Между двух поколений


Сергей Потапейко делится своими наблюдениями о том, что думают о наследовании создатели крупных российских состояний, и рассуждает о роли банка в этом процессе.

11.11.2021





Отцы

В силу объективных исторических предпосылок точкой отсчета формирования крупного частного капитала в нашей стране условно принято считать 90-е годы прошлого века. Путем несложных вычислений получаем, что первичный частный капитал в России как раз сейчас проходит некий Рубикон зрелости, а следовательно, его основатели, опять же усредненно, входят (либо уже вошли) в уважаемый, умудренный опытом возраст 60+.
На примере Газпромбанк Private Banking могу сказать, что у нас в сегменте примерно 30% клиентов в возрастной категории 60+ (причем на них приходится около 40% всех AUM). Еще 25% – это клиенты в возрасте от 50 до 60 лет (которые держат еще 25% всех AUM). Иными словами, на две эти категории приходится порядка 65% всех активов. С одной стороны, очевидна «зрелость» капитала в России. И вроде бы действительно уже вопрос передачи капитала преемникам должен быть актуальным.

Но тут на авансцену выходит такой аспект, как российский менталитет. Ведь мы говорим о передаче капитала первого поколения. А это люди, которые нажили очень многогранный жизненный опыт, успешно переломали не один кризис и привыкли рассчитывать в первую очередь именно на себя. Для них роль личности, то есть непосредственно их роль была и будет определяющей во всем, в том числе в сохранении и приумножении капитала.
Это не единственное, что можно рассказать об отцах-основателях первого поколения капитала. Из моего личного общения с ними могу сказать, что это интереснейшие люди с самым широким кругозором (хотя нередко и не с самым простым характером), имеющие доступ к информации, передовым медицинским технологиям, по-хорошему очень внимательно следящие за собой и своей формой, живущие, как правило, самой активной социальной жизнью (бизнес, культура, искусство, коллекционирование, меценатство, спорт и т. д. и т. п.), наполненные буквально физически ощущаемой пульсирующей через край жизненной энергией (и в 60, и даже в 80 лет).

Иными словами, эти люди намерены жить долго и счастливо и совсем не планируют сдавать свои позиции и бизнес-полномочия.
Безусловно, все сказанное отнюдь не отменяет простых и незыблемых фундаментальных истин: все в нашей жизни скоротечно и время – ценнейший ресурс.

Дети

Вполне естественно, что каждый человек, неважно, представитель топ-100 Forbes или простой рядовой гражданин, стремится дать своим детям лучшее начиная со школьной скамьи. Конечно, каждый хочет видеть своих детей счастливыми и успешными.
Но, как мы все знаем, «сани надо готовить с лета». Если на любого, самого талантливого молодого человека внезапно навалить бремя управления бизнесом (где ничего легкого априори не бывает), со всем многообразием специфичных особенностей, регулированием, конкурентами и многим другим, очевидно, что успех и дальнейшее развитие бизнеса в такой ситуации если и случится, то «не благодаря, но вопреки».

Совсем другое дело, когда будущего наследника готовят, вводят в бизнес загодя, ведут по иерархической лестнице, давая почувствовать суть бизнеса и, главное, понять, насколько это вообще «про него». На примерах некоторых известных семей в нашей стране мы знаем, какие положительные плоды дает такой консистентный подход. Но так бывает далеко не всегда.

Как показало исследование «Портрет владельцев капитала в России – 2021», проведенное Цент­ром управления благосостоянием Московской школы управления Сколково, большинство патриархов часто не допускают к бизнесу своих детей, чрезмерно контролируют менеджмент. Они не осознают разницу взглядов с детьми, не думают, что семья может быть не готовой к принятию бизнеса после их смерти. Согласно исследованию, передать контроль семье в будущем планируют только 10% владельцев первого поколения и 14% – второго поколения, а нанять менеджеров со стороны хотели бы 47 и 52% соответственно. Это еще раз показывает молодость и специфику института преемственности в России.

Как ни банально прозвучит, но наличие какой-либо стратегии априори гораздо лучше ее отсутствия. По сути, в первом приближении определение стратегии наследования – это емкий процесс, начинающийся с набора концептуальных и прикладных технических вопросов, взвешенно ответив на которые можно приступать к выбору правильной юридической оболочки и инструментария.

Банк

Один простой факт: история private banking как института в той же Швейцарии насчитывает более 200 лет. В России – немногим более 20. И если все основные банковские/инвестиционные/страховые/lifestyle/цифровые функции у ведущих российских private банков, на мой взгляд, развились уже даже лучше западных аналогов, то опыта передачи капитала во втором-четвертом поколении у нас пока просто нет.
Крупнейший частный капитал, как правило, закрывает эти вопросы при помощи западных провайдеров (посредством трастов и подобных структур). Но и некоторые подразделения private banking крупнейших российских банков начали осваивать это направление, причем стремительно.

Однако в целом в области наследования капитала/бизнеса в нашем сегменте еще только зарождается масштабный эволюционный переход от отлаженного этапа качественного транслирования потребности клиента тщательно отобранным внешним контрагентам к попыткам самостоятельно закрывать данный вопрос in-house. Какая именно модель передачи состояния станет оптимальной для российских клиентов private banking – вопрос пока открытый. Ведь тематика выходит далеко за рамки технической передачи доступа наследников к счетам. Тут и учет интересов широкого круга лиц, и правила/ограничения управления/распределения капитала и многое другое. И здесь мы будем искать оптимальные пути решения вопросов наследования и строить эффективные модели передачи капиталов в синергии с клиентами и членами их семей, отталкиваясь от их потребностей и учитывая все нюансы.

Как это ни парадоксально, похоже, именно качественное предложение должно родить тут здоровый спрос. А коль скоро данный вопрос однозначно находится на стыке практического международного опыта и глубинной юридической экспертизы, я не исключаю, что появится некая гибридная модель, когда подобные запросы будут комплексно закрываться банками во взаимодействии с отдельными провайдерами тех или иных узкоспециализированных услуг (в частности, юридических).

Одно могу сказать наверняка: российские банки, четко понимая, что private banking в контексте обсуждаемого вопроса – это история про развитие не просто «долгосрочных отношений с клиентом», но и достаточно жесткая конкурентная борьба за, если угодно, всю «персональную экосистему» клиента (семья, бизнес, партнеры/друзья, наследники и т. д.), уже не первый год активно развивают весь спектр возможных сопутствующих нефинансовых сервисов, нацеленных как раз на формирование максимального количества «нейронных связей» «экосистемы клиента» с банком.

И тут не без гордости могу заметить, что Газпромбанк Private Banking явно преуспевает. Уже не первый год мы получаем награды за лучшие программы для членов семей и наследников капитала на рынке private banking в России.

Сергей Потапейко, исполнительный вице-президент, начальник Департамента частно-банковского бизнеса Газпромбанка.



11.11.2021

Источник: SPEAR'S Russia


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз





Вселенная с приставкой «мета»


Img_5365
 

Метавселенная – слово и феномен, возникший в поле зрения, в жизни современного человека не так давно. Как все грандиозное, это продукт столкновения нескольких сущностей. С одной стороны, невероятного технологического прогресса последних лет, в базе которого блокчейн и интернет нового поколения Web 3.0. С другой – всего человеческого в каждом из нас: стремления вести социальную жизнь и общаться, желания развлекаться, получать удовольствие в игре. Ведь у взрослых, как у детей, те же игрушки, только дороже, а с некоторых пор еще и гораздо более технологичные. Постепенное «переселение» современного человека из реального мира в виртуальный не новость, но с появлением полноценных метавселенных может перестать быть просто фигурой речи. Пока это больше красивый, но довольно абстрактный концепт, который еще только предстоит наполнить реальным технологическим содержанием. Однако за дело уже берутся мировые техногиганты, «внезапно» разглядевшие в метавселенных новый мегатренд и мегавозможность «длиною в жизнь» для своего бизнеса. Работы хватит всем. Свою часть из нее предстоит сделать Inanomo – компании, которая развивает одноименную интегрированную криптовалютную технологическую платформу, предназначенную для хранения, обмена и инвестиций в фиатных деньгах и криптовалютах. Осенью прошлого года на страницах WEALTH Navigator в рамках совместного редакционного проекта мы рассказали о запуске на площадке Inanomo крипто-игрового направления. Его логическим развитием на платформе станет новый продукт – технологическая платформа для разработчиков метавселенных. По сути – метавселенная для метавселенных. О том, как это устроено и почему запуск нового продукта даст новый толчок развитию всей инфраструктуры Inanomo, рассказывает ее основатель и генеральный директор Кирилл Садилов.