Частное банковское выуживание


Если хайнет нуждается в кредите, то единственное место, где ему могут помочь, – обслуживающий его private bank. Впрочем, у банкиров из лондонского Сити на этот счет имеются свои дополнения, замечает Фредди Баркер.

22.04.2013




Illustration by Phil Wrigglesworth


Мне представлялось, что дело может выгореть, – рассказывает ультрахайнет-предприниматель. – Так что я позвонил в Barclays, чтобы поинтересоваться решением по моей заявке на ипотечный кредит, предполагая, что 25-летней истории наших отношений и моей безупречной кредитной истории будет достаточно. Однако, к моему удивлению, банкир сообщил мне, что я должен перевести активы в Barclays, прежде чем они рассмотрят мою просьбу о новом займе. Меня это страшно разозлило: я очень тщательно выбирал своего инвестиционного управляющего (он обыгрывал рынок), и у меня не было никаких гарантий, что кто-то другой, как
и Barclays, не потребует от меня того же».

В нынешнем году подобные истории можно слышать все чаще. Благодаря им в Сити родился даже новый термин – «выгода финансового управляющего», смысл которого в том, что сегодня частные банки все более открыто требуют от своих клиентов обеспечения в виде инвестиционных активов в обмен на кредит – к своей выгоде.

В частности, крупные кредиторы ультрахайнетов, UBS и Credit Suisse, предлагают своим клиентам перевести им в залог инвестиционные активы, которые бы покрывали от 20 до 50% стоимости запрашиваемого ипотечного кредита. И самое печальное в этой истории то, что подобная практика становится все более распространенной. Barclays, Coutts, EFG, HSBC, RBC, SG Hambros, Standard Bank и Standard Chartered на этапе переговоров о предоставлении займа сегодня тоже пытаются выудить у своих клиентов инвестиционные активы.

В ответ на нашу просьбу о комментариях большинство банков ответили отказом. Тем не менее в UBS нам действительно подтвердили, что получение «выгоды финансового управляющего» соответствует их политике, в Credit Suisse также не стали этого опровергать. В HSBC Private Bank нам признались, что тоже выдвигали подобные требования по отношению к своим заемщикам: «В действительности мы стремимся к тому, чтобы соблюдался определенный баланс между величиной активов клиентов, переданных нам в управление, и размером выдаваемых им кредитов».
В RBC на языке эвфемизмов нам заявили следующее: «Наша цель – выстраивать отношения с клиентами, обеспечивая им доступ к нашему интегрированному сервису в области управления благо­состоянием».

«Кредитный рынок сегодня трехслоен, – замечает Хью Уэйд-Джоунс из Enness Private Clients. – Ультрахайнетов кредитуют крупные розничные банки, которые редко требуют обеспечения из инвестиционных активов, private-банки, которые были бы не прочь их получить, однако не настаивают на их предоставлении с первого дня, а также private-банки, требующие их прямым текстом».

Лондонские семейные офисы, конкурирующие с частными банками, замечают, что последствия очевидны. Ультрахайнеты, договаривающиеся с банками о кредите, который они используют в качестве инструмента для выжимания из своих клиентов инвестиционных активов, сегодня сталкиваются с тем, что не могут прийти к соглашению о величине комиссии за сделки и кастодиальные услуги. Более того, они несут риски портфелей, перегруженных низкодоходными финансовыми продуктами, созданными самими этими банками.

Это неизбежно, полагают в семейных офисах, поскольку банкиры стремятся к двум вещам: по возможности самой широкой причастности к вашему бумажнику (это означает, что они заинтересованы, чтобы их клиенты тратили как можно больше), а также максимально возможной норме прибыли (то есть продают им самые дорогие продукты и услуги своего банка).

«Ирония, – замечает партнер частной инвестиционной компании Stanhope Capital, – заключается в том, что если бы ультрахайнеты хотели такого устройства, они доверили бы свои инвестиционные активы этим банкам в первую очередь».

Но что особенно сильно подогревает недовольство клиентов частных банков, так это то, что происходит все это именно сейчас. Новые правила регулирования Retail Distribution Review (RDR) Великобритании, вступившие в силу с 1 января 2013 года, должны сделать рынок управления финансами более конкурентным и независимым. (Новые правила, разработанные FSA, призваны изменить порядок работы финансовых советников и управляющих. В числе главных целей – повышение профессиональных стандартов индустрии, а также увеличение прозрачности структуры комиссионных, взимаемых финансовыми управляющими за свои услуги. – Прим. ред.)

По оценкам Управления финансового регулирования и надзора (FSA) Великобритании, для того чтобы привести свою работу в соответствие с более высокими стандартами, установленными RDR, финансовые советники и управляющие в общей сложности уже потратили 248 млн фунтов стерлингов. Так что качество и разнообразие продуктов и услуг для ультрахайнетов должны вырасти. Однако «выгода финансового управляющего» в значительной мере нивелирует положительный эффект от введения RDR, загоняя обеспеченных клиентов в тиски и привязывая их инвестиционные активы к их банкам. «Это напоминает страхование платежей PPI, – замечает Дерек Лауд из аналитического агентства New City Initiative, спонсируемого независимыми финансовыми управляющими. – Но если клиенты сегодня получают низкую доходность по портфелю, в который включались активы, не являвшиеся для них приоритетными, разве это тоже не скандал?»

Какого цвета ваши деньги

Что же говорят сами банки в свое оправдание? «Причина недовольства ультрахайнетов в том, что они неверно интерпретируют происходящее, – утверждает один высокопоставленный финансист, пожелавший остаться неназванным. – Пресловутая “выгода финансового управляющего” – это всего лишь новая фраза для описания практики, возникшей еще в 1980-е. Разница в том, что ультрахайнеты просто не обращали на нее особого внимания до последнего времени, поскольку традиционно частные банки должны были проявлять в этом вопросе известную гибкость, чтобы успешно конкурировать с крупнейшими универсальными банками-кредиторами».

То обстоятельство, что сегодня частные банки могут настаивать на своих условиях, служит свидетельством изменений на кредитном рынке. В 2007 году вы могли занять 5 млн фунтов стерлингов у ведущих универсальных банков под ставку, всего на 0,25% превышающую ставку рефинансирования Банка Англии. То есть на существенно более выгодных условиях по сравнению с частными банками. Последние кредитовали своих клиентов под ставку, превышавшую базовую на 1%, к которой время от времени добавлялась и «выгода финансового управляющего». Однако затем случился финансовый кризис.

Универсальные банки, прежде охотно кредитовавшие на крупные суммы, стали обходить стороной клиентов private banking по четырем причинам, полагает Уэйд-Джоунс.

«Во-первых, кредитование ультрахайнетов – это дорогостоящий бизнес, требующий наличия опытного персонала в области администрирования и андеррайтинга, в отличие от сравнительно простого кредитования на массовом рынке. Во-вторых, универсальные банки-кредиторы получают прибыль в виде комиссионных за разовые сделки и администрирование. Так что их заработок выше, если они продают больше мелких кредитов, чем если выдают небольшое число крупных займов. В-третьих, универсальные банки сегодня стараются снизить свои риски, понимая, что пять дефолтов по кредитам на 1,5 млн фунтов стерлингов каждый принесут более серьезные убытки по сравнению с пятью дефолтами по кредитам на 150 фунтов стерлингов. В-четвертых, универсальные банки фондируются на денежных рынках, на которых стоимость денег после финансового кризиса существенно выросла», – перечисляет он.

По всем этим причинам частные банки сегодня остались единственным финансовым институтом на рынке, готовым кредитовать ультрахайнетов. В отсутствие конкуренции они не стесняются устанавливать кредитную ставку на 2% выше базовой ставки Банка Англии, не забывая и о «выгоде финансового управляющего».

Достойны ли частные банкиры порицания, принимая во внимание, что их речи всегда обильно уснащены банальностями о важности удовлетворения потребностей их клиентов? Возможно. Частные банки всегда работали на других принципах, нежели универсальные кредитные организации. Поскольку, рассматривая заявку о кредите, они оценивают заемщика на индивидуальной основе, требуя полного раскрытия структуры активов в обмен на возможность улучшения условий кредитования, одновременно используя кредиты, чтобы заполучить клиентские инвестиционные активы.

«Ожидать, что кто-то будет кредитовать вас на тех же условиях, что и остальные, – замечает один из ведущих частных банкиров, – это все равно что прий­ти во фруктовую лавку и попросить продать вам колбасы. – Частные банки сейчас и всегда были сфокусированы на инвестициях: для них это более выгодно, чем кредитование. Поскольку здесь им не нужно резервировать капитал в соответствии с условиями регуляторов для смягчения последствий возможного дефолта или ожидать выплат по кредиту, поскольку они получают свои комиссионные непосредственно за обслуживание инвестиционных портфелей, находящихся под управлением. Да, частные банки хотят подобраться к вашему капиталу, точно так же как вы хотите подобраться к их. Однако их нельзя порицать за то, что они говорят: “Я показываю вам, какого цвета мои деньги, покажите, какого цвета ваши”».

Важные мелочи

К счастью, последствия «выгоды финансового управляющего» могут быть смягчены еще до того, как условия кредитования вернутся к своим докризисным параметрам. Во-первых, миллиардеры могут, как и всегда, использовать свои финансовые возможности, чтобы вытребовать себе более выгодные условия. Во-вторых, отмечает специалист в области финансирования сделок с недвижимостью компании Knightsbridge Уэйн Коулман, нужно учитывать и такое обстоятельство: «Большинство банков утверждают, что “выгода финансового управляющего” в итоге выливается в то, что клиенты четко разграничивают свои отношения с банком, переводят определенные средства для удовлетворения минимальных требований к ликвидности, но никогда не обращаются в этот банк за чем-либо, помимо этого кредита».

Рассел Джоунс из Savills Private Finance добавляет к картине небольшой штрих: «Банк всегда можно убедить изменить свои требования. Ведь зачастую вопрос об одобрении кредита зависит от аппетита конкретного банкира. Поэтому лучше всего обратиться к консультанту, поскольку знание и опыт лучшего банкира могут в итоге склонить чашу весов в вашу пользу».

Как бы то ни было, несмотря на все разговоры частных банкиров об индивидуальном сервисе и пре­имуществах клиента, наличие «выгоды финансового управляющего» служит наглядным свидетельством того, чьи интересы они отстаивают на самом деле.

Атлас

Материалы по теме



22.04.2013

Источник: SPEAR'S Russia


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз


Маркетплейс на стыке двух миров


Kirill-sadilov_web
 

Изобретение технологии распределенного реестра и биткоина чуть более десяти лет назад стали революцией. В ее огне родился новый криптовалютный мир, дополнивший и начавший конкурировать с привычным миром фиатных денег. Посредниками между ними стали криптобиржи, превратившиеся в один из ключевых элементов современной финансовой инфраструктуры. Но, как показала практика последних лет, качество этого элемента пока еще далеко от совершенства. Это не просто снижает уровень пользовательского опыта, но создает многочисленные риски. Главный из них – угроза сохранности средств пользователей таких площадок. Inanomo – новая интегрированная криптовалютная технологическая платформа для хранения, обмена и инвестиций – должна дать пользователям надежное решение проблемы обеспечения безопасности активов с помощью современных информационных технологий, обещает Кирилл Садилов. О возможностях платформы, вызовах и технологических ответах он рассказывает в специальном проекте SPEAR’S Russia.