Где жить, когда можешь жить где угодно


Когда потомки обеспечены на пару поколений вперед, мама довольна (ребенок выбился в люди), бизнес развивается в заданном направлении под присмотром высокооплачиваемых менеджеров и больше не надо жить «поближе к работе», эстетические потребности выступают на первый план. Согласно популярной теории мотивации Маслоу, это гармония, порядок, красота. Почему владельцы состояний бегут из больших особняков и от имиджа рублевских обитателей, а главное – куда, выясняла Алина Проскурякова.

05.10.2012





Запах леса на рассвете и хороший ресторан в шаговой доступности, вековые сосны и стриженые газоны, за окном – нетронутая природа, а кругом – сервис, сервис, сервис. Незаметный, но полноценный. И водоем неподалеку. Большая вода – непременное условие для жилого поселка, претендующего на статус элитного. А еще – богатая история, приличная экология, относительная транспортная доступность и какая-нибудь отличительная особенность. Место, отвечающее всем четырем требованиям, в Москве всего одно.

Серебряный Бор

Здесь живут собственники крупного бизнеса, определенную часть земли занимают ведомственные и посольские дачи, а вот модных и гламурных персонажей совсем мало: кошелек тонковат. Из 328,6 га площади около 130 га – коттеджная застройка, границы которой определены еще в советские годы. На остальной территории – уникальный сосновый лес, лучшие, хотя бы потому, что самые чистые в Москве, пляжи и общая атмосфера умиротворяющего благополучия, поддерживаемая за счет столичного правительства.

Не многие из сегодняшних обитателей Серебряного Бора помнят время, когда все дачи были правительственными, а заборы носили скорее декоративный характер. Валерий Чкалов, внук легендарного советского летчика и один из немногих оставшихся старожилов, рассказывает: «Когда я был подростком, то ходил от своего дома до троллейбусного круга сквозь участки соседей, просто отодвигая штакетины. С кем-то чаю попьешь, с кем-то поболтаешь про жизнь. Серебряный Бор тогда был единым коллективом. В жару собирались на пляже: купались, играли, общались, бегали. В дожд­ливую погоду пили чай в беседках. Не было ни пафоса, ни комплексов. Высокопоставленные чиновники, приезжавшие домой на черных “Волгах” и “Чайках”, снимали пиджаки, надевали спортивные костюмы, и определить, кто есть кто в руководстве страны, становилось уже трудно. Здесь все были добрые, спокойные и приветливые. В моем детстве это был мир великих режиссеров, актеров, они могли бесконечно рассказывать свои истории, делились переживаниями. Сегодняшних детей Серебряного Бора мало что связывает, кроме статусного места жительства. Любимое занятие моего сына – гонять за катером на вейке.

Я знаю очень многих в Бору, но говорим теперь все больше о делах, о бизнесе, встречаемся в офисах и ресторанах, в гости не ходим, самовары не растапливаем. Хотя некоторые интересуются историями обитателей этого места. Меня, например, спрашивают про деда. Спрашивают, на самом ли деле Чкалов пролетел под мостом, про перелет через Северный полюс, как это было. Попробуйте, говорю я, сидя в “запорожце”, поменяться местами с водителем на скорости 120 км/ч. Владельцу Bentley, наверное, сложно это представить, но смеются.

Здесь и сейчас красиво, как раньше, но дух изменился. Въезжая в Серебряный Бор, упираешься в шестиметровые заборы. Зато его идеально сохранили как памятник природы. А ведь мы помним чудовищный период в начале 1990-х, когда это место пребывало в ужасном состоянии, страшно было выйти за пределы своего участка. Начал работу по восстановлению Игорь Сарафанов, который пять лет работал директором ГУП “Серебряный Бор”. Он вложил сюда душу, и было приятно наблюдать, как все вокруг расцветает и облагораживается».

Сегодня Игорь Сарафанов – советник генерального директора ОАО «Мосдачтрест», основного арендодателя в Серебряном Бору. Компании принадлежит около трети всех поселковых домовладений. Игорь с увлечением рассказывает про редких краснокнижных зверей и птиц, живущих на этом удивительном участке Москвы, про уникальное тростниковое болото в камышах и свой любимый проект – экологические маршруты. Идея проложить дорожки в лесу, а вдоль них расставить информационные щиты с описанием деревьев, растений, водоемов и их обитателей возникла семь лет назад. «Среди жителей поселка есть противники “популяризации” лесных угодий, но большинству нравится, – говорит Игорь. – Многие из них годами проводили досуг за своими заборами и думали, что все знают про Серебряный Бор, а впервые пройдя по дорожке, говорили: “Обалдеть!”».

Рублевка

Так называют большую территорию к западу от Москвы вдоль Рублево-Успенского, Подушкинского, 1-го и 2-го Успенских шоссе, включающую часть Одинцовского района. По выражению заместителя министра связи и массовых коммуникаций РФ Алексея Волина, это «симпатичный кусок территории с чрезмерно уплотненной застройкой. И при этом крайне мифологизированный. По одним мифам, жизнь здесь – это символ успеха, по другим – пример дурновкусия». Найти живого обитателя Рублевки, согласного со второй частью умозаключения, не удалось. Что, наверное, логично: весь протестный электорат успел перебраться в  стародачные места и спонтанно организованные поселки «по интересам». Удивило другое: опрошенные миллионеры отказывались жаловаться даже на пресловутые пробки и обилие соседей. Владелец компании MCG и обитатель второго по шоссе поселка Барвиха Павел Фукс пожимает плечами в ответ на вопрос о дорожных заторах: «Я сам распоряжаюсь своим временем, могу приехать в офис и попозже».

«Главное – приспособиться к распорядку движения, – вторит ему директор Ассоциации производителей удобрений Игорь Калужский, живущий в последнем от начала трассы поселке Лесные Дали. – Я, например, очень рано выезжаю на работу и рано возвращаюсь – без пробок. “Пробочное” время начинается, когда за руль садятся несуетливые светские львицы и собственники бизнеса. Едут по магазинам, соляриям, Spa-салонам, по дороге красят губы, подпевают радиолам и не торопятся. Временами создает проблемы президентский кортеж, и все же по сравнению с другими шоссе Рублево-Успенское движется довольно живо. У нас мало промышленного транспорта и вообще меньше поток машин…»

К числу главных недостатков Рублевки господин Калужский относит дефицит культурных заведений. «Среди обилия магазинов, теннисных кортов и бассейнов не найдешь приличного кинотеатра. “Барвиха Luxury Village” с ее “звездами эстрады” и билетами по 2 млн рублей не стала адекватной заменой нормальному культурному центру. Чтобы посмотреть хороший фильм в 3D, дети часто вынуждены ехать в Москву».

Местных жителей всерьез раздражают и высокие цены – не денег жалко, за имидж обидно. Маркетологам словно бы верить не хочется в изменение клиентской культуры потребления. А клиенты привычно уже одеваются за границей – из соображений рациональности. Отказываются от клубники утреннего сбора – первым рейсом из Франции – ради сохранения озонового слоя. Они меняют жизнь в соответствии с «нормальными» человеческими потребностями и все чаще обращают внимание на ценники: «Мой сосед, у которого в предбаннике висит картина за 3 миллиона долларов, выглядит пережитком эпохи», – уверяет Игорь.

Протестный электорат

Большая часть крупных собственников, бегущих от имиджа рублевских обитателей, обосновалась на Новорижском, Дмит­ровском и Осташковском шоссе, считает коммерческий директор компании «Загородный проект» Алексей Гусев. Здесь благоприятный микроклимат благодаря наличию крупных водоемов: Клязьминского водохранилища на Дмитровском направлении, Пироговского, Учинского и Пестовского – на Осташковском.

Идею «не жить на Рублевке» Алексей описывает как набирающий силу тренд. С ним соглашается совладелец пивоваренной торговой компании «Пятый океан» и большой поклонник яхтенного спорта Павел Яковлев, выбравший Ист­ринское водохранилище местом для летней дачи. Досуг в лесном поселке на 18 деревянных домов радует хозяина уже восьмой год. «Я не думаю, что Рублевка с ее не очень чистой Москвой-рекой – самое престижное направление. Мы с семьей долго думали, но сделали выбор в пользу леса, закрытого пляжа и клубной атмосферы, принесли в жертву статусность и бренд. Приятно, когда знаешь всех соседей, – Рублевка, наверное, нужна тем, кто ездит на дачу заводить полезные для бизнеса связи. Я же могу позволить себе просто отдыхать. Бытовые организационные вопросы решаем за шашлыками, а не на общем собрании жильцов. У нас нет управляющей компании, намного удобнее нанятый персонал – от садовников до бухгалтера».

Дефицит общения

Еще одна серьезная проблема мультимиллионеров – социализация, считает Алексей Гусев. Беломраморные лестницы прекрасного особняка выглядят по-прежнему благородно, но как будто сообщают холод внутренним помещениям. Башни и купола все так же сияют сусальным золотом, но что-то не радуют глаз. И хочется все изменить. Добавить теплоты, внести жизнь, поговорить с соседями…

«Мода на высокие сплошные заборы прошла вместе с пафосом в архитектуре домов, – замечает господин Гусев. – Теперь часто приходится слышать жалобы на слишком большие размеры дома, когда крупный собственник признается, что живет лишь на одной десятой сво­его особняка, а во многих комнатах даже не успел побывать. Дефицит общения стал реальной проблемой и вредит прежде всего членам семьи, которая изолирована на своем гектаре в компании прислуги и охраны». Рыночным ответом на этот неожиданный потребительский запрос стало строительство поселков типа Николино и Новых Вешек с низкими заборчиками, относительно небольшими по площади, но четко спланированными домами и жесткой системой управления.

Старые дачи

В числе достоинств таких поселков, как Фрунзевец, Переделкино, Грибово, Аб­рамцево, и прочих обиталищ заслуженных москвичей, – истории старожилов. А из разряда недостатков – снобизм старожилов. Тех, для кого стародачное место – просто дача счастливого детства и романтической юности. Вон тот старичок в очках, что не сделал карьеры и бизнеса не построил, хорошо помнит, как единственным автомобилем на всей шумной теперь главной улице была черная «Волга» его папы. И сколько бы фонтанов вы для него ни построили, сколько бы дорожек ни выложили плиткой, вход в этот клуб только по пропускам, метрикам и родословным, фейсконтроль строгий и субъективный, а результат – на любителя. Ведь тот старичок в очках – не кто иной, как Дениска Кораблев – кумир ваших одиннадцати лет. Ну ладно, его прототип.

Здесь в избытке увлекательные сюжеты с участием великих писателей и музыкантов, партийных чиновников, их жен, любовниц, детей – в том числе внебрачных. Покупая участок в стародачном месте, мы инвестируем в сказки, вид на старые фасады, исторически достоверные сплетни и всю эту богатую историю. Она, как и большая вода, – непременное условие для жилого поселка, претендующего на статус элитного.

Материалы по теме



Алина Проскурякова
05.10.2012

Источник: SPEAR’S Russia


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз