Арифметика справедливости


Когда миллиарда долларов недостаточно? Когда один из супругов ждет от второго куда больше. Последние разводы ультрахайнетов это подтверждают, делится доводами Шарлотта Познански.

13.08.2015





В январе много шума в интернете вызвал чек на 974 790 317,77 доллара, который выписал бывшей жене американский миллиардер Гарольд Хэмм. Если абстрагироваться от деталей, то это просто умопомрачительно большой чек. Интересно же в ситуации то (по крайней мере, для юриста), что держательница чека Сью-Энн Арналл, получив по нему указанные средства как полную выплату по делу о разводе, захотела оспорить решение суда и попросила еще. По ее мнению, судья не должен был оставлять 90% семейного богатства мужу.

Хэмм – основатель и генеральный директор оклахомской нефтегазовой компании Continental Resources. Из-за резкого падения цен на нефть год у него выдался неудачным, и, как сообщают некоторые, его состояние сократилось вдвое: с 18 до 9 млрд долларов.

Бизнес появился до брака, но за 26 лет супружеской жизни его стоимость поднялась вместе с котировками акций на 40 000%, аргументирует свою позицию Арналл. Это лишь следствие удорожания нефти, парирует Хэмм (пассивный рост в Оклахоме не учитывается). Экс-супруга не согласна. Стоимость увеличилась благодаря его умелому руководству, настаивает она.

Решение по апелляции ожидается. Когда активы стоят миллиарды, тяжело справедливо разделить их при разводе. Об адекватности обеспечения нужд разводящихся речи, конечно, уже нет. Но какими должны быть критерии справедливости? Богатейшие люди планеты разводятся все чаще, и поставленный вопрос все актуальнее.

В минувшем году швейцарские суды предписали российскому олигарху Дмитрию Рыболовлеву выплатить бывшей жене более 4 млрд франков (4,34 млрд долларов). Их знакомство состоялось в студенческие годы, и они были женаты на протяжении 23 лет. За это время господин Рыболовлев отладил бизнес по производству удобрений, который в итоге продал. Затем он инвестировал в футбольный клуб «Монако». В стремлении защитить капитал бизнесмен воспользовался комплексными офшорными налогово-трастовыми схемами, но, несмотря на это, суд счел справедливым отдать экс-супруге около половины его активов.

Если брак был долгим и плодотворным, то, наверное, это правильно, что жена должна получить половину. Даже если не имела прямого отношения к бизнесу, от которого произошло все богатство. К тому же детям может быть неприятно, что родители живут совершенно по-разному, а их средства несопоставимы.

Делимое и частное

Брак с предпринимателем-миллиардером – это не только богатство со всеми его плюсами, но и в большинстве случаев определенные жертвы и трудности. Предполагается, что пара сама выбрала такую жизнь, когда один зарабатывает, а другой – нет. А оценить в деньгах заботу о доме непросто.

С другой стороны, если семья обязана достатком риску, тяжелой работе или уникальному таланту мужа, то может показаться несправедливым делить его империю и отдавать половину состояния жене, на которой нет никакой ответственности и которая сможет свободно, ни о чем не беспокоясь, вернуться к своим, ставшим притчей во языцех ресторанным встречам и благотворительным делам.

Судьи от разрешения проблемы далеки, и развод финансового гения Криса Хона недавно подтвердил всю ее сложность. Джейми Купер-Хон просила половину миллиардного семейного состояния, но ввиду «особого вклада» супруга получила лишь треть. После этого Верховный суд вынес долгожданное решение по делу «Уайатт против Винса», и тема бракоразводной справедливости снова попала в заголовки новостей. В этой истории путь к вершине начинался с самых низов. Кто бы мог подумать, что по щелчку выключателя ветротурбины скиталец с пустыми карманами превратится в экобизнесмена с капиталом свыше 100 млн фунтов?

И хотя разбогател он уже после расторжения брака, никаких признаков отказа от взаимных финансовых претензий стороны не подавали. Спустя 19 лет после развода и 27 после разъезда мисс Уайатт, родившая мужу ребенка, подала иск. Суды низших инстанций отклоняли заявления женщины (по мнению многих, справедливо). Поэтому когда Верховный суд удовлетворил ее апелляцию и дал ей возможность продолжить разбирательства, это вызвало огромный резонанс.
Цель мисс Уайатт – 1,9 млн фунтов – суд посчитал несколько завышенной. Однако те отважные усилия, которые она предприняла, растя сына в отсутствие финансовой поддержки со стороны господина Винса, позволяют рассчитывать на компенсацию в форме скромной, не обремененной ипотекой недвижимости, следует из текста решения. Осталось, чтобы вопрос о размере (и необходимости) компенсации разобрал суд по семейным делам.

Исключительность людей и нетривиальность их жизненных обстоятельств часто ставят судей в нелегкое положение, когда тем нужно вынести справедливое решение по делу о разводе.

Важность грамотного разрешения бракоразводных вопросов переоценить невозможно, но у закона не всегда есть простые выходы из крутых жизненных поворотов.

Шарлотта Познански (Сharlotte Posnansky) – старший юрист Charles Russell Speechlys.



13.08.2015

Источник: SPEAR'S Russia #7-8(50)


Оставить комментарий


Зарегистрируйтесь на сайте, чтобы не вводить проверочный код каждый раз


На стыке двух миров


1-01-01
 

Использование российским бизнесом судов британской юрисдикции для разрешения коммерческих споров входит в широкую практику. Но вместе с известными преимуществами подобный подход нередко несет в себе и существенные риски, чреватые чувствительными потерями или упущенной выгодой. В начале августа в непринужденной обстановке одного из московских ресторанов состоялась неформальная встреча топ-менеджеров и владельцев собственного бизнеса, организованная юридической группой PARADIGMA совместно с Jaguar Land Rover. В ходе нее юристы компании рассказали о коллизиях, возникающих на поле трансграничного права, а также об инструментах юридической защиты и нападения, используемых в интересах клиентов в подобных разбирательствах. Самые запоминающиеся моменты выступлений, выдержанных в стилистике «охотничьих рассказов» на примерах реальных дел PARADIGMA, выслушал и записал Владимир Волков.