Прозрачная альтернатива


30.01.2018




Dsc_2951
Евгения Случак

управляющий партнер консалтинговой компании Europe Finance

Хотите снизить волатильность портфеля и лучше его диверсифицировать? Тогда обратите внимание на Liquid Alternatives – сравнительно новый класс инновационных продуктов, «демократизирующих» альтернативные инвестиции, открывающий широкому кругу инвесторов доступ к соответствующим стратегиям в торгуемом и прозрачном формате.

Идея таких продуктов витала в воздухе давно. Но особенно активный рост числа фондов Liquid Alternatives начался после финансового кризиса. В 2008 году индустрия насчитывала менее 300 фондов, под управлением которых было около 70 млрд долларов. К I кварталу 2013-го было уже примерно 550 фондов с активами свыше 270 млрд долларов. К 2015 году, по данным Preqin, число фондов удвоилось, и они аккумулировали в активах свыше 440 млрд долларов. Но Liquid Alternatives – это не только фонды. Поэтому в первую очередь важно понять, а что же включает в себя этот термин.

На самом деле «неопределенность определения» напрямую следует из такого же нечеткого определения альтернативных и традиционных инвестиций в целом. Сюда же накладываются мнения отдельных исследовательских и управляющих компаний – и вот уже размер и результаты управления в индустрии могут на порядок различаться. Однако если подходить к определению Liquid Alternatives как к разновидности инвестиционных продуктов, то можно рассматривать их как уникальную совокупность «содержания» и «упаковки».

Под «содержанием» чаще всего рассматриваются два типа инвестиций.

Во-первых, это альтернативные классы активов, такие как валюты или товарные активы, инструменты с привязкой к недвижимости (например, REITs) и т.п. Во-вторых, это альтернативные инвестиционные стратегии («стратегии хедж-фондов»), основанные на высоколиквидных инструментах – акциях, облигациях и производных инструментах. То есть такие популярные альтернативные инвестиции, как недвижимость или доли в частных компаниях, довольно редко подпадают под данное определение. Еще один фактор – низкая корреляция с традиционными инвестициями. Это часто указывается как характеристика активов и стратегий, лежащих в основе Liquid Alternatives.

Под «упаковкой» обычно подразумеваются любые форматы управления, которые позволяют инвесторам максимально быстро выходить из инвестиций. В первую очередь – это регулируемые взаимные фонды, которые по законодательству обязаны иметь ежедневную или еженедельную ликвидность. К ним относятся европейские фонды UCITS и американские фонды, созданные по Закону об инвестиционных компаниях 1940 года (40-Act Funds). Также требованиям по ликвидности и возможности «упаковки» альтернативных активов/стратегий отвечают биржевые фонды (ETF), ноты и сертификаты, а также управляемые счета (Managed Accounts).

В итоге если рассматривать классический хедж-фонд, то с точки зрения «содержания» (используемой стратегии) он относится к классу Alternatives. А вот с точки зрения «упаковки» – нет, так как в большинстве случаев возвращает инвесторам средства раз в месяц, а при наличии различных ограничений – и того реже. При этом управляемый счет, имеющий для инвестора практически мгновенную ликвидность, также не будет считаться Liquid Alternatives, если на него управляющий просто покупает акции и/или облигации по традиционным стратегиям Buy&Hold или Long Only.

ШИРЕ КРУГ

Иными словами, Liquid Alternatives не равно Liquid Alternatives Funds. Но почему же именно с фондами в первую очередь ассоциируется эта индустрия? Во-первых, потому что фонды проще считать и оценивать – информация о них достаточно публична. Особенно с учетом того, что прозрачность – важный признак индустрии. Во-вторых, исторически именно «фондовые» проблемы новая индустрия должна была решить.

