Краудфандинг: pro et contra


16.11.2016




H75a0029
Дмитрий Шицле

Управляющий директор компании VIYM.

Новые технологии меняют наш образ жизни, манеру поведения и способы коммуникаций и на бытовом уровне, и в бизнесе. Они трансформируют основные принципы взаимодействия между контрагентами, и финансовые институты находятся на передовой этого процесса.

Развитие интернета, расширение каналов связи, эволюция технологий автоматизации, начало промышленного применения искусственного интеллекта позволили удешевить и ускорить многие привычные действия. Например, выбрав из большего количества вариантов, заказать пиццу или такси, забронировать номер в отеле или столик в ресторане, купить билеты в кино или на самолет. Дальнейшие перемены куда грандиознее.

Реальная угроза

Лет 10 назад банки во всем мире переживали золотые времена – гигантские прибыли, отсутствие значительных штрафов за манипуляции на рынке и никаких ограничений на бонусы. Проверка баланса счета по SMS казалась тогда чем-то новым и необычным, мобильный телефон был просто трубкой, а студенту (даже факультета информационных технологий) и в голову не могло прийти подумать над тем, как начать выдавать кредиты, используя тот же телефон.

Сегодня за окном другой мир. Если раньше эксклюзивные права на выдачу кредитов принадлежали банкам, то сейчас все более заметную роль начинают играть разнообразные финансовые стартапы. На радостях они готовы откусить кусок банковского пирога (по мнению экспертов из McKinsey, от 20 до 60% прибыли, получаемой крупнейшими банками от розничного бизнеса, может быть перераспределено в пользу финтех-стартапов).

Один из примеров нового положения дел – индустрия краудфандинга, или, говоря простым языком, народного финансирования. Суть этого явления заключается в коллективном сотрудничестве людей, которые добровольно и без финансовых посредников (за исключением краудфандинговой платформы, на которой представлен проект) объединяют свои ресурсы, чтобы финансово поддержать усилия других людей или организаций.

По своей структуре современный краудфандинг делится на несколько типов в зависимости от того, на каких условиях люди финансируют проекты. Первый, назовем его условно «нефинансовым», – это благотворительность (на безвозмездной основе) и помощь новому бизнесу или благотворительной организации за вознаграждение (инвестор получает конечный продукт, только если он будет произведен). Второй – «финансовый» – это краудкредитование (кредитование от сотен или тысяч людей в виде микрокредитов под процент, зачастую назначаемый ими самими). И третий – краудинвестинг (деньги в обмен на долю в компании). Последний тип, на долю которого приходится более 70% рынка, в каком-то смысле системо­образующий, именно он представляет реальную угрозу для традиционных финансовых институтов.

Золотая простота

Какими же негативными последствиями чревато для банков активное развитие краудфандинга? Авторы исследования Global Crowdfunding Market 2016–2020 подсчитали, что в прошлом году общий объем финансирования краудфандинговых площадок достиг 34 млрд долларов (в 2016-м, по прогнозам, он превысит 50 млрд долларов). Из них более 25 млрд пришлось на краудкредитование и более 2,5 млрд на краудинвестинг. Интересно, что в прошлом году рынок краудфандинга превысил по объему рынок «ангельских» инвестиций (25 млрд долларов), существующий с 1970-х годов, и по объемам активно приближается к рынку венчурных инвестиций (70 млрд долларов).

Кредитный и инвестиционный крауд­фандинг, как считают эксперты, способен подорвать основные принципы банковской индустрии. В перспективе он может вытеснить банковский капитал с позиций основного ресурса для финансирования частных нужд и займов малому бизнесу.

Основная причина всего этого кроется в простоте работы краудфандинговых платформ и отсутствии сложного бюрократического процесса, который характерен для банковской системы. Заемщик напрямую общается с кредитором, согласовывая свои деловые потребности через «одно окно», что значительно ускоряет процесс получения финансирования. Кроме того, законодательно, хотя и частично, регулируется лишь краудинвестинг, но не вся индустрия целиком, и это тоже помогает принимать решения быстрее и проще.

Современные банки хорошо представляют, какое место они занимают в финансовом мире, и четко понимают последствия любой ошибки. Поэтому банки зачастую сознательно придерживаются консервативной стратегии, избегая заведомо ненадежных заемщиков или компенсируя риск высокими процентными ставками.

Успех же краудфандинговых платформ отчасти объясняется тем, что они совсем по-другому подходят к управлению рисками, а значит, не так придирчивы в отборе проектов. В отличие от банковского сектора в краудфандинге риски концентрируются не в одной конкретной финансовой организации, а распыляются на большое количество людей, которые в силу незначительности сумм относятся к убыткам терпимее. Несмотря на столь либеральный подход, уровень просрочки по кредитам, выданным на сегодня всеми краудфандинговыми платформами, не превышает 4%.

Но все же именно управление рисками, на мой взгляд, – самая слабая сторона краудфандинга. В финансовой сфере наряду с честными, добросовестными игроками всегда присутствовали мошенники и авантюристы. Порой они играли в эволюции денежной системы заметную роль. История знает массу случаев, в том числе парадоксальных. Например, Джон Ло в начале XVIII века, став министром финансов Франции, перевел страну с монеты на банкноту (прообраз современной кредитно-денежной системы), но он же создал и один из первых финансовых пузырей – Миссисипскую компанию, чей коллапс отбросил страну на десятилетия назад.

Поскольку в краудфандинге организаторы напрямую взаимодействуют с множеством людей, чаще всего не обладающих достаточными экономическими знаниями и принимающими, по сути, эмоциональные решения на основе очень скудной информации, возможности для манипуляции и обмана в нем в разы выше. Может быть, поэтому в России краудфандинг как инструмент привлечения финансирования до сих пор воспринимается с большим сомнением.

Опыт 1990-х с финансовыми пирамидами и всеми возможными схемами финансового мошенничества сделал людей подозрительными. И по масштабу вся индустрия недотягивает даже до результатов отдельно взятой, пусть и крупнейшей в мире краудфандинговой платформы Kickstarter (с момента запуска в 2009 году более 114 тыс. проектов получили финансирование на сумму более 2,7 млрд долларов), не говоря уже о сравнении с европейскими странами, Китаем или тем более с США.

Но как бы ни была высока вероятность обмана и разочарования в каких-то отдельных платформах, перед нами системное явление. Именно в этом направлении будет развиваться финансовая система. Поменяться придется каждому: банки уменьшат количество отделений, усилят онлайн-взаимодействие и поднимут уровень автоматизации. Сам по себе краудфандинг имеет все возможности для того, чтобы в будущем заменить собой некоторые традиционные элементы инфраструктуры. При этом во главе этих перемен, скорее всего, встанут венчурный капитал и бизнес-ангелы.

Но перед игроками от краудфандинга стоят классические инвестиционные задачи: оценка и управление рисками, due diligence, управление ростом стоимости инвестиции, выход из инвестиции, обеспечение необходимой прозрачности всех процессов и долгосрочной удовлетворенности всех инвесторов. Ну и самое главное – начать зарабатывать прибыль, а с ней и репутацию. Увеличивать доверие к себе. Как бы часто мы ни сталкивались с обманом, основа социального взаимодействия в целом и бизнеса в частности – это доверие



16.11.2016

Источник: SPEAR'S Russia #11(63)

Комментарии (1)

Алексей 16.11.2016 16:56

Доводов За больше чем Против, поэтому краудфандинг победит. Но банки не обязательно проиграют. Альфа уже тестирует Поток.


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз



Высоко-художественный токен


B4dc6d4a-3edb-40b7-989b-5e6d19839a49
 

Токенизация искусства легитимирована сегодня в России на уровне не юридическом, а музейном. Процесс возглавил Эрмитаж: в сентябре один из главных музеев страны продал NFT-токены полотен из своей коллекции на 32 млн рублей. Аукцион, для которого в России нет никакой законодательной базы, проходил на маркетплейсе криптобиржи Binance. За несколько месяцев до того Инна Баженова, коллекционер, меценат и одна из самых влиятельных персон в российской арт-индустрии, объявила о запуске платформы The Art Exchange. Ее партнером по проекту стал профессиональный трейдер и управляющий инвестиционными фондами Андрей Беляков. Цель The Art Exchange – увеличить ликвидность произведений искусства как раз посредством их токенизации, применить к рынку искусства финансовые технологии и блокчейн. О платформе SPEAR`S Russia рассказала управляющая проектом Анна Левен.