«Инвестиции страсти» как новая альтернатива


Финансовые управляющие редко рассматривают классы активов Passion Investment в качестве базовых для размещения доверенных им средств, поскольку их рынок малопрозрачен, сложен для понимания и в высшей степени неликвиден. Тем не менее сегодня наблюдается очевидный рост интереса к подобным инвестфондам, способные предложить весьма плодотворные инвестиционные стратегии, особенно в нынешних экономических условиях.

17.11.2008




По мере того, как в последние годы во всем мире состоятельные люди проявляли все возрастающий интерес к инвестициям в альтернативные активы, такие как изобразительное искусство, коллекционное вино, редкие книги, почтовые марки, музыкальные инструменты, мемориальные вещи, связанные с именами знаменитостей – так называемым Passion Investment («инвестициям страсти»), увеличивалось и число инвестиционных фондов, специализирующихся на этих уникальных активах.

В Fine Art Wealth Management мы впервые приступили к изучению и анализу этих специализированных инвестиционных фондов в 2003 году, чтобы заполнить недостаток информации о них и об их деятельности в интересах управляющих активами и их частных клиентов. Сегодня мы видим, как число фондов, специализирующихся на Passion Investment, постоянно растет. Как свидетельствуют данные исследования Merrill Lynch/CapGemini World Wealth Report 2008, в 2007 году во всем мире владельцы богатые и ультрабогатые индивидуальные инвесторы вкладывают значительную часть своих состояний в этом сегменте инвестиционного рынка. В 2007 году самыми популярными категориями активов здесь стали коллекционные вещи класса «люкс» (к ним относят дорогостоящие автомобили, яхты, частные самолеты) и изобразительное искусство – на их долю пришлось соответственно 16,2% и 15,9% совокупного объема рынка Passion Investment, а третье место заняли инвестиции в ювелирные украшения – 13,5%. Существенное влияние на глобальный рынок предметов роскоши оказали обеспеченные инвесторы из стран с развивающейся экономикой, даже второй половине 2007 года, когда в США уже начал набирать обороты финансовый кризис.

Почему «инвестиции страсти»

Существует множество прецедентов, когда предметы изобразительного искусства, коллекционные вещи и другие классы активов Passion Investment становились своеобразным прибежищем инвесторов во времена экономической неопределенности. Чем хуже новости, тем лучше для новых коллекционеров и продавцов – и так было на протяжении очень долгого времени. В такие периоды не только начинается бегство капиталов с фондовых площадок, но сама экономическая неопределенность подталкивает инвесторов к вложениям в искусство и другие предметы, относящиеся к данному сегменту инвестиционного рынка, которые в иных условиях, возможно, никогда бы не поменяли владельца.

Сегодня, как и прежде в моменты крушения фондовых рынков, определенные сектора Passion Investment могут превратиться для инвестора в тихую гавань. Действительно, многие коллекционные вещи росли в цене в годы Великой депрессии. Монеты и другие предметы коллекционирования подорожали очень серьезно и во время нефтяного кризиса 1979 года. После обвала фондовых рынков в октябре 1987 года индексу Dow Jones Industrial потребовалось 15 месяцев, чтобы выйти на докризисный уровень, в то время как инвесторы распродавали акции, вкладывая полученные таким образом средства в предметы искусства. В 2000 году, когда совокупные потери инвесторов на рынке акций составили порядка 3 триллионов долларов, артрынок не потерял ни йоты. Индекс Mei/Moses Fine Art Index, отражающий усредненное значение аукционных цен на искусство, в 2000-м прибавил 16%.

Хотя, безусловно, правда то, что цены на аукционах Christie’s и Sotheby’s в Европе, США, Азии и Ближнем Востоке в последнее время оказались ниже, чем ожидалось, из-за влияния мирового финансового кризиса, снижение коснулось главным образом искусства послевоенного периода. Надо учитывать, что именно этот сектор арт-рынка больше других выиграл благодаря увеличению количества состоятельных людей по всему миру в последние годы. Если источник этих новых капиталов иссякнет, то, скорее всего, мы увидим серьезную коррекцию в сегменте постмодернистского и современного искусства. В то же время, очень вероятно, что мы по-прежнему будем наблюдать рекордные цены на работы мастеров первого ряда на волне повышенного спроса на качество.

Тем временем эксперты винного рынка уверяют, что в течение первого года с момента начала кризиса цены на высококачественные коллекционные вина не пострадали. В действительности эти инвестиции даже принесли прибыль, о чем свидетельствует рост на 9,1% за этот год индекса London International Vintners Exchange (Liv-ex), при расчете которого учитывается стоимость ста вин экстра-класса.

Котируемая на Лондонской фондовой бирже компания Stanley Gibbons, специализирующаяся на торговле и инвестициях в коллекционные почтовые марки, которая ведет свою историю с 1856 года, увеличила прибыль до уплаты налогов на 11%, до 1,2 млн фунтов-стерлингов по итогам первого полугодия 2008 года по сравнению с аналогичным периодом годом ранее. При этом ее продажи выросли на 12%, до 9,8 млн фунтов-стерлингов. В Stanley Gibbons настолько уверены в отличном потенциале роста стоимости редких марок, что предлагает своим клиентам инвестировать определенную часть средств в этот сегмент рынка на условиях полной гарантии возврата капитала.

Игра на корреляции

Как и все финансовые рынки, рынки изобразительного искусства и остальных предметов коллекционирования реагируют на множество факторов, включая текущее соотношение спроса и предложения, мировые события, состояние дел в глобальной и региональной экономиках, а также персональные действия и интересы состоятельных инвесторов. При этом низкая ликвидность и эффективность рынков изобразительного искусства и предметов коллекционирования вместо того, чтобы служить помехой их развитию и росту, исторически создавала прямо противоположный эффект. Чем короче срок действия негативных мировых событий, тем менее заметно их влияние на арт- и коллекционный рынок по сравнению с рынками большинства других инвестиционных активов.

На протяжении этих коротких интервалов на рынках искусства и коллекционных вещей возрастает волатильность, которая никак не связана с ситуацией в других рыночных сегментах. Подобное отсутствие ценовой корреляции также может быть использовано в качестве весьма эффективного инструмента управления рисками для получения весьма важных преимуществ, которые дает диверсификация инвестиционного портфеля. Если говорить о более долгосрочном повышательном тренде на рынке предметов искусства и коллекционирования, то он прерывается гораздо реже, чем в случае других классов активов.

Результат – превышение среднерыночного уровня доходности на определенных временных интервалах, что ведет к повышению общего размера инвестиционного дохода при одновременном снижении общего уровня волатильности совокупного инвестиционного портфеля.

Предполагается, что рынки альтернативных инвестиций должны иметь очень слабую корреляцию с традиционными инвестиционными продуктами. Тем не менее, постоянно растет число тех, кто считает, что такая установка, возможно, больше уже не соответствует действительности из-за стремительного изменения инвестиционной среды, поэтому через какое-то время ее придется пересмотреть. Доказательством этому может служить то обстоятельство, что в последние месяцы доходы хедж-фондов на инвестициях на этих некоррелируемых рынках оказались заметно ниже ожиданий.

Влияние экономического спада

Согласно исследованию Merrill Lynch/CapGemini, глобальный рынок искусства и индустрия роскоши, как правило, начинают ощущать на себе влияние экономических спадов позже других рыночных сегментов. Таким образом, нет ничего удивительного в том, что последствия волнений в глобальных финансов докатились до нас только сейчас. Тем не менее, исторически инвестиции в изобразительное искусство и другие дорогостоящие предметы коллекционирования демонстрировали более высокую устойчивость к негативному влиянию экономических спадов, поскольку их суперобеспеченные покупатели, как правило, несут относительно меньшие потери в подобных рыночных обстоятельствах. Рынки «доступных по цене (и вожделенных) предметов роскоши», которые проще получить владельцам крупных капиталов, равно как и людям с более скромными финансовыми возможностями, могут пострадать больше других, если финансовый кризис окажется затяжным. Но, несмотря на наличие подобных опасений, аналитики склонны считать, что новые капиталы и растущий потребительский спрос в странах азиатско-тихоокеанского региона и Ближнего Востока будут и впредь уравновешивать здесь негативное влияние глобального экономического спада.

Инвесторы со страстью

Одним из ключевых показателей уровня квалификации частных клиентов в части финансового менеджмента является то, какое внимание они уделяют поиску высокодоходных инструментов или активов на рынке альтернативных инвестиций. Значительную долю своих доходов обеспеченные индивидуальные инвесторы получили благодаря стратегической диверсификации своих портфелей по широкому спектру классов активов. Все говорит за то, что они и впредь намерены формировать сбалансированные портфели на основе информированного и рационального подхода к своим инвестициям, вне зависимости от господствующих сегодня рыночных условий.

Несмотря на все пертурбации последнего времени, мы ожидаем сохранения этой тенденции, хотя спрос на пониженную волатильность по мере того, как частные клиенты становятся все менее терпимыми к риску, и окажет на нее определенное сдерживающее влияние. Статистический арбитраж и тяжелые количественные инвестиционные стратегии вряд ли смогут этому соответствовать, а прозрачность станет важнейшим фактором при создании инвестиционного продукта. Все комплексное и непрозрачное будет отторгаться, и по мере того, как клиенты начнут избегать слишком сложно устроенных продуктов (например, не будут покупать продукты, принцип действия которых не понимают) станет возрастать интерес к «реальным активам», таким как предметы изобразительного искусства и другие коллекционные вещи.

Не менее важное обстоятельство для будущего роста фондов альтернативных инвестиций заключается в том, что, как мы ожидаем, институциональные инвесторы продолжат перекладываться из традиционных активов в альтернативные, несмотря на нынешние треволнения на рынках, многочисленные диспропорции и нерешенную проблему «токсичных» финансовых инструментов. Точно также мы станем свидетелями того, что инвесторы будут гораздо больше внимания уделять диверсификации своих портфелей альтернативных активов за счет использования разнообразных традиционных и новых инвестиционных стратегий.

Исследования

Учитывая растущий интерес к альтернативным инвестициям и увеличение количества состоятельных инвесторов, которые направляют все большую часть своего дохода в этот сегмент рынка, интересно проанализировать, существует ли здесь оптимальная инвестиционная стратегия.

Не так давно появилось несколько любопытных исследований, авторы которых анализируют, какое влияние альтернативные инвестиции оказывают соотношение риска к доходности на инвестицию на восприятие частных и институциональных инвесторов. В исследовании под названием «Emotional Assets» («Эмоциональные активы») за авторством профессора Маастрихтского университета Эр. Эй. Джей Кэмбелла и двух сотрудников Университета Тилбурга Си. Джи. Кёдийка и Эф. Эй. де Руна, представлены результаты исследований рынков нескольких видов альтернативных активов, таких как живопись, винные этикетки, часы, атласы и книги, на которые приходится в общей сложности более половины всех вложений обеспеченных индивидуальных инвесторов в предметы роскоши.

Воспользовавшись широким набором индексов, они проанализировали динамику цен на некоторые альтернативные активов за последние 20-30 лет. На этом интервале времени инвестиции во все исследуемые ими активы показали положительную доходность, притом, что доходность от вложений в искусство, вино, книги и скрипки в среднем составила 9% годовых в течение 20 лет.

При этом коэффициент корреляции цен между некоторыми классами этих активов оказался очень высоким. Например, между алмазами и монетами, книгами и атласами, настенными и наручными часами и марками. Тем не менее, в динамике некоторых ценовых индексов существует значительное расхождение, что позволяет инвестору неплохо заработать на инвестициях в диверсифицированный портфель альтернативных активов. Самую большую отдачу способна принести стратегия, направленная на минимизацию риска при максимизации доходности, когда в широком диверсифицированном инвестиционном портфеле акции и облигации делят место с альтернативными активами, такими как коллекционные вина или книги. Это первое исследование, посвященное включению альтернативных инвестиций в общую инвестиционную стратегию.

Структуры фондов

Коллекционное вино и изобразительное искусство – два наиболее развитых сегмента рынка альтернативных инвестиций, так что сегодня инвесторы могут без проблем вложить в них свои деньги с помощью большого количества соответствующих фондов. А сравнительно недавно начали появляться специализированные фонды, с помощью которых можно инвестировать в самые разнообразные классы коллекционных в, например, в мемориальные вещи, связанные с именами звезд спорта, музыки, кино и тому подобное. Все эти фонды используют широкий набор торговых стратегий, схожих с теми, что практикуются private equity и хедж-фондами, зарабатывающими на ценовом арбитраже.

Следуя своей установке отслеживать деятельность фондов альтернативных инвестиций в глобальном масштабе, мы выявили две набирающие силу отличные друг от друга стратегии, одна из которых направлена на оптимальное распределение инвестиций по секторам, а другая – более оппортунистическая. Первая стратегия повторяет подход ведущих мировых коллекционеров, которые, как правило, фокусируются на отдельных узких секторах более широкого арт-рынка. Инвестиционные фонды, использующие эту стратегию, стараются добиться целевого прироста капитала в средне- и долгосрочной перспективе с помощью активного распределения и управления инвестициями в рамках широко диверсифицированного портфеля, распределенного между наиболее сформировавшимися секторами рынка, такими как Старые мастера, Импрессионисты, Модерн и Современное искусство.

Вторая стратегия транслирует деятельность ведущих мировых арт-дилеров и аукционных домов и подразумевает поиск возможностей для осуществления финансовых транзакций или прямых инвестиций, способных принести существенную прибыль на более коротком временном отрезке.

Фонды, использующие оппортунистические стратегии, ищут возможности для размещения инвестиций в региональных или нишевых секторах, таких как азиатское, индийское, арабское искусство, а также фотографии и тому подобное. Приращение капитала достигается как за счет активных операций по купле-продаже коллекционных вещей для извлечения быстрой спекулятивной прибыли, так и за счет более долгосрочного роста стоимости инвестиций в недооцененные активы с высоким потенциалом.

Не менее важна эволюция фондов искусства сама по себе. Мы видим, что сегодня они активно управляются в глобальном масштабе по трем ключевым измерениям, в числе которых инвестиционные возможности, капитальная стоимость и риск. Критически важным элементом успеха любого фонда, который инвестирует в этот уникальный актив, является его способность находить привлекательные возможности для инвестирования своих средств на приемлемых условиях.

Большинством фондов это достигается благодаря привлечению знаний и опыта самой широкой сети международных экспертов, призванных содействовать поиску и идентификации заданных инвестиционных возможностей. В дополнение к этому, найденная возможность может быть в дальнейшем расширена и разработана через изучение экономических и поведенческих особенностей в данном сегменте рынка силами менеджмента. Ценовые аномалии, рыночные тенденции и экономические данные могут помочь выявлению определенных региональных и секторальных возможностей для инвестирования, и те фонды, которые смогут управиться с этим наиболее эффективно, смогут выделиться на общем фоне. Подобно менеджеру private equity инвестиционный фонд искусства должен не только совершать правильные сделки в правильное время и по правильной цене, но также и добиваться увеличения стоимости каждого конкретного актива, находящегося под его управлением. Большинство фондов пытаются добиться этой цели с помощью самого широкого спектра кураторских и маркетинговых мероприятий, которые обычно практикуются успешными коллекционерами и дилерами.

Наконец, инвестиции в искусство, коллекционные вещи и другие Passion Investment (как и вообще все инвестиции) предполагают наличие существенного риска убытков. Такие фонды должны уметь управлять рисками в своем портфеле на нескольких уровнях. Экономическое развитие и рыночные тенденции, которые могут повлиять на поведение покупателей или продавцов в будущем должны постоянно анализироваться и изучаться. Кроме того, там, где это только возможно, такие фонды должны стараться избегать стратегий, предполагающих чрезмерную концентрацию инвестиций для снижения риска уязвимости перед единственным сектором. Такой фонд обязан отлично знать и понимать риски, ассоциированными с покупкой индивидуальных работ, включая вопросы их аутентичности, авторства, условий и происхождения. Достичь этого можно лишь с помощью экспертизы, рыночной разведки и наличию большого опыта у команды управляющих.

Резюмируя все сказанное, самых больших успехов добьются те инвестиционные фонды альтернативных инвестиций, которые выстроили внутреннюю команду и наладили эксклюзивные партнерские отношения с дилерами, кураторами, экономистами, искусствоведами и инвестиционными специалистами, опираясь на качественный и количественный анализ, что позволит им находить уникальные возможности для вложения средств на этом рынке.



Рэндалл Джеймс Уиллетт
управляющий директор Fine Art Wealth Management
17.11.2008

Источник: Wealth Briefing


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз







Зритель как главный инвестор

11.06.2021 Арт

Img_5992
 

Отмечая 100-летие, Российский академический молодежный театр (РАМТ) намерен выпустить в этом году аж 11 премьер. Не стоять на месте – вообще его кредо: иногда здесь играется по 6–8 спектаклей в день, а худрук Алексей Бородин, возглавляющий РАМТ уже 40 лет, не боится молодой смены, сам пригласил на должность главного режиссера 37-летнего Егора Перегудова, любителя экспериментальных форм. Позитивная энергетика театра – основа и его Клуба друзей, созданного в 2017 году по западной модели: он объединяет в первую очередь обычных зрителей, а не статусных партнеров. Создание Клуба и позволило РАМТу первым из российских театров внедрить в 2017 году новую модель финансовой поддержки своей деятельности – эндаумент-фонд, или фонд целевого капитала. О том, как зарабатывает театр, живущий без спонсора, должно ли государство содержать культуру и каковы зрительские предпочтения миллениалов, в интервью SPEAR’S Russia рассказала директор РАМТ Софья Апфельбаум.


Из Большого с размахом

21.05.2021 Арт

_mg_3071
 

25 и 26 мая на Новой сцене Большого театра продюсерская компания MuzArts представит вечер современной хореографии Postscript: пять знаковых хореографов, четыре балета и в трех из них – одна прима-балерина Ольга Смирнова, которой везде придется быть абсолютно разной. О том, насколько это сложная задача, основатель MuzArts Юрий Баранов знает не понаслышке, так как сам танцевал на сцене Большого 20 лет. А сегодня пытается конкурировать на продюсерском поприще с западными компаниями, приумножать славу русского балета в новом контексте – через современную хореографию и неожиданные коллаборации, почти как Сергей Дягилев в начале XX века. О том, почему Большой театр поддерживает MuzArts без всякой ревности, как найти спонсоров под балетные проекты и чем уникальна программа Postscript, Юрий Баранов рассказал в интервью SPEARʼS Russia.