Монархический отдых


Забудьте о пяти звездах: только французские отели, получившие право именоваться дворцами, достойны вашего внимания. Вильям Кэш спит как король и обедает как принц в Grand-Hôtel du Cap-Ferrat, единственном отеле-дворце Лазурного побережья.

26.08.2013





Классификация французских вин гран-крю и без того довольно противоречивая тема, а тут французское министерство туризма в 2011 году создало еще и новую категорию в классификации отелей, которая сместила пять звезд с пьедестала показателя всего самого роскошного и изысканного. Восемь отелей во Франции удосто­ились звания Palace – «дворец».
Grand-Hôtel на мысе Ферра – единственный отель на Лазурном побережье, получивший это звание. Также обладателями почетного титула стали четыре парижских «дворца» – Le Bristol, Le Meurice, The Park Hyatt Paris Vendôme и The Plaza Athénée. Среди остальных членов этого привилегированного клуба – Hotel du Palais в Биаррице, а также Les Airelles и Le Cheval Blanc в Куршевеле.
Французский снобизм знаменит своей придирчивостью, и стандарты, позволяющие получить звание «дворца», очень строги. Прежде всего отель должен соответствовать 246 критериям, по которым его проверяют эксперты, останавливающиеся на ночь в качестве анонимных гостей. Жюри, состоящее из видных и влиятельных (ну и предположительно не очень занятых) фигур в мире искусства, культуры, бизнеса и медиа, встретилось с французским министром туризма, чтобы «тщательно оценить и выбрать отели, занимающие особое положение благодаря великолепному обслуживанию, помещениям, историческому значению и исключительным характеристикам, присущим званию “дворца”».

Отель столетней выдержки

В прошлом сентябре, когда лето уже сошло на нет, я посетил жемчужину отелей Лазурного Берега. Действительно ли он единственный заслуживает такого статуса?
Grand-Hôtel du Cap-Ferrat расположился на семи гектарах прибрежных садов, разбитых на скале с видом на Монако. Тут жили писатели, в их числе Сомерсет Моэм, здесь Пикассо учил своих детей плавать, и со дня своего открытия отель стал иконой Лазурного побережья.
Сегодня в отеле 73 номера, восемь из них – с отдельными бассейнами и видом на море, частная вилла (Villa Rose Pierre), три ресторана, в их числе – обладатель мишленовской звезды Restaurant Le Cap и спа, куда нельзя не заглянуть.

Недавно интерьеры отеля были переоформлены дизайнером Пьер-Ивом Рошоном, подобравшим изысканные шторы в лимонах в нашем номере с балконом и задумавшим декоративное преображение отеля как часть празднования столетнего юбилея.

Праздник дополнила новая коллекция столовых приборов Art Deco от Robbe & Berking для обеденного зала и фарфор Neptune с морскими богами, специально заказанный у Haviland. Морскую тему в ресторане продолжила настенная фреска в стиле Жана Кокто.

Другие классические элементы отеля остались нетронутыми, например старые лифты с медными дверьми и прекрасное лобби с хрустальным столом от Lalique и барочной люстрой от Tisserant из хрустальных голубок в серебряном абажуре, отражающем свет из спроектированной Гюставом Эйфелем ротонды.
В отеле есть клуб Dauphin, в котором расположен один из самых культовых бассейнов и где работает постоянный инструктор Пьер Грюнберг, в этом году отмечающий в отеле свое 60-летие.

Бассейн – скорее театр на свежем воздухе, нежели место, где приятно окунуться в воду. Мы с моей девушкой посмеивались в бокалы розового Bandol, когда финансовый магнат с Мэйфэйра поднялся с шезлонга на краю пустынного бассейна, отложил в сторону свой BlackBerry, от которого не отрывался до сего момента, натянул олимпийскую шапочку для плавания и очки Speedo, после чего начал наматывать марафонскую дистанцию. Кого он хотел впечатлить? Когда он выполз, мы заказали уже вторую утреннюю бутылку розового вина. На часах было только 11:45.

Завтрак с птичками

Трапеза под открытым небом тоже достигла здесь новых форм искусства. Непревзойденно утонченная кухня обладателя звезды Michelin Дидье Аньес (также у него есть звание лучшего мастера Франции) обеспечила один из самых запоминающихся ужинов в моей жизни. Даже местные певчие птички с пятнистой грудкой такого же цвета, как у попугаев из мейсенского фарфора, ныряли вниз с ветвей алеппских сосен, чтобы поклевать наши рогалики, что было предельно очаровательно.
Когда бы я ни останавливался в серьезном гастрономическом отеле, всегда прошу отнести меню ко мне в номер, чтобы я мог его прочитать («изу­чить» – более подходящее слово), лежа в кровати после ванны. Моя девушка (не такая фанатка еды, как я, но в Grand она немного изменилась) поначалу находила мою привычку странной, когда я, лежа на постели завернутый в полотенце, задавал вопросы вроде «Как насчет Loup de Mer aux Herbes Fraîches или Turbot Epais Cuit à l’Arête? Это что касается рыбных блюд. Или ты хотела бы начать с Langouste Rose Tiède?»

Мое французское произношение не очень хорошо, поэтому не могу винить ее в незнании того, что именно мы заказали, но в конце восхитительной трапезы из пяти блюд она повернулась ко мне и сказала: «Возможно, это был лучший ужин в моей жизни». 

Материалы по теме



26.08.2013


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз