания и их последствия, инсульты и болезни сердца, дающие стабильно высокую смертность населения. Летом 2020 года мы вместе с ТАСС презентовали исследование, которое называется «Зоны роста, или как причинить максимум добра» (altruism.tass.ru). Автором исследования выступил Дима Саава, операционный директор «Кашемир и Шелк», эксперт нашей Школы филантропии, а для фонда – один из главных интеллектуальных волонтеров. Это исследование о том, что на каждый вложенный рубль в одну из перечисленных проблемных сфер жизни потенциально приходится больше спасенных человеческих жизней, чем, скажем, в онкологии или в тяжелых гинетических заболеваниях. При этом в том, что касается профилактики и решения этих проблем, Россия отстает даже от Восточной Европы, в частности Венгрии и Румынии.

Руководители организаций, которые занимаются такими сферами – «Зонами роста», могут получить скидку на обучение в нашей Школе до 80% либо принять участие в конкурсе на грантовые места и учиться бесплатно. А сами фонды получают нашу ресурсную и, например, широкую медийную поддержку.

Курс на закрытие

Идеальная ситуация, когда фонд полностью решает проблему и закрывается или закрывает конкретное направление деятельности. НКО должны не только заниматься текущими болевыми точками, но и вкладывать деньги в будущее, в научные исследования, в частности медицинские – тот же поиск и разработку вакцин. Однако уровень развитости нашей индустрии благотворительности пока это не позволяет.



14.01.2021


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз




Почему мы не отдаем больше?


S9lmqzuqjkt8yr2xjzqaoq
 

Австралийский философ Питер Сингер признан во всем мире как специалист по вопросам этики и морали. Названия некоторых его сочинений говорят сами за себя: «Демократия и гражданское неповиновение», «Человеческая жизнь больше не священна», «Живет ли Австралия по этическим законам?». Фонд «Нужна помощь» издал на русском языке одну из самых важных книг Сингера «Жизнь, которую вы можете спасти. Как покончить с бедностью во всем мире». В ней философ разбирает психологические, социальные и эволюционные барьеры, которые мешают людям заниматься благотворительностью; объясняет, откуда берется установка «ничем не помочь», почему проще потратить время и деньги на помощь одному конкретному человеку, а не на предупредительные меры, которые спасли бы десятки людей, а также почему чувство справедливости на самом деле мешает заботиться о других. Журнал SPEAR’S Russia публикует одну из глав, объясняющую, как сама человеческая природа влияет на наше отношение к этим вопросам.