Обознались?


Если ваше вино отдает рыбой, возможно, дело не в погребе, а скорее в дорогих винных подделках, утверждает наш новый винный колумнист Джейкоб Кенеди из Bocca di Lupo.

07.07.2014




Джейкоб Кенеди


У моего старинного друга Феликса после множества упорных и (как я надеюсь) приятных попыток появилась чудесная девушка. У них, должно быть, все серьезно, потому что они недавно завели кота. (У Феликса появился кот Феликс?) Котенка я еще не видел, но верю им на слово, что жизнь прекрасна. Настолько прекрасна, что им даже не понадобилось повода для того, чтобы провести вечер в приватном зале Bocca Di Lupo. Один из их друзей (хотел бы я иметь такого друга) решил, что будет здорово привезти ящик Haut-Brion 2000 года. Мы с радостью разлили его по бокалам.

На следующий день мой сомелье Рикардо отвел меня в сторону и сказал вполголоса: «Знаешь, мне это вино показалось немного странным». Он попробовал только из одной бутылки и счел вкус менее впечатляющим и тонким, чем ожидалось. Более того, пробка окрасилась всего на пару миллиметров, хотя вино пробыло в бутылке десять лет. (Я ему на это ответил, что его могли хранить вертикально.)

Однако сомнения остались – подозрения моего сомелье оказались более чем серьезными, и я не знал, что сказать. Со всей прямолинейностью и простотой я решил обратиться с этим вопросом к другу, прекрасно понимая всю трепетность ситуации. Однако все присутствующие сочли вино прекрасным, и в его подлинности никто не сомневался. Я оставил все как есть, не было причины продолжать допрос, да и не смог бы я этого сделать, не поставив под сомнение их вкус и не испортив впечатление о прекрасном событии (надеюсь, Феликс не прочитает это). Однако в моей практике это оказался далеко не первый случай ошибочного опознания.

Мастера контрафакта

В 2000 году в результате расследования в Бургундии, проводившегося в основном в Боне, выяснилось, что многие производители и торговцы вином разбавляют гран-крю более дешевыми сортами и меняют этикетки на те, что выше категорией. В том же году итальянские следователи обнаружили склад с 16 тысячами бутылок поддельного Sassicaia, сделанного предприимчивыми неаполитанцами. Похоже, что в 2000-м был хороший урожай поддельного вина.

Не все винные подделки производятся в промышленных масштабах. Есть один интереснейший случай, который на момент написания статьи ожидал решения суда. Дело Руди Курнявана похоже на сценарий «Поймай меня, если сможешь»: нелегальный иммигрант в США добыл средства (пока не известно, как именно), чтобы делать экстравагантные вложения в первоклассные бургундские и бордоские вина, искусственно повышая их стоимость до небес, затем (как утверждают) наводнить рынок соответствующими подделками. Он попал под подозрение, когда его творения заметили виноделы – Le Pin сами связались с Christie’s, чтобы получить один из курнявановских магнумов
Le Pin, купленных на аукционе в 2007 году. А в 2008 году Лоран Понсо, глава одного из ведущих винных домов Бургундии Domaine Ponsot, лично посетил аукцион Acker’s, чтобы проконтролировать изъятие с торгов Clos St Denis 1945–1971 годов (потому что первый урожай этого вина был в 1982 году), а также Ponsot 1929 года, появившееся на пять лет раньше их первой бутылки. В прошлом году ФБР наконец-то обыскало дом Курнявана, обнаружив тысячи этикеток для Pétrus, Lafite и Romanée-Conti, соответствующих пробок и фольги, а также вина из долины Напа с отмеченными на них названиями бордоских вин, которыми им суждено было стать. (Если хотите больше узнать о Курняване, прочитайте статью Chateau Sucker Бенджамина Уоллеса в New York Times – прекрасный материал о не столь прекрасных винах.)

Магистр виноделия Серена Сатклифф, глава винного департамента Sotheby’s, рассказала мне, что «проблема возникает повсюду на высшем, престижном уровне», но, по ее словам, сотрудники службы по торговым стандартам обнаруживают большое количество грубых подделок в розничных магазинах, так что у бутылки из ларька за 5 фунтов и у той за 5000 фунтов, из которой твой лучший друг собирается налить вино тебе в бокал, могут быть равные шансы.

Методики подделки

Есть несколько разновидностей контрафактных вин. Жидкость в бутылке может и не быть вином в принципе, а может быть другим вином со схожим вкусом и цветом, химически подог­нанным, чтобы замаскироваться под свое имя. Более изощренные, хотя, возможно, более прос­тые методы состоят в переклеивании этикеток от правильного производителя, но с другим урожаем. Уоллес отмечает, что если смешать Pétrus 1981 и 1983 годов, сделав из них две бутылки 1982-го, то можно поднять цену в четыре раза, при этом у вина вкус будет соответствовать возрасту, да и углеродный датировщик окажется обманутым.

Самое главное – подача, есть целый рынок пустых бутылок от вина первоклассных марок и урожаев, ведь бутылки можно снова наполнить, этикетки отпарить и приклеить заново. Курняван, когда наживался на очередной умопомрачительной бутылке, всегда настаивал на том, чтобы ему отсылали назад опустошенную тару, – легко предположить, что он, скорее всего, наполнял ее заново и продавал, в то время как себя тешил настоящими редкостями. Можете представить себе степень соблазна.

Сложнее всего проверить старые урожаи. Не только из-за их запутанного происхождения, но и по причине неточного ведения архивов, особенно в довоенные годы, к тому же не всегда известно, сколько было сделано определенного вина, сколько его сохранилось и как оно должно выглядеть. По оценкам Лорана Понсо (я искренне надеюсь, что он пессимист), 80% проданных на аукционах бургундских вин урожаев до 1980-го – подделки. Сэм Глив, директор по продажам Bordeaux Index, брокер и специалист по оптовым продажам элитных вин, среди основных источников подделок называет США, Швейцарию и Китай, в меньшей степени – Италию, Германию и Францию. Главный рынок для них – США и Китай, где сейчас в основном крутятся большие деньги.

Как отличить подделку?

Вино должно сопровождаться большим солидным caveat emptor через всю этикетку. Не важно, у кого вы покупаете, – пока вы не заподозрите подделку и не начнете расследование, никто ничего не узнает. Так что у вас два варианта защитить себя: знать все о своей покупке или доверять знаниям своего продавца.

Магистр виноделия Дэвид Глив, исполнительный директор Liberty Wines, советует покупать у Farr Vintners, Berry Bros, Bordeaux Index или Wine Society, «скрупулезно относящихся к происхождению своих вин». Чтобы овладеть более труднодоступными бутылками, а заодно испытать азарт ставок, сходите на аукцион, но выбирайте опытный и щепетильный дом: отделения Sotheby’s в Лондоне, Нью-Йорке и Гонконге – одни из самых безопасных мест.

Сэм Глив из Bordeaux Index советует отслеживать происхождение вина и требовать фотографий (чтобы сравнить с помощью всемогущего интернета). Со старых бутылок он рекомендует в первую очередь снимать фольгу и проверять интенсивность и глубину окрашивания пробки (соответствуют ли они возрасту), а у новых вин изучить серийные номера и кодировку на этикетках, которые можно пробить в базах данных. Если вы хоть сколько-нибудь сомневаетесь, сообщите все данные виноделам (если они до сих пор функционируют) и спросите их совета, а если сомнения остались и после этого, то не покупайте. На свете существует много бутылок, и если предложение слишком выгодно, чтобы быть правдой, скорее всего, это неправда.

Обмануть вкусы

Ценность элитного вина (например, «джефферсоновских бутылок» Гарри Роденстока) связана прежде всего с его историей, а не со вкусовыми качествами. Нераскрытая подделка поз­воляет ее владельцу испытать такую же гордость, что и оригинал. Если наш вкус удалось провести, мы насладимся ею так же, как и настоящим вином.

Тем не менее само существование подделок вредит рынку – оно искусственно завышает цены на вина с безупречным происхождением, так что они выходят за пределы моих возможностей, а прекрасные бутылки с неясной историей девальвирует. В последнее время в наших головах поселилось сомнение, и сегодня вкус каждой высококлассной бутылки испорчен угрозой того, что наше впечатление может оказаться обманом, что нас провели и мы вынуждены пить поддельное вино, испытывая ложную радость.

Вернемся к Haut-Brion. Я так и не выяснил ничего о его подлинности и, вероятно, никогда не узнаю правды. Оно как кот Шредингера: сидит в коробке, куда я не могу заглянуть, одновременно и поддельное, и настоящее – квантовое вино. Для моего друга оно было настолько же подлинным и великолепным на вкус, насколько жив его котенок. Не зря мы его открыли, разлили по бокалам и выпили, оно стоило своих денег, и нет более точной меры для качества. 

Невинное вино

Происхождение

Попросите показать все имеющиеся записи. По возможности попробуйте их проверить, и если они кажутся вам подозрительными, оставьте вино
в покое.

Бутылка

Благодаря интернету можно сравнить форму бутылки, так что попросите фотографию.

Этикетка

Похоже на копию? Выглядит слишком новой? В словах есть ошибки?

Уровень вина

Для бутылок старше 25 лет вино вровень с основанием горлышка или выше него, а также в трех или меньше сантиметрах от пробки свидетельствует об исключительных условиях хранения или о чем-то другом.

Продавец

Какая у него репутация? Вы ему доверяете? Если вы доверяете продавцу, но сомневаетесь в вине, обратитесь к производителю.

Вкус

Если вы купили изрядное количество вина, открыли бутылку и выпили – что ж, так тому и быть. Если подозрения остались, верните остальное назад.

Закройте глаза и задумайтесь

Вы купили вино, попробовали, так что оставьте
в стороне мелочные сомнения и наслаждайтесь своим вином. Нет смысла портить его подозрениями.



07.07.2014

Источник: SPEAR'S Russia №6(39)


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз


Музей как самая правильная инвестиция


Img_8880
 

С одной стороны, Музей AZ посвящен одному художнику – Анатолию Звереву, выдающемуся представителю советского нонконформизма. С другой – наведываться в него можно по несколько раз за год, потому что, отталкиваясь от творчества Зверева, тут рассказывают о целой эпохе – о 1960-х и том невероятном творческом прорыве, который тогда случился в СССР. Через выставки и проекты ведется диалог с русским авангардом начала XX века и современным искусством. Так Музей AZ оказывается одной из самых интересных и динамичных культурных институций Москвы. Но он еще примечателен и тем, что является меценатским проектом. Его создатель и директор – Наталия Опалева, известная миру бизнеса в качестве заместителя председателя правления «Ланта-Банка» и члена совета директоров GV Gold. О своей самой правильной инвестиции Наталия рассказывала в интервью SPEARʼS Russia.