Подводные войны


Окунувшись в подводную охоту на Барбадосе, легко почувствовать себя Джеймсом Бондом: в наличии драйв, красоты и настоящий противник, с которым придется сразиться.

28.05.2018





В руди теснит, адреналин зашкаливает, а воды в трубку попадает больше, чем воздуха. К сожалению, это никак не помогает мне достичь цели, а именно: понизить частоту сердечных сокращений, задержать дыхание, погрузиться в Карибское море на 25 футов и метнуть копье в чешуйчатого противника, прежде чем он набросится на меня и поразит ядовитыми шипами. Этот хищник – наш обед. Теоретически, конечно.

Пару месяцев назад я почти ничего не знал о подводной охоте и не мог предположить, что этот спорт, где нужно вдохнуть, нырнуть на десятки метров и поразить из подводного ружья рыбу весом до сотен фунтов, может быть популярным. Тем не менее это так: успешные искатели приключений и любители острых ощущений все чаще обращают взоры вглубь моря.

Лоик Гузер, эксперт Christie’s в области современного искусства, приобрел известность в арт-мире благодаря своему инновационному подходу к тематическим продажам. Время, не занятое продажей скульптур Джеффа Кунса или общением с близким другом Леонардо Ди Каприо, Гузер предпочтет проводить на Багамах, где плавает с акулами и развлекается подводной охотой. Шейх Хамдан бин Мохаммад бин Рашид аль Мактум, наследный принц Дубая, выпускник академии Сандхерст и Лондонской школы экономики, публикует в Instagram фото в специальном морском гидрокамуфляже и с морским гигантом в руках. Еще один фанат подводной охоты Карлос Альберто Сикупира, замыкающий четверку богатейших людей Бразилии по версии Forbes, красуется на сайте национальной федерации подводной охоты родной страны в компании 300-килограммового синего марлина.

За последние шесть-семь лет популярность этого вида спорта резко взлетела, говорит Джереми Гэмбл, редактор Spearing Magazine. Произошло это благодаря появлению доступной качественной техники для подводной съемки, что наряду с развитием YouTube и Instagram приоткрыло подводный мир с новой стороны. В числе поклонников подводной охоты – Кевин Костнер и Тайгер Вудс. А лучшие воды для охоты на гигантов вроде синеперого тунца – у берегов Южной Калифорнии, Мексики, Панамы и Бермуд.

Впрочем, новичкам вроде меня разумнее начать с вод на юге и западе Барбадоса: они более теплые и спокойные, а главное, здесь нет акул. И получив приглашение от Алекса Дэвиса, уроженца Британии и гражданина Барбадоса, который семь лет назад основал там школу подводного плавания и фридайвинга, я не преминул воспользоваться случаем. Он согласился показать мне азы – и вот в 6 утра почти сразу после моего прибытия на остров его Suzuki 4x4 уже красовался у моего отеля.

Враг внутри

Волнуясь, удастся ли мне справиться с новым видом спорта, я одновременно боролся и с собственной совестью. Даже если рыба, которую мы собираемся поймать, предназначена в пищу и я вроде бы добываю нам обед, как-то нехорошо получать удовольствие от процесса умерщвления живого существа? Пожалуй, даже безнравственно. Но Алекс объясняет, что наша основная мишень – полосатая крылатка – нежеланный нарушитель и не характерный обитатель Карибов, а залетная птица из Азии. Моя ранимая натура не успевает как следует выразить протест против ксенофобии, а он уже рассказывает о жизни этих существ. В Индонезии и Персидском заливе, на рифах, они могут стать добычей для более крупных рыб, таких как каменный окунь и рифовые акулы. Случайно попав на Карибы в девяностые, они очутились в водном раю. По словам Алекса, здесь почти нет хищников, которые бы охотились на них, а рыба, которой они питаются, до сих пор не разобралась, насколько крылатки опасны. Иными словами, Карибский бассейн для крылаток – это шведский стол с бесплатным пополнением. Они перекормлены, их популяция чрезмерно разрослась. «А это уже проблема для видового многообразия», – говорит он.

Мы выбираемся на пляж – пора ознакомиться со снаряжением: здесь трубки, специальные малообъемные маски, облегчающие ощущения при глубоком погружении, когда из-за перепада давления глаза буквально выкатываются из орбит, и длинные ласты из углеродного волокна.

Боевое погружение

Но самое интересное – это само оружие. Подводные ружья на заднем сиденье джипа Алекса напоминают оружие Бонда в исполнении Шона Коннери, которое он использовал для дайвинга в «Шаровой молнии». Тонкий гарпун помещается в верхнюю часть ружья и заряжается при помощи двух резиновых усилителей, оттянутых назад. После выстрела шнур, который крепится к концу гарпуна, разматывается – и его можно притянуть обратно под водой.

А еще у Алекса есть карманный путеводитель с фотографиями всех рыб, которые могут нам повстречаться. Он показывает ядовитую каменную рыбу и атлантического тарпона, однако старательно избегает непроизносимых губановых. Пока я пытаюсь не смеяться над несчастными губановыми, следует новый совет: «Сначала стреляй, все вопросы – потом». «Своими сетями рыбаки убивают любую рыбу, без разбора и в огромных количествах, – рассуждает он. – Будешь стрелять только один раз и в “ненужную” рыбу. Я скажу, когда».

На этом мы заходим в море и погружаем маски в воду. Почти сразу же мимо проносится яркая рыба-клоун. Немного погодя проскальзывает скат размером с капот автомобильного двигателя. Затем черепаха. «В черепах не стреляем», – невозмутимо говорит Алекс. Но вот появляется и главный враг. Полосатая крылатка скрывается под скалой, но едва Алекс замечает ее, у нее нет шансов. Он ныряет на несколько метров, принимает устойчивое положение и прицеливается. «Целься в голову», – скажет он мне позже, когда придет моя очередь сделать попытку. Он возвращается с глубин с рыбой на гарпуне, размером примерно с обувную коробку. Она еще извивается, когда Алекс вытаскивает небольшие ножницы из-за пояса и отсекает ядовитые шипы. Затем для сохранности он помещает ее на крючок, прикрепленный к маленькому надувному бую, который мы тянули за собой по воде.

Пока я учусь заныривать в воду и выравнивать баланс, зажимая нос и рот и выталкивая воздух через уши, Алекс на пару минут исчезает из виду, погрузившись на глубину. Он является национальным рекордсменом Барбадоса по фридайвингу – его рекорд на Vertical Blue, самом престижном в мире международном соревновании, составил 86 метров.

До 1967 года считалось, что физиологический предел фридайверов составляет 64 м. Но современное фридайв-сообщество с этим не согласно. Спортсмены балансируют буквально на грани человеческих возможностей, а иногда – и за их пределами: за последние годы несколько попыток фридайверов обернулись гибелью. Увеличить глубину погружений до 120 метров и более стало возможным отчасти благодаря новым данным о том, как организм человека реагирует на погружение и рост давления.

Несколько дней спустя, когда мы будем тренироваться в погружении, не отвлекаясь на гарпуны, рыбу, Алекс скажет, что можно не обращать внимания на позывы вынырнуть и глотнуть воздуха – нужно просто удерживать дыхание и продолжать. Сначала появляется ощущение жжения в груди, затем сокращается диафрагма, и тело пытается заставить легкие действовать. Невероятно, но, следуя его инструкциям, я уменьшаю частоту сокращений – и задержать дыхание получается почти на три минуты. Это примерно в три раза больше того, на что я рассчитывал, однако и близко не стоит с последним мировым рекордом в 11 минут 35 секунд.

Готова рыбка!

После нескольких неудачных попыток и пропущенных выстрелов первого дня наутро я, полный решимости, возвращаюсь в воду. Не прошло и пяти минут, как Алекс указывает на серебристого хищника длиной около фута – это каранкс. Задерживаю дыхание, ныряю под воду и несколько секунд преследую его, прежде чем спустить курок. Гарпун вылетает из ружья, леска высвобождается – и рыба начинает судорожно извиваться. Успех – моя первая добыча потерпела поражение.

Вскоре мы замечаем камень, похожий на подходящее укрытие для полосатой крылатки. Алекс ныряет, чтобы проверить, – рыба в наличии. Ныряю, чтобы удостовериться самому, и понимаю, что добыть ее – в пределах моих возможностей. Чтобы вычислить добычу, нужно действовать быстро и ловко – установить равновесие, метнуть гарпун, а затем вытянуть ее на поверхность, подавляя ощущение, что легкие вот-вот взорвутся.

Именно сейчас грудь напрягается, и все кажется более сложным, чем должно быть. Но я решаюсь, выбираю цель и делаю выстрел. Удар ощутимый, но рыба не намотана, и Алекс ныряет, чтобы завершить дело. Он выныривает из воды и утешительно констатирует: «Почти получилось». К концу дня на нашем крючке – около полдюжины рыб. Алекс разделывает их на доске, которая хранится в его машине, и отправляет меня восвояси с рецептом севиче (пальчики оближешь!) и приглашением принять участие в двухдневном курсе фридайвинга. Это оказывается очень увлекательно. А главное, благодаря приобретенным навыкам в следующий раз, когда я встречусь с полосатой крылаткой один на один, я не оставлю ей никаких шансов.‘S



28.05.2018

Источник: SPEAR'S Russia #4(77)


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз