На военном положении


О том, как процветать, невзирая не стены и барьеры, Софи Макбэйн учится у палестинского искусства.

21.08.2013




"Я ничего не чувствую" участницы проекта Points of Departure Джуманы Эмиль Аббуд


«В пять лет я почувствовал некую потребность высказаться, – рассказывает Бисан Абу-Эйшех. – Мое детство не было трудным, как у тех, кто вырос в лагерях для беженцев или в Газе, но я жил в непростом месте во время первой интифады. Каждый день я приезжал в школу на скорой, потому что в то время мать работала в госпитале. Я видел столкновения в городе, как люди стреляют друг в друга, как солдаты забирают моего отца из нашего дома, чтобы он убирал улицы. Я был пятилетним мальчиком, и все это сохранилось в памяти».

После поиска себя в поэзии, драматургии, актерстве и даже в изучении IT и работе в валютно-обменной компании Абу-Эйшех стал одним из первых студентов Палестинской международной академии искусств. Академия была основана в 2006 году в Рамалле при финансовой поддержке норвежского правительства.

Для Абу-Эйшеха, окончившего обучение в 2012 году, академия послужила плацдармом в его международной карьере. Вы могли видеть его в Музее Виктории и Альберта в Лондоне несколько месяцев назад, где посетителям предлагалось выдумать себе имя для получения удостоверения личности, чтобы прочувствовать, с чем палестинцы сталкиваются ежедневно на контрольно-пропускных пунктах. Сейчас Абу-Эйшех обучается в колледже Святого Мартина и входит в состав группы из шести художников, участвующих в проекте Points of Departure, которому будет посвящена экспозиция в Институте современного искусства в рамках лондонского фестиваля искусства Среднего Востока Shubbak этим летом.

Экспозиция станет кульминацией восьминедельного пребывания трех палестинских художников в Англии и трех британских – в Палестине, где все они занимаются изучением таких тем, как национализм и личность, история и место.

Международные проекты наподобие Points of Departure становятся все более популярными, и это значит, что палестинская арт-сцена быс­тро развивается и в регионе растет интерес к искусству. В последние годы разрозненная и беспокойная Палестина не раз становилась местом для инновационных арт-проектов.

Спорная поддержка

Пикассо появился в Палестине благодаря умелым маневрам и самостоятельности директора Палестинской международной академии искусств Халеда Хурани. Хурани два года посвятил переговорам, перевозкам и сражениям со скептиками, чтобы вывесить «Бюст женщины», картину Пикассо, оцененную в 4,5 млн фунтов, на стене своей арт-школы в 2011 году. Путешествие работы через континенты и многочисленные пункты проверки само по себе стало произведением искусства.

Теперь в Палестине проводится собственная биеннале, открытая в 2012 году в Каландии, городе, названном так же, как и печально известный пропускной пункт в Израиле, разделяющий западный и восточный Иерусалим. Помимо прочего, палестинцы, разбросанные по Израилю, Газе, Западному берегу реки Иордан, по соседним странам, да и по всему миру, вскоре обзаведутся общим национальным музеем. Работы по созданию Музея Палестины стоимостью 7,2 млн фунтов в Бирцайте на Западном берегу закончатся в 2014 году. Устраивая выставки, культурные события и образовательные программы, музей «внесет свой вклад в объединение палестинцев по всему миру, предоставив доступ к площадке, на которой можно демонстрировать свои идеи, мысли и мнения, показать палестинское вдохновение, надежду и борьбу», объясняет в разговоре со мной директор музея Джек Персекян.

Неудивительно, что многие произведения палес­тинского искусства созданы в ответ на действительность. Характерные элементы палес­тинского пейзажа – пропускные пункты, стены и лагеря беженцев – часто возникают в работах авторов.

Художники из сектора Газа высказываются против ограничений, наложенных ХАМАС на художественную практику, но в космополитичной Рамалле некоторые темы не настолько болезненны, за одним исключением: «Мы не будем сотрудничать с израильтянами даже в рамках профессиональной деятельности, – говорит Абу-Эйшех. – Мы не отсталые люди, мы открыты к дискуссии, но если вы израильтянин, а значит, представитель Государства Израиль, оккупировавшего нашу страну, у нас ничего не получится».

Его беспокоит тот факт, что сотрудничество в области искусства могло бы способствовать улучшению имиджа Израиля. Впрочем, в том, что касается отдельных личностей, Абу-Эйшех приводит в пример массу случаев, когда искусство сводило Израиль и Палестину вместе: так, Абу-Эйшех напоминает о потоках израильтян, нелегально проникших на Западный берег реки Иордан, чтобы посетить выставку Пикассо.

Неоднозначная реакция

Всплеск интереса к палестинскому искусству произошел благодаря вмешательству благотворительных фондов, негосударственных организаций и индивидуальных филантропов палестинской арт-сцены, убежденных в особой роли искусства в палестинской политике. Основная цель таких проектов, как Freedom Bus, – показать искусство как форму терапии или самовыражения для фрустрирующей молодежи, а проекты более высокого уровня, например биеннале в Каландии или Музей Палестины, стремятся изменить международный имидж страны.

Один из самых деятельных покровителей палес­тинского искусства – фонд Каттана. Он создан в 1994 году бизнесменом Абделем Мошином аль-Каттаном родом из Яффы. Фонд спонсирует образовательные проекты Палестины наряду с премиями и фестивалями в области средневосточного искусства, литературы и музыки, в их числе – Каландия и Shubbak.

Омар Каттан, секретарь совета попечителей в фонде Каттана, говорит, что акцент на образование и культурное развитие отражает их убежденность в абсолютной недооцененности этих областей. «Мы почувствовали, что искусство, образование и культура – важнейшие области, потому что они работают сразу в нескольких направлениях: создают основу для социальной независимости, помогают критически, ясно мыслить и открывают возможность представить Палестину и арабский мир более искренне, богаче и разнообразнее, более сложным и интересным образом».

Тем не менее Абу-Эйшех с подозрением относится к негосударственным организациям на палес­тинской арт-сцене. Он признает, что частично обязан своим успехом государственному и негосударственному финансированию. Поэтому когда он заявил, что «негосударственные организации не изменили, а разрушили арт-сцену», я удивилась силе эмоций в его голосе.

«Искусство существовало здесь до негосударственных организаций, и, на мой взгляд, оно было важнее тогда, потому что это был один из способов сопротивления. Если посмотреть на художников семидесятых, то становится видно: они занимались всем этим, потому что чего-то не хватало, и художники решили, что смогут заполнить пробел». Теперь он опасается, что художники просто отвечают требованиям спонсоров: «Сейчас мы пишем предложения в Британский совет, в Институт Франции, но когда Британский совет спонсирует пьесу, она должна быть о Шекспире, а если испанцы предлагают поддержку, то о Лорке. Так мы теряем индивидуальность».

Омар аль-Каттан согласен, что поддержка негосударственных организаций может быть разрушительной, но подчеркивает, что фонд Каттана, будучи финансируемым частными лицами, может избежать подобных ловушек. Также, по его словам, фонд Каттана старается не ставить условий при выдаче грантов, собирает независимое международное жюри и обеспечивает его прозрачную работу во время присуждения премий в области искусства.

Персекян более спокойно относится к влиянию негосударственных организаций на палестинское искусство, аргументируя свою позицию тем, что нет разницы между художником, работающим в рамках определенного проекта или в рамках требований рынка.
В процессе изучения палестинского культурного ренессанса одно сразу становится очевидным и бесспорным: в этой части планеты все связано с политикой. Отличаются только утонченность послания и легкость интерпретации. Более сложные проекты часто поддерживаются непростыми спонсорами, и они отходят от поделенной на черное и белое картины палестинской борьбы, что позволяет и самим проектам становиться все более интересными.

К примеру, при выборе участников для Points of Departure, Аарон Сезар, директор фонда Delfina, организующего проживание художников в Британии и финансирующего проект, заявил, что главная цель – найти художников, свободно воспринимающих палестинский вопрос: «Можно быс­тро понять, кто их них активист, а кто способен воспринять Палестину более спокойно».
Пока кровавый конфликт в Сирии накаляет обстановку среди радикальных религиозных движений на Ближнем Востоке, лондонский фес­тиваль Shubbak покажет менее истеричную, более тонкую и разнообразную картину происходящего в регионе. 

Материалы по теме



21.08.2013

Источник: SPEAR'S Russia

Комментарии (3)

Monica 19.01.2014 01:06

It's great to find an expert who can exlpian things so well

Anwer 16.01.2014 17:30

Appearntly this is what the esteemed Willis was talkin' 'bout.

Sara 06.11.2013 01:30

I hate my life but at least this makes it belarbae.


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз



Зритель как главный инвестор

11.06.2021 Арт

Img_5992
 

Отмечая 100-летие, Российский академический молодежный театр (РАМТ) намерен выпустить в этом году аж 11 премьер. Не стоять на месте – вообще его кредо: иногда здесь играется по 6–8 спектаклей в день, а худрук Алексей Бородин, возглавляющий РАМТ уже 40 лет, не боится молодой смены, сам пригласил на должность главного режиссера 37-летнего Егора Перегудова, любителя экспериментальных форм. Позитивная энергетика театра – основа и его Клуба друзей, созданного в 2017 году по западной модели: он объединяет в первую очередь обычных зрителей, а не статусных партнеров. Создание Клуба и позволило РАМТу первым из российских театров внедрить в 2017 году новую модель финансовой поддержки своей деятельности – эндаумент-фонд, или фонд целевого капитала. О том, как зарабатывает театр, живущий без спонсора, должно ли государство содержать культуру и каковы зрительские предпочтения миллениалов, в интервью SPEAR’S Russia рассказала директор РАМТ Софья Апфельбаум.


Из Большого с размахом

21.05.2021 Арт

_mg_3071
 

25 и 26 мая на Новой сцене Большого театра продюсерская компания MuzArts представит вечер современной хореографии Postscript: пять знаковых хореографов, четыре балета и в трех из них – одна прима-балерина Ольга Смирнова, которой везде придется быть абсолютно разной. О том, насколько это сложная задача, основатель MuzArts Юрий Баранов знает не понаслышке, так как сам танцевал на сцене Большого 20 лет. А сегодня пытается конкурировать на продюсерском поприще с западными компаниями, приумножать славу русского балета в новом контексте – через современную хореографию и неожиданные коллаборации, почти как Сергей Дягилев в начале XX века. О том, почему Большой театр поддерживает MuzArts без всякой ревности, как найти спонсоров под балетные проекты и чем уникальна программа Postscript, Юрий Баранов рассказал в интервью SPEARʼS Russia.