Управляющие и хедж-фондами, и традиционными взаимными фондами постоянно выполняют одну и ту же задачу – как привлечь новых инвесторов, увеличить размер инвестиций от текущих, чтобы в итоге больше зарабатывать самим. Традиционный способ – удовлетворить потребности инвесторов. Итак, от хедж-фондов всегда хотели большей прозрачности, ликвидности, уменьшения порога входа и размера комиссий. У управляющих взаимными фондами задачи несколько иные – с момента выхода на рынок индексных продуктов и биржевых фондов их заработок стал стремительно падать: за 20 лет расходы инвесторов на вознаграждение управляющих сократились на 30%. Поэтому управляющие взаимными фондами стали изучать возможность запуска альтернативных продуктов, где размер комиссий все еще представляет интерес.

И в итоге такие продукты появились. В Европе фондовая структура UCITS позволила предлагать стратегии хедж-фондов тем инвесторам, кто хотел получить регулируемый и ликвидный продукт. А в США хедж-фонды начали запускаться в рамках Законодательства об инвестиционных компаниях (40-Act), от которого они традиционно имели освобождение. Соответственно, аудитория таких продуктов значительно расширилась – теперь не только институционалы и хайнеты получили доступ к альтернативным инвестициям, они стали доступны и розничным инвесторам. Этим активно пользуются крупные управляющие компании, такие как PIMCO и Vanguard. Они включают фонды Liquid Alternatives в традиционные портфели как инструмент снижения волатильности и для диверсификации.

В 2015 году компания Preqin провела большое и пока единственное на рынке исследование институциональных инвесторов, аллоцирующих свои активы в Liquid Alternatives. Большинство опрошенных (53%) указали высокую ликвидность как основную причину инвестирования в стратегии хедж-фондов через Liquid Alternatives.

Но наиболее наглядны причины, которые можно оценить количественно. Так, можно сравнить уровни минимального размера инвестиций, комиссионного вознаграждения и срока вывода денежных средств из фондов UCITS, фондов 40-Act и классических хедж-фондов соответственно. С точки зрения ликвидности альтернативные фонды действительно соответствуют своему названию – средний срок возврата инвесторам средств – 1–3 дня против 56 у хедж-фондов. Но здесь, конечно, стоит обратить внимание на различия европейских и американских фондов. Требования к минимальному «чеку» у UCITS в два раза выше, чем у американских фондов (414 против 190 тыс.). Да и по размеру комиссии за управление они не сильно дешевле хедж-фондов (1,42% против 1,55% соответственно). Основная причина – очень высокие затраты на запуск и содержание UCITS-структур в Европе.

Так как фонды Liquid Alternatives – регулируемые структуры, то они имеют ограничения, связанные и с размерами кредитного плеча, и с используемыми инструментами. То есть управляющие такими фондами вынуждены разрабатывать и реализовывать альтернативные стратегии с учетом этих ограничений, что, конечно, сказывается на результатах. Фонды UCITS и 40-Act демонстрируют худшую доходность (как бы нас ни пытались переубедить маркетологи управляющих компаний), чем классические хедж-фонды. Так, по данным Preqin на ноябрь 2017 года, среднегодовая доходность хедж-фондов за предыдущие 12 месяцев составляла 11,27%, в то время как доходности фондов UCITS и 40 Act – 6,96% и 7,21% соответственно. Однако сравнивать их напрямую, скорее всего, не слишком объективно – ограничение управля­ющих все-таки весомый фактор для качественного управления. Высокий же уровень прозрачности и ликвидности остается ключевым преимуществом таких продуктов.



30.01.2018

Источник: SPEAR'S Russia #12(74)


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз

















"Одиссей против хорьков" Георга фон Вальвица


Wallwitz_print
 

«Финансовые рынки были и остаются миром, лишенным полутонов, миром кричаще громким, зачастую сверх всякой меры. В этом есть определенная свобода, которую равным образом ценят и горностай, и Одиссей. Вид павших товарищей или падающих курсов повергает их в глубокое отчаяние, но, если к тому благоволит судьба, они не преминут закатить щедрый пир или иным образом продемонстрировать свою мощь и власть». SPEAR’S Russia публикует отрывок забавной (а местами не очень забавной) книги немецкого финансиста, любезно предоставленный издательством Ad Marginem Press. Книга вышла в рамках совместной издательской программы с музеем современного искусства «Гараж», переводчик – Татьяна Зборовская. Немецкий оригинал был впервые опубликован в 2011 году.